Весенняя Элегия

Я был дикарь, ты, бросившая смог большого города, израненная птица, уставшая от жизненных дорог... Когда спала, я целовал твои ресницы, а утром через галечника пляж, нёс до воды — плыви! — и ты была русалкой, и для тебя шипел волны плюмаж, и воздух йодом пах, и горною фиалкой...

!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! С ув.!!!!!!!!!!!!!!

Это чудесно. Надо будет последовать Вашему примеру и выложить своё, того же возраста. Потягаемся со Владом Громовым - впрочем, он заведомо круче меня.

И «легионеру» не чужда винтажность картинок; в сферы миров пыль с ботинок своих превращая, в космосе видит идиллию он, аки инок, и я бы увидел её после рюмочки чая, но без железной кастрюли, надетой на чайник, я вижу на небе изрытую словно бы оспой то ли луну, то ли Йорика череп печальный даже в Тайланде, где даже ночами несносно в жаре среди лилий, магнолий и прочих цветочков таких, словно все до весны докатились, а тут сутенёры мопедные курят и точка, а водные глади – в них карпы священные бились за каждую крошечку корма от добрых туристов и тигр томился, в оранжевой робе в полоску по клетке печально бродя, словно граф Монте-Кристо, с тоской по свободе, хоть жить на свободе непросто... И не были так уж прекрасны там все Афродиты, как та, что из пены морской превратилась в богиню в каких-то там мифах, и даже бывали сердиты на всех, как Горгоны, в охоте на тайскую дыню и «легионеры» их были настолько пузаты, что их бы и даром не то что в солдаты не взяли, а лучше скормили бы тиграм за пьяные маты и с тиграми рядом потом все цветы бы завяли... Да так вот оно в девяностых, возможно, и было, а легионеры изрядно с тех пор постарели и все их элегии я бы отправил на мыло, но их – легион и теперь все они – менестрели...