Стихи Юрия Кузнецова — самые популярные.

Юрий Кузнецов • 725 стихотворений
Читайте все стихи Юрия Кузнецова онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все
 
 
В тайнах русских поговорок
Скрыта русская душа.
Мы не любим недомолвок,
Будем резать без ножа.
 
Водкой жажды не зальёшь,
Только больше наживёшь.
Потому от рюмки водки
До могилы путь короткий,
 
Отгулявший смолоду,
Умрёт под старость с голоду.
Ведь гулянки, да пирушки
Всех оставят без полушки.
 
Как напьюсь, то во хмелю
Я что хочешь намелю.
А потом, когда просплюсь,
Похмелюсь и отопрусь.
 
Тот, кто очень водку любит,
Сам себя за грош загубит.
А кто много пьёт вина
Всё равно сойдёт с ума.
 
Нет сильней и крепче зелья,
Чем роднА жена с похмелья.
Всё как в зеркале кривом,
Горе не зальёшь вином.
 
С пьяницей вести беседу,
Можно только до обеда.
Год не пьёт и два не пьёт,
А бес прорвёт и всё пропьёт.
 
Было круто ремесло,
Только хмелем поросло.
Шкалики и рюмочки
Доведут до сумочки.
 
Вроде бы мужик не пьёт,
Но и за ухо не льёт.
Не спешите на тот свет.
Водки там в помине нет.
 
Много пить, - добру не быть,
Можно только ум пропить.
После буйного веселья
Будет тяжкое похмелье.
 
Пьяный песенки поёт,
Баба с голодухи мрёт.
И с тоски пока тот бродит
По ночам к соседу ходит.
 
Там, где льётся мёд и пиво,
Каждый лезет с наглым рылом.
А где лом и где пешня
Говорит -нездешний я.
 
Пьяным море по колено
Всё до лампочки, по хрену.
Да ему сам чёрт не брат,
Мимо рая сразу в ад!
 
Первая рюмашка колом,
А вторая соколом.
Мы не водим разговоры
Ни вокруг, ни около!
 
Так что выпьем пока тут,
Но том свете не нальют,
Если же и там нальют,
Значит выпьем там и тут.
Привет, любовь, привет мой дивный свет,
Моя звезда, что в небесах сияет.
Я помню давний огненный рассвет,
Он до сих пор мне сердце обжигает.
 
Твой бархат восхитительнейших плеч,
Как лунный свет скользит по смуглой коже,
А дрожь твоя, как ласковая речь,
Давно и боль, и страсть во мне тревожит.
 
Я помню вкус твоих горячих губ,
Что жаждал я, как путник жаждет влаги.
Теперь лишь эхо этих сладких мук
Живёт во мне, порой меняя флаги.
 
Ах, танго нашей страсти роковой,
Где каждый шаг — признание и мука.
Кружит нас вихрь любви над головой,
И вечно длятся встреча и разлука.
 
Твой силуэт в толпе ищу порой,
Надеждою безумною ведомый.
Мне чудится твой образ неземной
В любой толпе, до боли мне знакомый.
 
В бокале тонет отблеск фонаря,
И музыка уносит в мир обмана.
Я пью за то, что было всё не зря,
За сладкий яд любовного дурмана.
 
Пусть говорят, что всё прошло давно,
Что память — лишь угасшие зарницы.
Но в сердце мне увидеть суждено
Твои бессмертно-нежные ресницы.
 
Ах, танго нашей страсти роковой,
Где каждый шаг — признание и мука.
Кружит нас вихрь любви над головой,
И вечно длятся встреча и разлука.
 
Встреча и разлука...
Вечная мука...

МУРка

27.06.2025
Снег давно растаял, отшумел ручьями,
НЭП сменил военный коммунизм...
У кафешантана расцвели каштаны
И расцвёл в Одессе бандитизм.
 
Золото, валюта, опий контрабандный...
Заправлял делами Бриллиант,-
Вор авторитетный с виду неприметный,
Криминальный он имел талант.
 
На кремлёвской башне бой Курантов страшный,
В ГПУ был свой "авторитет"...
Извести заразу воровскую разом
Порешил московский комитет:
 
Именем народа и советской власти
Никого живьём из них не брать.
Преподать науку, изничтожить суку,
Всех рукой нещадной покарать.
 
Заслан был в Одессу спец отряд из МУРа,
Развести бандитов на расстрел...
И в порту советском агентурой дерзкой
Воровской зачистить беспредел...
 
В этой опергруппе Климовой Марусе
Кличку дали МУРка и наган,
Поручили в МУРе МУРочке из МУРа
С Бриллиантом завести роман.
 
Красотой и телом налитым и белым
Упивался вор-авторитет.
Но пошли облавы, тайные расправы,
Кто-то должен понести ответ.
 
Кто святое дело променял на тело,
По закону тот уже не вор!
Кончил жизнь молитвой у воров на бритве,
На ножи- гласил их приговор
 
Летом в ресторане разразился шухер,
В зал вошёл "махновский" офицер....
С ним под ручку МУРка в сапогах и в куртке...
Воры не простили адюльтер.
 
Местный одиночка рассчитал всё точно
И шмальнул в неё из-за угла...
Блатари и урки не играют в жмурки,
Так судьба- злодейка подвела...
 
Хоронили МУРку с красными цветами,
Некто, ... без изысканных манер,
В этом балагане, в кожаном реглане,
В гроб ей положил свой револьвер.
 
Кто же точно скажет, кто теперь расскажет,
МУРка ли калиной отцвела?!
Случаи не редки... даже в контразведке,-
Спецагентом МУРочка была...
 
Снова на "гастроли" вёз бескрайним полем
Спец отряд тот самый офицер...
С ним на дело МУРка в той же самой куртке,
Оба.. без изысканных манер...
На груди ношу нательный крестик,
Хоть на пуп креста и не накладывал,
Я Творца не славил своей лестью,
Но зато хотя бы не обманывал.
 
Не стучу я в грудь перед иконами,
Не кляну других за прегрешения.
Связь с Творцом — не меряется поклонами,
А живёт в душе как утешение.
 
Пусть мой путь не ярок, не широк,
Но зато он честен и не лжив.
В сердце веры тлеет уголёк,
Им одним я подлинно и жив.
 
В храм хожу я по особым дням,
Не кричу о вере на весь свет.
Весь мой путь известен небесам,
Там души моей негаснущий рассвет.
 
Не стучу я в грудь перед иконами,
Не кляну других за прегрешения.
Связь с Творцом — не мерится поклонами,
А живёт в душе как утешение.
 
В мире суеты и громких фраз
Я храню свой тихий огонёк.
Вера нам дана не напоказ —
В ней души моей живёт исток.
 
Пусть другие спорят о религии,
Делят мир на правых и неправедных.
Я иду своей дорогой, тихою,
По пути, что сердцем был подсказанный.
 
Я иду своей дорогой, тихою,
По пути, что сердцем был подсказанный.
 
 
Луна вступила в свой ночной дозор,
Крадётся в тучах, как полночный вор.
Шторма бушуют,... на краю земли
В далёкой гавани укрылись корабли.
 
В потёртой шляпе, в чёрных сапогах
С насмешливой ухмылкой на губах
В таверну завернул хромой пират
И тост сказал: Пират пирату брат!
 
За вход здесь рубль, а за выход два,
Кружится в бренной славе голова.
Мосты горели, горизонт пылал,-
Он с каждым тостом в потолок стрелял.
 
Когда гудит и пенится прибой,
Глаз не сомкнуть в ночи душе морской.
Тоскливо сохнуть ей на берегу...
На абордаж! Хоть на спасательном кругу.
 
Пусть ритмы сбиты, сбит уже прицел,
И бес кружит: Молись и будешь цел!
Душа морская прёт на эшафот,
На скользкой рее завершит поход.
 
На парусах и флагах черепа,
Разинув рты, взбунтуется толпа.
Отплачут волны: Господи, прости!
Но им уж эту душу не спасти!
 
Луна сойдёт за край своих небес,
Уснёт за тучей закруживший бес.
А якорь бросив,... на краю земли
В далёкой гавани теснятся корабли...
Расскажу как всё сложилось,
Как случился инцидент,
Что Зеленскому приснилось
Будто он Кремля агент.
 
Все прыжки и все ужимки
Выходца из Кей Джи Би*.
Замела пурга тропинки,
И запутала следы.
 
Пахло порохом и гарью,
Плыли запахи войны.
Став агентом по призванью,
Он в гробу видал все сны!
 
Вот прошёлся по Арбату
Вот пивка попил в Крыму.
Дали во время зарплату
И не одному ему.
 
Неожиданный случился
Инцидент на тот момент.
Сам себе в ту ночь приснился
Украинский президент.
 
Англосаксы бились в корчах,
Он их крыл как бык овцу.
Им в котёл плевал не морщась,
Кейджиберу всё к лицу.
 
Всех доил кровавой дойкой,
Запад кинул на бабло.
Хоть... нашёл не на помойке,
Отымел их всех в дупло.
 
Он лишил Европу танков,
Все снаряды расстрелял.
К гомикам и лейсбиянкам
Нужной страстью воспылал.
 
Увеличив обороты,
Вырубил Европе газ.
На утиль отправил роты,
И вернул домой Донбасс.
 
Петушиная когорта
Укрепила русский рубль.
А потом всех в пепел мордой,-
Без повтора новый дубль.
 
Жал на болевые точки,
Трупами укрыл поля.
Это всё пока цветочки,
Но подрос агент Кремля.
 
Клянчил пушки и ракеты,
Знавший только слово: Дай!
Он, Верховный над планетой,
Палец в кнопку и.... Прощай!
 
Дом покойнику не нужен
После ядерной войны.
Выживет кто с ним был дружен,
Отстирав свои штаны.
 
И пошёл намного дальше,-
Маленький Наполеон.
Позабыл кем был он раньше,
На три буквы Вашингтон.
 
Вот уже почти что фюрер,
Закружилась голова.
Он живой и он не умер,
Он качал свои права.
 
Всё случилось поздней ночью,
Может так, а может нет.
Голова с оскалом волчьим,
Рядом шаткий табурет.
 
Сон закончился издёвкой,
Коматозная заря.
Всем преступникам верёвка,
Им и первая петля.
 
*KGB - это КГБ, по-английски читается как Кэй-Джи-Би. Это название не нуждается в переводе, как и «водка», «спутник» или «перестройка».
 
Не летит пчела от мёда,
Не ходи в пожар с огнём,
Мы ведь не шутили сроду
Ни с мечом, ни с калачом.
 
Жизнь бежит, а годы скачут
И от мёда мухи мрут,
Дьяк запляшет – бабы плачут,
Вслед кутейники идут.
 
Наши двери нараспашку,
На миру и смерть красна,
В накрахмаленной рубашке
Не торопится весна.
 
Чем богаты тем и рады,
Наши кони все в пальто.
И проходят здесь парадом
С бабкой Ёшкой дед Пихто.
 
Бьёт петух смирнУ собаку,
Пляшут вилы на воде,
Лебедей всех щука с раком
Утопили в полынье.
 
На копне ворона гадит,
Светел век, да чёрен день,
Мы давно с разбегу гладим
Головой своей плетень.
 
Не срубить с ветлЫ оглоблю,
Что черно, не всё цыган,
Но веселью в пьяной злобе
Не тачи; ть глубоких ран!
 
Русский в драке не робеет,
Зря не чешет языком.
Мы любого одолеем
Не штыком, так кулаком.
 
Есть болото, будут черти,
Были б девки, честь найдём,
Кочергой упрямо чертим
Свой устав с монастырём.
 
Каждый мочит, кто как хочет,
Голь на выдумки хитра.
Наш петух несушку топчет,
С вечера и до утра.
 
Европейская когорта
Нас мечтает поиметь, -
Жертвы позднего аборта, -
На кол сесть и рыбку съесть.
 
Навели косу коса на камень
Кто не дружит с головой,
Вышибет копытом пламя
Конь педальный боевой.
 
Бранью правду не добудешь
Не заманишь под венец.
Тише едешь, -дальше будешь,
Нам поможет наш писец!
 
Русский долго запрягает,
Тройку долго запрягать.
Ветер в поле завывает
Разойдись, Япона мать!
 
Не летит пчела от мёда,
Не ходи в пожар с огнём,
Мы ведь не шутили сроду
Ни с мечом, ни с калачом.
 
Русские не шутят сроду
Ни с мечом, ни с калачом!
 
Источник: https://poembook.ru/poem/1550482-zhizn-bezhit

Васильки

07.08.2024
Когда умру, на тризну приходите,
Без лишних слов и показушных слёз
На холмик васильки мне посадите,
Когда взойдут посейте здесь овёс.
 
Над обрывам вдоль реки
Поселились васильки,
Сердцу милые цветы
Необычной красоты,
Васильки.
 
Какой красой могила засияет,
И золотом, и далью голубой,
А лёгкий ветерок, цветы лаская,
Пускай качает ими надо мной
 
А может быть, в пыли дорог уставший,
Неведомый мне кто –то забредёт,
И грустно головою покачавший,
Цветок себе на память пусть сорвёт.
 
Над обрывам вдоль реки
Поселились васильки,
Сердцу милые цветы
Необычной красоты,
Васильки.
 
Когда мне вечнй сон сомкнёт ресницы,
Тогда из Божьей выси голубой
Пусть крикнут, пролетая мимо птицы:
Мир праху твоему, друг дорогой!
 
Над обрывам вдоль реки
Поселились васильки,
Сердцу милые цветы
Необычной красоты,
Васильки.
 
 
Текст этой песни написан ещё в 2016 году. Только сейчас нашлась возможность это озвучить. Тема спорная, да и не по сезону. Если что-то не так, то извиняйте!
 
В свои права уже вступило лето,
Настигло светлым раем в шалаше,
А сытый кот, как песенкой пропетой,
Скребёт мне мягкой лапкой по душе....
 
Закон о смертной казни душит думы,
Жестоко лупит время по мозгам.
Не зря ли доктор Гильотен придумал
Забаву нашим шейным позвонкам?!
 
Так пусть нам снова нагоняет страхи
Неотвратимо действенный сквозняк!
А если кто откупится от плахи,
Кто дал и взял... обоих под вышак.
 
Разбудят их промозглой тёмной ночью
И под дождём сведут на задний двор.
Железная табличка, как у прочих,
И счёт родным за пулю в протокол.
 
Был "принцип талиона" не для смеху,
Делил заслуги точно по труду.
А те, кто против,... снова брюхом кверху
Всплывут в родном заиленном пруду.
 
И чем закон суровее и строже-
У неподкупных злее бытиё.
Но стоят неподкупные дороже!
Кто падаль тут, а кто здесь вороньё?
 
А кто виновник- судьи иль законы,
Когда в глазах кровавые огни?
Попробуйте-ка одолеть Горгону!
Толпа, она всегда кричит: Распни!
 
В свои права уже вступило лето,
Жизнь, может, вскоре станет хорошей...
А сытый кот, как песенкой пропетой,
Скребёт мне мягкой лапкой по душе....
 
*Принцип талиона предполагает наказание за преступление, мера которого должна воспроизводить вред, который им причинен.
Я блик, что исчезает, я отзвук прошлых снов,
Я та, кто ждёт, вздыхая, я приговор без слов.
Я трепет первой встречи, я холод пустоты,
Я горькая измена, я верность до черты.
 
Я взлёт перед паденьем, я бездна под стопой,
Я вечное сомненье, я мир и я разбой.
Я ключ от всех секретов, скрипучая петля,
Я лёд на жаркой коже, и я навек твоя.
 
Я гром в тиши рассвета, я ласка в злую ночь,
Я та, в ком нет ответа, кто гонит разум прочь.
Я тихий стук под дверью, я шёпот за стеной,
Я боль, что не измерить, тропинка под луной.
 
Я истина, я тайна, я та, что не вернуть,
Я выход, что не найден, я тень, что ищет путь.
Я вход, что крепко заперт, я дверь, где нет замка,
Я шторм в полночном море, я лёгкая рука.
 
Я отблеск в речке быстрой, колодца глубина,
Негаснущая искра, я мир и я война.
Я эхо давних песен, я призрак в полутьме,
Я пламя, я виденье, рождённое во сне.
 
Я крик в немом пространстве, я тишина молитв,
Я верность в постоянстве, я шрам от прошлых битв.
Я свет, что слепит очи, я мгла, где нет дорог,
Я самый длинный росчерк, я краткий каталог.
 
Я всё твоё, что было, и будет вновь и вновь,
Я вера и надежда, я вечная любовь...
 
Я истина, я тайна, я та, что не вернуть,
Я выход, что не найден, я тень, что ищет путь.
Я вход, что крепко заперт, я дверь, где нет замка,
Я та, кто ищет воли, я лёгкая рука.
 
Я искорка... я пламя...
Я навсегда твоя...
 
Я в желаньях сдержан суетой привычек,
Жизнь прожил с надеждой, думал без кавычек.
Рассчитал всё, взвесил прочно и реально,
Не поймите песню очень уж буквально.
 
Отразится небо даже в грязной луже,
Не хватает хлеба? Не было бы хуже.
Воду мутят черти в пуританском танце,
Гладят ли по шерсти, надеваю панцырь.
 
Смят, но не раздавлен и с душой в союзе,
Только быт отравлен качеством иллюзий.
Дни текут уныло, мелкие заботы,
Сивые кобылы ржут для идиотов.
 
Скучная реприза, ожидаю чуда,
Прихоти, капризы разгоню покуда.
Зависть обуяла, наступает споро,
И кресты косые встали вдоль забора.
 
Если мягко стелют, будет спать мне жёстко,
Пропускаю слева всех на перекрёстке.
У властей опора- тюрьмы да режимы,
Серую контору помнят старожилы.
 
Я же сад полночный помню из былого,
Оперполномочных, не сдержавших слова.
Снова черти роют яму на допросе,
Тучи небо кроют, скупо плачет осень.
 
Вышки и заборы, нет тепла и хлеба,
Лязгают запоры, недоступно небо.
Жалобы и стоны, подлые ловушки,
Покраснели клёны, врёт взахлёб кукушка.
 
Раны обжигают, присыпаю солью,
Ночи догорают, розовея болью.
В сигаретном пепле огонёк чуть тлеет,
Очутившись в пекле, сердце леденеет.
 
Рву в побег "на случай" в жажде приключений,
Чтоб доставить сучьим мордам огорченье.
Роковое время, чёрные "хоромы",
Вечно вражье племя! Каша, макароны....
 
Смерти и болезни, отпечатки пальцев...
Тягостные песни у бродяг-скитальцев
Трубами из ада протекли по жизни,
Главная награда,- спеть на сучьей тризне.
Позади печали и тревоги,
Осень дарит нам свои цветы.
И совсем нелёгкою дорогой
Были мы с тобой обручены.
 
Я всегда любил твой милый голос
И улыбку светлую твою.
НалитОй, созревший, сочный колос
В день осенний я боготворю.
 
Припев:
Ты - мой свет в ненастье и в метели,
Этим светом я всю жизнь горю.
Шумной стаей годы пролетели,
А я тебя ещё сильней люблю.
Ты одна - мой свет и вдохновенье,
Ты одна - мой самый верный путь.
И любви прекрасные мгновенья
Распирают счастьем ум и грудь.
 
И, когда во сне с тобой летаю,
Осень дышит музыкой весны.
На твоей щеке снежинка тает,
Воплощая в жизнь цветные сны.
 
Всё что было, было не напрасно,
Ты шагаешь рядышком со мной.
Пусть огонь любви пылает страстью,
Освещая путь наш золотой.
 
Припев:
Ты - мой свет в ненастье и в метели,
Этим светом я всю жизнь горю.
Косяками годы пролетЕли,
А я тебя ещё сильней люблю.
Ты одна - мой свет и вдохновенье,
Ты одна - мой самый верный путь.
И любви прекрасные мгновенья
Счастьем наполняют ум и грудь.
 
Позади печали и тревоги,
Осень дарит нам свои цветы.
До конца не пройденной дорогой
Мы с тобой навек обручены.
 
Я горю огнём в твоих объятьях,
Колкие цветы, в горошек платье.
Полная луна! Теряя волю,
На краю стою,- волчицей вою...
 
Впереди карниз,
Только сделай шаг.
Заглянуть ли вниз?
Удержи меня, я в твоих руках.
 
Сломанным крылом
Трудно сделать взмах,
Сердце на излом.
Удержи меня, я в твоих руках.
 
Кроет небо тьма недобрым взором,
Ты меня пронзил немым укором.
Силу твоих рук я испытала,
Быть в твоём плену всегда мечтала...
 
Впереди карниз,
Только сделай шаг.
Бездна тянет вниз,
Удержи меня, я в твоих руках.
 
На ногах загар,
Слёзы на глазах.
На душе пожар,
Удержи меня, я в твоих руках.
 
Мимо промелькнёт угрюмый вечер,
Раны на душе залижет ветер.
Я тебе явлюсь мечтой крылатой
В белом сне приду к тебе распятой!
 
Впереди карниз,
Только сделай шаг.
Бездна мАнит вниз,
Удержи меня, я в твоих руках.
 
И в мороз, и в зной
Жизнь на тормозах.
Вдруг, сорвусь звездой?
Удержи меня, я в твоих руках.
 
Удержи меня, я в твоих руках.
Удержи меня, я в твоих руках.
Удержи меня...
Стихи Юрия Кузнецова
музыка и исполнение студия Суно
 
Будет вьюга до утра белой шкуркой ластиться,
Запах отгоревших свеч лёг слезой в глазах.
Не заштопана дыра в полинялом платьице,
Снимут голову мне с плеч, проживу впотьмах...
 
Были страсти в зависти, гибли поколения,
Расказачил казака красный командир.
Пели песни в радости белого каления,
Было лютое ЧК и чума, и пир.
 
Расстреляла казака
Тройка чрезвычайная,
По этапу кулака
С думами печальными.
Стал отказником монарх,
Ах! Мечта хрустальная...
Вышли все и выйдем в прах,
Песня стародавняя.
 
У ловцов голодных душ грань за гранью скользкая,
В протяжённости границ не собрать костей.
Не мужик уже, а муж песней комсомольскою
Воспевал поток темниц, массовость смертей...
 
Заливались соловьи болью нестерпимою,
Мы упёрлись в край земли, помахав дубиною...
И романтиков не страх гнал в дорогу дальнюю.
Разъевреен олигарх, сторона кандальная...
 
Расстреляла казака
Тройка чрезвычайная,
По этапу кулака
С думами печальными.
Стал отказником монарх,
Ах! Мечта хрустальная...
Вышли все и выйдем в прах,
Песня стародавняя
 
Вышли все и выйдем в прах,
Жизнь моя скандальная...
Вся жизнь, как рулетка, на лезвии бритвы
Помечена знаком глубокой тоски.
А бесы глумились, читая молитвы,
Хлебнувшему яду из глаз колдовских*.
 
Кровь сгустками била в гудевшие вены,
Ему шрам на сердце, ей шрам на руке.
Хранили молчание чёрные стены
И хмурились ангелы на потолке...
 
Их личные демоны жаждали крови,
Он вёл с ней и с ними проигранный бой!
Насытился страстью и ревностью вволю,
А в двери стучался небесный конвой.
 
Любимец у женщин, мечтатель и циник,
Юродивый сталкер, чужой средь своих...
Никто не толпился у тюрем и клиник,
Когда мой герой загонял коренных**.
 
Враждебные бесы глумились без правил,
По правилам нужно равнять козырей.
Старуху с клыками он дважды обставил,
А в третий... она оказалась сильней!
 
Греховные страсти уму неподвластны,
Нам кто-то доносит на ухо с небес.
Прожив на разрыв, шёл дорогой опасной,
Был сам себе ангел и сам себе бес!
 
Играя со смертью, не бейся в печали,
Когда ненароком ослабнет вожжа.
По лезвию бритвы ушёл, но вначале
Изрезал подошвы на кромке ножа...
 
* здесь подразумевается актриса Валентина Малявина, с которой у героя был длительный роман.
**Коренная – лошадь, запряженная в оглобли или припряженная к дышлу. Коренник не только тянет и поворачивает повозку, но и сдерживает и осаживает ее.