Голуби
Травой восходит тишина,
И голуби на голубятне,
И облачная глубина.
Пора! Полощет плат крылатый,
И разом улетают в гарь
Сизоголовый, и хохлатый,
И взмывший веером почтарь.
О, голубиная охота!
Уже воркующей толпой
Воскрылий, пуха и помета
Развеян вихрь над головой!
Двадцатый год! Но мало, мало
Любви и славы за спиной.
Лишь двадцать капель простучало
О подоконник жестяной.
Лишь голуби да голубая
Вода. И мол. И волнолом.
Лишь сердце, тишину встречая,
Все чаще ходит ходуном. ..
Гудит година путевая,
Вагоны, ветер полевой.
Страда распахнута другая,
Страна иная предо мной!
Через Ростов, через станицы,
Через Баку, в чаду, в пыли -
Навстречу Каспий, и дымится
За черной солью Энзели.
И мы на вражеские части
Верблюжий повели поход.
Навыворот летело счастье,
Навыворот, наоборот!
Колес и кухонь гул чугунный
Нас провожал из боя в бой,
Чрез малярийные лагуны,
Под малярийною луной.
Обозы врозь, и мулы - в мыле,
И в прахе гор, в песке равнин,
Обстрелянные, мы вступили
В тебя, наказанный Казвин!
Близ углового поворота
Я поднял голову - и вот
Воскрылий, пуха и помета
Рассеявшийся вихрь плывет!
На плоской крыше плат крылатый
Полощет - и взлетают в гарь
Сизоголовый, и хохлатый,
И взмывший веером почтарь!
Два года боя. Не услышал,
Как месяцы ушли во мглу:
Две капли стукнули о крышу
И покатились по стеклу...
Через Баку, через станицы,
Через Ростов, назад, назад,
Туда, где Знаменка дымится
И пышет Елисаветград!
Гляжу: на дальнем повороте -
Ворота, сад и сеновал;
Там в топоте и конском поте
Косматый всадник проскакал.
Гони! Через дубняк дремучий,
Вброд или вплавь гони вперед!
Взовьется шашка - и певучий,
Скрутившись, провод упадет...
И вот столбы глухонемые
Нутром не стонут, не поют.
Гляжу: через поля пустые
Тачанки ноют и ползут...
Гляжу: близ Елисаветграда,
Где в суходоле будяки,
Среди скота, котлов и чада
Лежат верблюжские полки.
И ночь и сон. Но будет время -
Убудет ночь, и сон уйдет.
Загикает с тачанки в темень
И захлебнется пулемет...
И нива прахом пропылится,
И пули запоют впотьмах,
И конница по ржам помчится -
Рубить и ржать. И мы во ржах.
И вот станицей журавлиной
Летим туда, где в рельсах лег,
В певучей стае тополиной,
Вишневый город меж дорог.
Полощут кумачом ворота,
И разом с крыши угловой
Воскрылий, пуха и помета
Развеян вихрь над головой.
Опять полощет плат крылатый,
И разом улетают в гарь
Сизоголовый, и хохлатый,
И взмывший веером почтарь!
И снова год. Я не услышал,
Как месяцы ушли во мглу.
Лишь капля стукнула о крышу
И покатилась по стеклу...
Покой!.. И с каждым днем невнятней
Травой восходит тишина,
И голуби на голубятне,
И облачная глубина...
Не попусту топтались ноги
Чрез рокот рек, чрез пыль полей,
Через овраги и пороги -
От голубей до голубей!
1922
Разбор стихотворения классика «Багрицкий Эдуард» — «Голуби»
Анализ стихотворения «Голуби»
Стихотворение Эдуарда Багрицкого «Голуби» (1922) представляет собой масштабное поэтическое полотно, в котором лирическое переживание тесно переплетается с исторической эпохой Гражданской войны. Написанное в характерной для поэта энергичной, рубленой манере, стихотворение строится на контрасте между образом мира, покоя и тишины (воплощенного в голубях) и хаотичным, стремительным движением революционных лет.
Композиция и сюжет. Стихотворение имеет кольцевую композицию: оно начинается и заканчивается почти идентичными строками о траве, тишине и голубях, создавая ощущение замкнутого круга памяти. В центре произведения — воспоминание о пути героя через огонь Гражданской войны: от Ростова до Баку, через Персию (Энзели, Казвин) и обратно на Украину (Елисаветград). Этот путь — не просто географическое путешествие, а метафора скитаний и потерь целого поколения.
Система образов. Ключевым символом является голубь и связанная с ним «голубиная охота». В начале стихотворения голуби — символ мирной, безмятежной жизни, детства или юности («Лишь двадцать капель простучало...»). Однако, разлетаясь, они превращаются в «воскрылий, пуха и помета» — этот образ почти гротескно материален и динамичен. В вихре войны голуби становятся знаком потерянного рая, который герой тщетно пытается обрести вновь. Голубь — это и «плат крылатый», и почтарские птицы, что отсылает к мотиву связи времён и вестей, которые никогда не приходят.
Природа и ландшафт в стихотворении одушевлены и суровы: «малярийные лагуны», «черная соль», «прах гор», «конский пот». Это не фон, а активный участник событий, олицетворяющий бесконечную дорогу и страду. Война показана через быт и движение: «обозы врозь, и мулы – в мыле», «тачанки ноют и ползут», «верблюжий поход». Багрицкий избегает пафосных описаний сражений, фокусируясь на изнурительном, почти бессмысленном круговороте.
Мотивы и лейтмотивы.
- Мотив времени и тишины. Время в стихотворении бежит стремительно («двадцать капель», «два года боя»). Тишина — это не покой, а тревожное затишье перед бурей или забытье, «травой восходит тишина» — метафора забвения, которое накрывает прошлое.
- Мотив пути и дороги. Путь героя хаотичен, он мечется: «Через Ростов, через станицы... через Баку...» — и обратно. Дорога лишена цели, это бесконечное движение «навыворот, наоборот», где «счастье летело навыворот». Путь заканчивается там же, где начался — у голубятни.
- Мотив памяти и забвения. Лирический герой пытается зафиксировать события, но они ускользают: «Не услышал, как месяцы ушли во мглу». Единственная «зарубка» на памяти — это капли, стучащие о подоконник, метафора сбиваемого счёта жизни. Возвращаясь к голубям, герой осознаёт, что его «ноги топтались... от голубей до голубей» — всё движение оказалось иллюзией.
Художественные особенности. Багрицкий использует глаголы в настоящем времени («глядят», «летим»), создавая эффект непосредственного присутствия. Аллитерации («гул чугунный», «рожь – и ржать») и ассонансы придают стиху маршевый, набатный ритм. Повторы ключевых строф (взлёт голубей, образ платка) работают как рефрены, напоминающие герою о непрерывности времени. Важна и цветопись: «сизоголовый», «голубая вода», «черная соль», «кумач» — цвета одновременно яркие и грязные, как сама война.
Итоговый смысл. «Голуби» — это исповедь человека, чья молодость сгорела в огне Гражданской войны. Стихотворение пронизано чувством утраты и невосполнимости. Поэт не даёт однозначной оценки событиям, но фиксирует трагедию поколения, застрявшего между прошлым (голуби, тишина) и будущим, которое так и не стало их уделом. Финальная фраза «от голубей до голубей» звучит как горькая эпитафия всей этой эпохе — огромной, страшной и, возможно, напрасной.
Рекомендуем для прочтения
- Если вас тронула поэзия Эдуарда Багрицкого, обязательно прочтите его стихотворения «Смерть пионерки» и «Человек предместья».
- Для погружения в атмосферу революционной эпохи и гражданской войны в стихах, рекомендуем обратиться к творчеству Сергея Есенина (цикл «Сорокоуст», «Анна Снегина») и Владимира Маяковского («Левый марш», «Облако в штанах»).
- Тема памяти и утраченного времени, проходящая через «Голубей», близка Осипу Мандельштаму (стихи 1910-1920-х годов) и Владиславу Ходасевичу (сборник «Тяжелая лира»).


