Стихи Пьер-Жана Беранже

Был бедняк разбит параличом…Ангела-хранителя встречая,Он его приветствовал смешком:— Вот, скажи на милость, честь какая!Квиты мы, мой ангел дорогой!Кончено! Лети себе домой! Родился в соломе я. БедаДо седин меня лишала дома.— Что ж, — ответил ангел, — но всегдаСвежей ведь была твоя солома.— Квиты мы, приятель дорогой,Что нам спорить? Улетай домой! — Расточая молодости пыл,Скоро я лишился состоянья…— Да, но ведь тебе я подарилКрепкую суму для подаянья!— Это правда. Квиты мы с тобой!Что нам спорить? Улетай домой! — Помнишь, ангел, как в бою ночномБомбою мне ногу оторвало?— Да, но ведь подагрою потомС ней пришлось бы мучиться немало.— Это правда. Квиты мы с тобой!Что нам спорить? Улетай домой! — Помнишь, как судья меня пилил:С контрабандой раз меня поймали?— Да, но я же адвокатом был.Только год в тюрьме тебя держали.— Квиты мы, приятель дорогой!Что нам спорить? Улетай домой! — Вспоминаешь горький час, когда,На свою беду, я шел к Венере?— Да, — ответил ангел, — из стыдаЯ тебя покинул возле двери.— Квиты мы, приятель дорогой!Что нам спорить? Улетай домой! — Скучно без хорошенькой жены.Мне моя дурнушка надоела.— Ах, — ответил ангел, — не должныАнгелы мешаться в это дело.— Квиты мы, приятель дорогой!Что нам спорить! Улетай домой! — Вот умру, у райского огняМне дадут ли отдых заслуженный?— Что ж! Тебе готовы — простыня,Гроб, свеча и старые кальсоны.— Квиты мы, приятель дорогой!Что нам спорить? Улетай домой! — Ну так что же, — в ад теперь мне путьИли в рай, где радость вечно длится?— Как сказать! Изволь-ка потянутьУзелок: тем дело и решится!— Квиты мы, приятель дорогой!Что нам спорить? Улетай домой! Так бедняк из мира уходил,Шутками больницу потешая,Он чихнул, и ангел взмахом крыл —Будь здоров — взвился к чертогам рая.— Квиты мы, мой ангел дорогой!Кончено. Лети себе домой!

Старушка под хмельком призналась,Качая дряхлой головой:— Как молодежь-то увиваласьВ былые дни за мной! Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — Как, бабушка, ты позволяла?— Э, детки! Красоте своейВ пятнадцать лет я цену знала —И не спала ночей… Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — Ты, бабушка, сама влюблялась?— На что же бог мне сердце дал?Я скоро милого дождалась,И он недолго ждал… Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — Ты нежно, бабушка, любила?— Уж как нежна была я с ним,Но чаще время проводила —Еще нежней — с другим… Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — С другим, родная, не краснея?— Из них был каждый не дурак,Но я, я их была умнее:Вступив в законный брак. Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — А страшно мужа было встретить?— Уж больно был в меня влюблен;Ведь мог бы многое заметить —Да не заметил он. Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — А мужу вы не изменяли?— Ну, как подчас не быть греху!Но я и батюшке едва лиОткроюсь на духу. Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — Вы мужа наконец лишились?— Да, хоть не нов уже был храм,Кумиру жертвы приносилисьЕще усердней там. Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная! — Нам жить ли так, как вы прожили?— Э, детки! женский наш удел!..Уж если бабушки шалили —Так вам и бог велел. Уж пожить умела я!Где ты, юность знойная?Ручка моя белая!Ножка моя стройная!

Барабаны, полно! Прочь отсюда! МимоМоего приюта мирной тишины.Красноречье палок мне непостижимо;В палочных порядках бедствие страны.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Чуть вдали заслышит дробные раскаты,Муза моя крылья расправляет вдруг…Тщетно. Я зову к ней, говорю: «Куда ты?»Песни заглушает глупых палок стук.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Только вот надежду подает природаНа благополучный в поле урожай,Вдруг команда: «Палки!» И прощай свобода!Палки застучали — мирный труд, прощай.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Видя для народа близость лучшей доли,Прославлял я в песнях братство и любовь;Барабан ударил — и на бранном полеВсех враждебных партий побраталась кровь,Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Барабан владеет Франциею милой:При Наполеоне он был так силен,Что немолчной дробью гений оглушило,Заглушен был разум и народный стон.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Приглядевшись к нравам вверенного стада,Властелин могучий, нации кумир,Твердо знает, сколько шкур ослиных надо,Чтобы поголовно оглупел весь мир.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Всех начал начало — палка барабана;Каждого событья вестник — барабан;С барабанным боем пляшет обезьяна,С барабанным боем скачет шарлатан.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Барабаны в доме, барабаны в храме,И последним гимном суеты людской —Впереди подушек мягких с орденами,Мертвым льстит в гробах их барабанный бой.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный! Барабанных песен не забудешь скоро;С барабаном крепок нации союз.Хоть республиканец — но тамбурмажора,Смотришь, в президенты выберет француз.Пугало людское, ровный, деревянныйГрохот барабанный, грохот барабанный!Оглушит совсем нас этот беспрестанныйГрохот барабанный, грохот барабанный!

Что за педант наш учитель словесности!Слушать противно его!Все о труде говорит да об честности…Я и не вспомню всего!Театры, балы, маскарады, собранияЯ без него поняла…Тра-ла-ла, барышни, тра-ла-ла-ла!Вот они, вот неземные создания!Барышни — тра-ла-ла-ла! Шить у меня не хватает терпения —Времени, маменька, нет:Мне еще нужно с учителем пенияВспомнить вчерашний дуэт…Музыка с ним — целый мир обаяния —Страсть в моем сердце зажгла!..Тра-ла-ла, барышни, тра-ла-ла-ла!Вот они, вот неземные создания!Барышни — тра-ла-ла-ла! Время, maman, ведь не трачу напрасно я:Села расход записать —Входит танцмейстер; он па сладострастноеНынче пришел показать;Платье мне длинно… Я, против желания,Выше чуть-чуть подняла…Тра-ла-ла, барышни, тра-ла-ла-ла!Вот они, вот неземные создания!Барышни — тра-ла-ла-ла! Нянчись с братишкой! Плаксивый и мерзкий!Сразу никак не уймешь.А в голове Аполлон Бельведерский:Как его корпус хорош!Тонкость какая всего очертания!Глаз бы с него не свела…Тра-ла-ла, барышни, тра-ла-ла-ла!Вот они, вот неземные создания!Барышни — тра-ла-ла-ла! Что тут, maman! Уж учили бы смолоду,Замуж давно мне пора;Басня скандальная ходит по городу —Тут уж не будет добра!Мне все равно; я найду оправдание —Только бы мужа нашла…Тра-ла-ла, барышни, тра-ла-ла-ла!Вот они, вот неземные создания!Барышни — тра-ла-ла-ла!

Брось на время, Муза, лируИ прочти со мной указ:В преступленьях — на смех миру —Обвиняют нынче нас.Наступает час расправы,И должны мы дать ответ.Больше песен нет для славы!Для любви их больше нет!Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут. Мы идем. Лежит дорогаМимо Луврского дворца:Там в дни Фронды воли многоБыло песенкам певца.И на оклик часового:«Кто идет?» — припев звучал:«Это Франция!» Без словаСторож песню пропускал.Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут. На другой конец столицыЧерез мост изволь идти.Буало лежит гробница,Между прочим, на пути.Из обители покояЧто б воскреснуть вдруг ему?!Верно, автора «Налоя»Засадили бы в тюрьму!Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут. Над Жан-Жаком суд свершился —И «Эмиль» сожжен был им;Но, как феникс, возродилсяОн из пепла невредим.Наши песни — невелички;Но ведь, Муза, враг хитер:Он и в них отыщет спички,Чтоб разжечь опять костер.Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут. Вот и зала заседаний…Что ж ты, Муза? Как, бежатьОт напудренных созданий?Ты же любишь их щелкать…Возвратись; взгляни, вострушка,Сколько смелости в глупцах,Взявшись весить погремушкуНа Фемидиных весах.Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут. Но бежит моя буянка…Я один являюсь в суд.Угадайте ж, где беглянкаОтыскать могла приют?С председательской гризеткой,Смело к столику подсев,За вином и за котлеткойПовторяет нараспев:«Муза! в суд!Нас зовут,Нас обоих судьи ждут».

Всем пасынкам природыКогда прожить бы так,Как жил в былые годыБедняга-весельчак.Всю жизнь прожить не плача,Хоть жизнь куда горька.Ой ли! Вот вся задачаБедняги-чудака. Наследственной шляпенкиПред знатью не ломать,Подарочек девчонки —Цветы в нее вплетать,В шинельке ночью лежа,Днем — пух смахнул слегка!Ой ли! Вот вся одежаБедняги-чудака. Два стула, стол трехногий,Стакан, постель в углу,Тюфяк на ней убогий,Гитара на полу,Швеи изображенье,Шкатулка без замка…Ой ли! Вот все именьеБедняги-чудака. Из папки ребятишкамВырезывать коньков,Искать по старым книжкамВеселеньких стишков,Плясать — да так, чтоб скукаБежала с чердака, —Ой ли! Вот вся наукаБедняги-чудака. Чтоб каждую минутуЛюбовью освятить —В красавицу АнютуВсю душу положить,Смотреть спокойным глазомНа роскошь… свысока…Ой ли! Вот глупый разумБедняги-чудака. «Как стану умирать я,Да не вменят мне в грехНи бог, ни люди-братьяМой добродушный смех;Не будет нареканьяНад гробом бедняка».Ой ли! Вот упованьяБедняги-чудака. Ты, бедный, — ослепленныйБогатствами других,И ты, богач, — согбенныйПод ношей благ земных, —Вы ропщете… Хотите,Чтоб жизнь была легка?Ой ли! Пример беритеС бедняги-чудака.

Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Их песнею славить не надо,Воздать по заслугам пора,А песня — едва ли наградаЗа годы нужды и добра! Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! У бедных проста добродетельИ крепкой бывает семья.А этому верный свидетельВеселая песня моя. Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Искать недалеко примера.О песня! Ты знаешь сама:Одно только есть у Гомера —Высокий костыль и сума! Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Богатство и славу, герои,Вы часто несете с трудом.А легче не станет ли втрое,Коль просто пойти босиком? Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Вы сыты докучною одой,Ваш замок — мучительный плен.Вольно ж вам! Живите свободой,Как в бочке бедняк Диоген! Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Чертоги — подобие клеток,Где тучный томится покой.А можно ведь есть без салфетокИ спать на соломе простой! Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Житье наше жалко и хмуро!Но кто улыбается так?То, дверь отворяя, амураК себе пропускает бедняк. Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам! Чудесно справлять новосельеНа самом простом чердаке,Где Дружба встречает ВесельеС янтарным стаканом в руке! Хвала беднякам!Голодные дниУмеют ониСо счастьем сплетать пополам!Хвала беднякам!

Оловянных солдатиков строемПо шнурочку равняемся мы.Чуть из ряда выходят умы:«Смерть безумцам!» — мы яростно воем.Поднимаем бессмысленный рев,Мы преследуем их, убиваем —И статуи потом воздвигаем,Человечества славу прозрев. Ждет Идея, как чистая дева,Кто возложит невесте венец.«Прячься», — робко ей шепчет мудрец,А глупцы уж трепещут от гнева.Но безумец-жених к ней грядетПо полуночи, духом свободный,И союз их — свой плод первородный —Человечеству счастье дает. Сен-Симон все свое достояньеСокровенной мечте посвятил.Стариком он поддержки просил,Чтобы общества дряхлое зданьеНа основах иных возвести, —И угас, одинокий, забытый,Сознавая, что путь, им открытый,Человечество мог бы спасти. «Подыми свою голову смело! —Звал к народу Фурье. — РазделисьНа фаланги и дружно трудисьВ общем круге для общего дела.Обновленная вся, брачный пирОтпирует земля с небесами, —И та сила, что движет мирами,Человечеству даст вечный мир». Равноправность в общественном строеАнфантен слабой женщине дал.Нам смешон и его идеал.Это были безумцы — все трое!Господа! Если к правде святойМир дороги найти не умеет —Честь безумцу, который навеетЧеловечеству сон золотой! По безумным блуждая дорогам,Нам безумец открыл Новый Свет;Нам безумец дал Новый завет —Ибо этот безумец был богом.Если б завтра земли нашей путьОсветить наше солнце забыло —Завтра ж целый бы мир осветилаМысль безумца какого-нибудь!

День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. О, воспоем тот день счастливый,Когда успех врагов у нас —Для злых был карой справедливойИ роялистов добрых спас. День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. В чужих искали мы оплота,Моленья были горячи, —И враг легко открыл ворота,Когда вручили мы ключи. День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. Иначе кто бы мог ручаться,Что — не приди на помощь враг —Не стал бы вновь здесь развеваться,На горе нам, трехцветный флаг! День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. Внесут в историю по праву —Как здесь, в ногах у казаков,Молили мы простить нам славуСвоих же собственных штыков. День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. Со знатью, полной героизма,По минованье стольких бед,Мы на пиру патриотизмаПьем за триумф чужих побед. День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны. Из наших Генрихов славнейшийДа будет тостом здесь почтен:Придумал способ он умнейшийЗавоевать Париж и трон!.. День мира, день освобожденья, —О, счастье! мы побеждены!..С кокардой белой, нет сомненья,К нам возвратилась честь страны.

Есть божество; довольный всем, склоняюПред ним без просьб я голову свою.Вселенной строй спокойно созерцаю,В ней вижу зло, но лишь добро люблю.И верит ум мой будущему раю,Разумных сил предвидя торжество.Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество! Приют мой прост, бедна моя одежда,Как друг, верна святая бедность мне;Но здесь мой сон баюкает надежда —И лучший пух мне грезится во сне…Богов земных — другим предоставляю:Их милость к нам — расчет иль хвастовство.Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество! Земных владык законами и властьюНе раз играл здесь баловень судьбы.И вы, божки, игрушкой были счастью,Пред ним во прах склоняясь, как рабы!Вы все в пыли. Я ж чист и сохраняюВ борьбе за жизнь покой и удальство.Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество! Я помню дни, когда в дворцах ПобедыУ нас цвели искусства южных стран.Потом на нас обрушилися беды,И налетел нежданный ураган.Мороз и снег принес на миг он краю,Но льда у нас непрочно вещество…Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество! Угроз ханжи страшна бесчеловечность:«Конец земле и времени конец!Пришла пора узнать, что значит вечность…На Страшный суд восстань и ты, мертвец!Кто грешен — в ад! Дороги нет уж к раю:Порок сгубил земное естество…»Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество! Не может быть! Не верю в гнев небесный!Всего творец — всему опорой бог!Он дал любви дар творчества чудесныйИ ложный страх рассеять мне помог.Ко мне — любовь, вино, друзья! Я знаю,Что вправе жить живое существо!Держа бокал, тебе себя вверяю,Всех чистых сердцем божество!

Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Мы все поклонники Ваала.Быть бедным — фи! Что скажет свет?..И вот — во имя капитала —Чего-чего в продаже нет!Все стало вдруг товаром:Патенты, клятвы, стиль…Веспасиан недаромЦенить учил нас гниль!..Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Живет продажей индульгенцийВсегда сговорчивый прелат.И ложью проданных сентенцийМорочит судей адвокат.За идеал свободыСражаются глупцы…А с их костей доходыБерут себе купцы!..Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Дать больше благ для большей тратыСпешит промышленность для всех,Но современные пиратыЕй ставят тысячи помех!..И не стыдятся самиОбогащать свой домОтчаянья слезамиИ гения трудом!Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Корона нынче обнищала…Лохмотья кажет всем она.Но миллионы, как бывало,С народа стребует казна.Немало есть, как видно,Тиранов-королей,Что нищим лгут бесстыдноО нищете своей!Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Поэт — и тот не чужд расчета!Все за богатством лезут в грязь:Закинуть удочку в болото —Спешит и выскочка и князь!Вот — жертва банкометов —Понтер кричит: «Мечи!»И сколько сводят счетовНа свете палачи!Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда! Сюда! Скорей! Рукой ФортуныЗдесь новый клад для вас открыт:В Бонди, на дне одной лагуны,Кусками золото лежит…Хоть каждый там от смрадаЗажмет невольно нос,Но жатвы ждать и надоВ том месте, где навоз!Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная ордаВсе сюда,Сюда!Сюда! И все — да, все! — в болоте смрадномСокровищ ищут… Плачу я!Но стыд утрачен в мире жадном, —И скорбь осмеяна моя!Солдаты! В битву шли вы,Как шел Наполеон:От рыцарей наживыЗакройте ж Пантеон!Всяких званий господа,ЭмиссарыИ корсары —К деньгам жадная орда —Все сюда,Сюда!Сюда!

Хотя их шляпы безобразны,God damn! люблю я англичан.Как мил их нрав! Какой прекрасныйИм вкус во всех забавах дан!На них нам грех не подивиться.О нет! Конечно, нет у насТаких затрещин в нос и в глаз,Какими Англия гордится. Вот их боксеры к нам явились, —Бежим скорей держать пари!Тут дело в том: они схватилисьНа одного один, не три,Что редко с Англией случится.О нет! Конечно, нет у насТаких затрещин в нос и в глаз,Какими Англия гордится. Дивитесь грации удараИ ловкости друг друга битьДвух этих молодцов с базара;А впрочем, это, может быть,Два лорда вздумали схватиться?О нет! Конечно, нет у насТаких затрещин в нос и в глаз,Какими Англия гордится. А вы что скажете, красотки?(Ведь все затеяно для дам.)Толпитесь возле загородки,Рукоплещите храбрецам!Кто с англичанами сравнится?О нет! Конечно, нет у насТаких затрещин в нос и в глаз,Какими Англия гордится. Британцев модам угловатым,Их вкусу должно подражать;Их лошадям, их дипломатам,Искусству даже воевать —Нельзя довольно надивиться…О нет! Конечно, нет у насТаких затрещин в нос и в глаз,Какими Англия гордится.

Тебя ль я видел в блеске красоты,Когда толпа твой поезд окружала,Когда бессмертною казалась ты,Как та, чье знамя ты в руке держала?Ты прелестью и славою цвела;Народ кричал: «Хвала из рода в роды!»Твой взор горел; богиней ты была,Богиней Свободы! Обломки старины топтала ты,Окружена защитниками края;И пели девы, сыпались цветы,Порой звучала песня боевая.Еще дитя, узнал я с первых днейСиротский жребий и его невзгоды —И звал тебя: «Будь матерью моей,Богиня Свободы!» Что темного в эпохе было той,Не понимал я детскою душою,Боясь лишь одного: чтоб край роднойНе пал под иноземною рукою.Как все рвалось к оружию тогда!Как жаждало военной непогоды!О, возврати мне детские года,Богиня Свободы! Чрез двадцать лет опять уснул народ, —Вулкан, потухший после изверженья;Пришелец на весы свои кладетИ золото его и униженье.Когда, в пылу надежд, для красотыМы воздвигали жертвенные своды,Лишь грезой счастья нам явилась ты,Богиня Свободы! Ты ль это, божество тех светлых дней?Где твой румянец? Гордый взгляд орлицы?Увы! не стало красоты твоей.Но где же и венки и колесницы?Где слава, доблесть, гордые мечты,Величие, дивившее народы?Погибло все — и не богиня ты,Богиня Свободы!

Я дружен стал с нечистой силой,И в зеркале однажды мнеКолдун судьбу отчизны милойВсю показал наедине.Смотрю: двадцатый век в исходе,Париж войсками осажден.Все те же бедствия в народе, —И все командует Бурбон. Все измельчало так обидно,Что кровли маленьких домовЕдва заметны и чуть видноДвиженье крошечных голов.Уж тут свободе места мало,И Франция былых временПигмеев королевством стала, —Но все командует Бурбон. Мелки шпиончики, но чутки;В крючках чиновнички ловки;Охотно попики-малюткиИм отпускают все грешки.Блестят галунчики ливреек;Весь трибунальчик удрученКараньем крошечных идеек, —И все командует Бурбон. Дымится крошечный заводик,Лепечет мелкая печать,Без хлебцев маленьких народикЗаметно начал вымирать.Но генеральчик на лошадке,В головке крошечных колонн,Уж усмиряет «беспорядки»…И все командует Бурбон. Вдруг, в довершение картины,Все королевство потряслиШаги громадного детины,Гиганта вражеской земли.В карман, под грохот барабана,Все королевство спрятал он.И ничего — хоть из кармана,А все командует Бурбон.

Провозглашен союз священный:По воле неба непременнойВзаимный заключили мирТунис, Марокко и Алжир.Царям их, доблестным корсарам,Сулит он выгоды недаром.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир! Цари, вступив в союз священный,Решили с тонкостью отменнойНе делать порознь ничего:«Будь двадцать против одного!»К ним, несмотря на разность кожи,Примкнет Кристоф, как слышно, тоже.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир! Нам всем велит союз священныйЕго законы чтить отменно:Читать Бональда, АлкоранИ то, что пишет граф Ферран.Вольтер же — нет сомненья в этом —У варварийцев под запретом.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир! Французы! в их союз священныйПошлемте, как залог бесценный,Всех старых, новых цензоров,Судей, чиновников, попов.С такими верными слугамиПойдет там лучше торг рабами.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир! Коль усмотрел союз священный,Что где-нибудь король почтенныйСвалился с трона, — вмиг на тронПосажен будет снова он;Но пусть заплатит все расходыНа сено, провиант, походы.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир! При этом наш союз священныйИметь желает непременноГребцов галерных — да немых:Царям-пиратам как без них?Но для полнейшего их лада,Народы, евнухов им надо.Цвети, тройной союз и мир!Ура, Тунис, Марокко и Алжир!

Друзья, природою самоюНазначен наслажденьям срок:Цветы и бабочки — весною,Зимою — виноградный сок.Снег тает, сердце пробуждая;Короче дни — хладеет кровь…Прощай вино — в начале мая,А в октябре — прощай любовь! Хотел бы я вино с любовьюМешать, чтоб жизнь была полна;Но, говорят, вредит здоровьюИзбыток страсти и вина.Советам мудрости внимая,Я рассудил без дальних слов:Прощай вино — в начале мая,А в октябре — прощай любовь! В весенний день моя свободаБыла Жаннетте отдана;Я ей поддался — и полгодаМеня дурачила она!Кокетке все припоминая,Я в сентябре уж был готов…Прощай вино — в начале мая,А в октябре — прощай любовь! Я осенью сказал Адели:«Прощай, дитя, не помни зла…»И разошлись мы; но в апрелеОна сама ко мне пришла.Бутылку тихо опуская,Я вспомнил смысл ^мудрейших слов:Прощай вино — в начале мая,А в октябре — прощай любовь! Так я дошел бы до могилы…Но есть волшебница: онаКрепчайший спирт лишает силыИ охмеляет без вина.Захочет — я могу забыться;Смешать все дни в календаре:Весной — бесчувственно напитьсяИ быть влюбленным в декабре!

Мой старый друг, достиг ты цели:Народу подарил напев —И вот рабочие запели,Мудреным ладом овладев.Твой жезл волшебный, помогая,Толпу с искусством породнит:Им озарится мастерская,Он и кабак преобразит. Вильгем, кем юношеству в школеОткрыты Моцарт, Глюк, Гретри,С народом, темным поневоле,Словами песни говори!В сердца, не знавшие веселья,Высоких чувств пролить елей, —Друг, это сумрак подземельяОсыпать золотом лучей. О музыка, родник могучий,В долину бьющий водопад!Упоены волной певучейРабочий, пахарь и солдат.Объединить концертом стройнымЗемную рознь тебе дано.Звучи! В сердцах не место войнам,Коль голоса слились в одно. Безумен бред литературы,Ты покраснеть ее заставь!Ее уроки — злы и хмуры,Ей новый Вертер снится въявь.Осатанев от пресыщенья,В стихах и в прозе, во всю прыть,Она взалкавших утешеньяСпешит от жизни отвратить. Над девственным пластом народа,Чей разум темен, резок нрав,Ты приподымешь тусклость свода,Покров лазурный разостлав.И звуки, властные сильфиды,Овеют молот, серп и плуг.И смертоносный нож обидыНенужно выпадет из рук. Презрев успех на нашей сцене, —Доходной славы ореол,Довольство, толки об измене, —К рабочим детям ты пришел.Толпу влекло твое раденье,Твоих уроков щедрый сев, —И к небесам, в горячем рвенье,Ты направлял ее напев. Придет ли время шумной славеСлететь на тихий подвиг твой?Не все ль тебе равно? Ты вправеГордиться славной нищетой.Ты дорог тем, в ком светлой силойДушевный мрак рассеял ты.Верь: будут над твоей могилойНапевы, слезы и цветы!

Дружба, любовь и вино —Все для веселья дано.Счастье и юность — одно.Вне этикетаСердце поэта,Дружба, вино и Лизетта! Нам ли любовь не урок,Если лукавый божокРад пировать до рассвета!Вне этикетаСердце поэта,Песня, вино и Лизетта! Пить ли аи с богачом?Нет, обойдемся вдвоемМаленькой рюмкой кларета!Вне этикетаСердце поэта,Это вино и Лизетта! Разве прельщает нас трон?Непоместителен он,Да и дурная примета…Вне этикетаСердце поэта,Тощий тюфяк и Лизетта! Бедность идет по пятам.Дайте украсить цветамДыры ее туалета.Вне этикетаСердце поэта,Эти цветы и Лизетта! Что нам в шелках дорогих!Ведь для объятий моихЛучше, когда ты раздета.Вне этикетаСердце поэтаИ до рассвета Лизетта!

Во дни чудесных дел и слуховДоисторических временПростой бедняк от добрых духовБыл чудной лютней одарен.Ее пленительные звукиДарили радость и покойИ вмиг снимали как рукойЛюбви и ненависти муки. Разнесся слух об этом чуде —И к бедняку под мирный кровБольшие, маленькие людиБегут толпой со всех концов.«Идем ко мне!» — кричит богатый;«Идем ко мне!» — зовет бедняк.«Внеси спокойствие в палаты!»«Внеси забвенье на чердак!» Внимая просьбам дедов, внуков,Добряк на каждый зов идет.Он знатным милостыню звуковНа лютне щедро раздает.Где он появится в народе —Веселье разольется там, —Веселье бодрость даст рабам,А бодрость — мысли о свободе. Красавицу покинул милый —Зовет красавица его;Зовет его подагрик хилыйК одру страданья своего.И возвращают вновь напевыВеселой лютни бедняка —Надежду счастия для девы,Надежду жить для старика. Идет он, братьев утешая;Напевы дивные звучат…И, встречу с ним благословляя,«Как счастлив он! — все говорят. —За ним гремят благословенья.Он вечно слышит стройный хорСчастливых братьев и сестер, —Нет в мире выше наслажденья!» А он?.. Среди ночей бессонных,Сильней и глубже с каждым днем,Все муки братьев, им спасенных,Он в сердце чувствует своем.Напрасно призраки он гонит:Он видит слезы, видит кровь…И слышит он, как в сердце стонетНеоскудевшая любовь. За лютню с трепетной заботойБерется он… молчит она…Порвались струны… смертной нотойЗвучит последняя струна.Свершил он подвиг свой тяжелый,И над могилой, где он спит,Сияет надпись: «Здесь зарытИз смертных самый развеселый».

Господин Искариотов —Добродушнейший чудак:Патриот из патриотов,Добрый малый, весельчак,Расстилается, как кошка,Выгибается, как змей…Отчего ж таких людейМы чуждаемся немножко?И коробит нас, чуть-чутьГосподин Искариотов,Патриот из патриотов,Подвернется где-нибудь. Чтец усердный всех журналов,Он способен и готовСамых рьяных либераловНапугать потоком слов.Вскрикнет громко: «Гласность! гласность!Проводник святых идей!»Но кто ведает людей,Шепчет, чувствуя опасность:«Тише, тише, господа!Господин Искариотов,Патриот из патриотов,Приближается сюда». Без порывистых ухваток,Без сжиманья кулаковО всеобщем зле от взятокОн не вымолвит двух слов.Но с подобными речамиЧуть он в комнату ногой —Разговор друзей прямойПрекращается словами:«Тише, тише, господа!Господин Искариотов,Патриот из патриотов,Приближается сюда». Он поборник просвещенья;Он бы, кажется, пошелСлушать лекции и чтеньяВсех возможных видов школ:«Хлеб, мол, нужен нам духовный!»Но заметим мы его —Тотчас все до одного,Сговорившиеся ровно:«Тише, тише, господа!Господин Искариотов,Патриот из патриотов,Приближается сюда». Чуть с женой у вас неладно,Чуть с детьми у вас разлад —Он уж слушает вас жадно,Замечает каждый взгляд.Очень милым в нашем бытеОн является лицом,Но едва вошел в ваш дом,Вы невольно говорите:«Тише, тише, господа!Господин Искариотов,Патриот из патриотов,Приближается сюда».

Господа, довольно, знайте честь.Будет вам все только есть да есть.Пожалейте тех, кто в этом свете,Волей иль неволей, на диете.И притом ведь вам грозит беда:Лопнете с обжорства, господа.Д такая смерть — не смерть — потеха!Ах! Уж если лопнуть, так от смеха.Лопнуть, так от смеха! Разве можно думать с полным ртомО любви, полсуток за столом?Масляные ваши подбородкиЧуть увидят — прочь бегут красотки.С чревом, полным всяких благ земных,Вам храпеть лить впору возле них.Ваше чрево и в любви помеха.Ах! Уж если лопнуть, так от смеха.Лопнуть, так от смеха! Для любви когда уж места нет,Что вам слава, что вам знанья, свет?Для чего вам лавры, всем вам вкупе,Лишь бы лист лавровый плавал в супе,Украшал бы окорок свиной!Вы гордитесь славою одной:Гениев кухмистерского цеха.Ах! Уж если лопнуть, так от смеха.Лопнуть, так от смеха! Чтобы каждый кус просмаковать,За столом нельзя вам хохотать.Как служить сатире и мамоне?Оттого сатира и в загоне.Господа, когда на то пошло, —Мы смеяться будем вам назло.И наш смех найдет повсюду эхо.Ах! Уж если лопнуть, так от смехаЛопнуть, так от смеха! Обжирайтесь, мрачные умы.Блага жизни с вами делим мы!Вам — хандра и тонкие обеды,Нам — любовь, и разума победы,И простой обед, где за столомОстроумье искрится с вином,И желудок сердцу не помеха.Ах! Уж если лопнуть, так от смеха.Лопнуть, так от смеха!

Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете,Пойте, резвитеся, дети! Книги скорей по шкафам!В поле из комнаты душной!Мальчики, девочки… Гам,Песни и смех простодушный…Пусть все притихло кругом,Мрачной исполнясь тоски;Пусть собирается гром!Дети, сплетайте венки.Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на, вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети! Грозно молчание мглы…В воду попрятались рыбки.Птички молчат… Но светлыДетские ваши улыбки.Светел и верен ваш взгляд,После не страшных вам бурьВаши глаза отразятЯсного неба лазурь.Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети! Жребий нам выпал дурной;Но мы за правду стояли:Мстили одною рукой,Цепи другою срывали.И с колесницы победПали, не сдавшись врагам,Но изумившую светСлаву оставили вам.Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети! В черный родились вы час!Враг в свои медные горныПервый приветствовал васДнем нашей участи черной;Отозвалися на зовСредь разоренных полейВместе с слезами отцовПервые крики детей.Пойте, развитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети! Лучших из ряда бойцовВырвала храбрых могила;Над головами отцовБуря детей просветила:Пусть испытанья отцам!Дети, господь вас хранит!Нива грядущего вамЛучшую жатву сулит.Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети! Дети, гроза все слышней…Гнев приближается Рока…Рок, не пугая детей,Взрослых страшит издалека…Если я гибну певцомБедствий народных и слез,Гроб мой украсьте венком,Вами сплетенным из роз.Пойте, резвитеся, дети!Черные тучи над нами;Ангел надежды цветамиСыплет на вашем рассвете, —Пойте, резвитеся, дети!

Дамоклов меч давно известен миру.Раз на пиру я сладко задремал —И вижу вдруг: тиран, настроив лиру,Под тем мечом мне место указал.И я сажусь и смело восклицаю:— Пускай умру, с вином в руке, шутя!Тиран! твой меч я на смех поднимаю,Пою и пью, стихам твоим свистя. Вина! — кричу я слугам добродушно. —Вина и яств!.. А ты, тиран-поэт,Встречая смерть чужую равнодушно,На мой же счет строчи пока куплет.Ты убежден, что, всех нас угнетая,Уймешь наш вопль, стихами заблестя.Тиран! твой меч я на смех поднимаю,Пою и пью, стихам твоим свистя. Ты хочешь рифмой тешить Сиракузы;Но если так, ты родине внемли:Отчизны голос — голос лучшей музы…Жаль, вам он чужд, поэты-короли!А как душист, поэзия родная,Малейший цвет, с ветвей твоих слетя!..Тиран! твой меч я на смех поднимаю,Пою и пью, стихам твоим свистя. Ты ждал, что Пинд тобой уж завоеванЦеной твоих напыщенных стихов;К ним лавр тобой был золотом прикован,Чтоб ты в венке предстал на суд веков;Но ты в другом венце дал цепи краю:Их взвесит Клио много лет спустя…Тиран! твой меч я — видишь — презираю,Пою и пью, стихам твоим свистя. — Презренье? Нет! мне ненависть сноснее! —Сказал тиран и дернул волосок;И меч упал над лысиной моею…Тиран отмстил — свершился грозный рок.И вот я мертв, но снова повторяюВ аду, крылами смерти шелестя:— Тиран, твой меч я на смех поднимаю,Пою и пью, стихам твоим свистя.

О боже! Вижу предо мноюКрасавиц молодых цветник.(Ведь все красавицы весною!)А я… что делать?.. я старик.Сто раз пугаю их летами —Не внемлют в резвости живой…Что ж делать — будем мудрецами,Идите, девушки, домой. Вот Зоя, полная вниманья.Ах! между нами, ваша матьРасскажет вам: в часы свиданьяМеня случалось ли ей ждать.«Кто любит в меру — любит мало» —Вот был девиз ее простой.Она и вам так завещала.Идите, девушки, домой. От вашей бабушки… краснею…Урок любви я взял, Адель…Хоть я и мальчик перед нею,Она дает их и досель.На сельском празднике стыдливоДержитесь лучше предо мной:Ведь ваша бабушка ревнива.Идите, девушки, домой. Вы улыбаетесь мне, Лора,Но… правда ль?.. ночью, говорят,В окошко вы спустили вора,И этот вор был светский фат?А днем во что бы то ни сталоВы мужа ищете с тоской…Я слишком юн для вас, пожалуй.Идите, девушки, домой. Идите, вам заботы мало!Огонь любви волнует вас.Но чур! Чтоб искры не упалоНа старика в недобрый час.Пусть зданье ветхое пред вами,Но в нем был склад пороховой, —Так, придержав огонь руками,Идите, девушки, домой.

Август! Девятнадцатое! Боже,Что за дата! В этот самый деньЯ пришел на свет под солнцем тожеВлечь свою коротенькую тень.Плакал ангел, мать моя стонала.Для того чтобы родиться, я,Знаю, побарахтался немало, —Вы уж извините мне, друзья! Добрый ангел протянул мне руку,Но, щипцы расставив, акушерВзял к себе в помощницы наукуИ извлек младенца на простор.Оттого ль, что горьким наважденьемПоказалась мне вся жизнь моя,Только долго медлил я с рожденьем, —Вы уж извините мне, друзья! Ангел не был неразумным скрягой:Он сказал, что в жизни кочевойБуду полунищим я бродягойПесни петь и плакать над толпой.Что отныне, как бы мне ни пелось,Ждет меня тюремная скамья.Оттого и жить мне не хотелось, —Вы уж извините мне, друзья! Добрый ангел предсказал мне тожеМного для страны родимой гроз:Будет счастье на любовь похоже,Будет убивающий мороз.Самое глухое из столетий!Слава канет в пропасть забытья…Как мне не хотелось жить на свете! —Вы уж извините мне, друзья! Но родиться мог я и с улыбкой,Если б ангел захотел сказать,Что с друзьями в этой жизни зыбкойНаучусь я горе забывать.Если б знать мне: сколько обещанийСдержит дружба, спутница моя,Если б знать! Но я не знал заране, —Вы уж извините мне, друзья!