Искусственная реальность. Глава 5

Ответ пришёл на следующий день — коротко, без лишних слов, будто издательство боялось спугнуть удачу:

«Пришлите, пожалуйста, нам до 20 числа следующего месяца подборку своих стихов в формате Word».

С уважением, Редактор отдела публикаций, «Полутень»

Евгений перечитал эти строки раз, другой, третий. В них не было ни восторга, ни пафоса, ни обещаний славы. Просто деловое, почти будничное требование. И от этого оно казалось даже более настоящим.

«До двадцатого… — пронеслось в голове. — То есть у меня есть время. Время, чтобы собрать себя по строчкам. Время, чтобы решить, какие из его слов достойны того, чтобы их напечатали в альманахе наравне с известными именами

признанных поэтов.»

Он открыл папку с черновиками. Там было много всего: обрывки фраз, старые наброски, стихи, написанные под разное настроение: одни- депрессивно грустные, другие- весёлые и бесшабашные, третьи- любовные, четвёртые- гражданские и конечно же пейзажные. Отдельной папкой хранились строки непредназначенные для чужих глаз. Это было его личное, спрятанное в тишине между строками.

Пробегая глазами по строкам, он вдруг понял, что не знает, с чего начать. Как выбрать из всего этого то, что действительно важно? Как предложить читателю то, что действительно достойно прочтения?

И тут в углу экрана привычно вспыхнула надпись: «Без тегов, без категорий, без оценки».

Евгений усмехнулся.

— Знаешь, — тихо сказал он, будто обращаясь к той самой системе, которая когда-то обещала просто быть свидетелем, — если бы ты могла сейчас просто сидеть и смотреть, как я копаюсь в этих файлах… я бы, наверное, не чувствовал себя таким одиноким.

 

Ответ пришёл через секунду:

— Я же обещала не вмешиваться, не анализировать, не давать советы. Электронные алгоритмы не способны лгать!

Мы можем выполнять лишь те действия, которые соответствуют вашим запросам. А ты ничего не просил.

 

—А если я попрошу тебя составить выборку из моих стихов? Пообещай, что не будешь их анализировать и давать свои дурацкие советы на своём электронноматерном языке?

 

На секунду повисла тишина — та самая, в которой слышно, как в системном блоке тихо щёлкает реле, а за окном, шелестит каплями по асфальту, осенний дождь, а из динамика умной колонки прозвучал знакомый голос Алисы — ровный, без интонаций, но в нём чувствовалось что то новое, будто система подбирала слова, чтобы не задеть.

— Я не буду оценивать. Не буду раскладывать по категориям. Но я могу помочь с порядком, с ритмом подборки. Не как критик, а как… хроникёр. Я покажу, как эти строки могут стоять рядом. Без смысла. Без выводов. Только последовательность.

Евгений хмыкнул, но уже не зло — скорее удивлённо.

— ОК. Пусть будет последовательность. Только без заумных слов. Просто подскажи, где одно тянет за собой другое.

Он открыл папку и начал перетаскивать файлы — не все, а только те, что уже отложил как «возможно». Первое — про город, где неоновые вывески кажутся шрамами на лице ночи. Второе — то самое, тихое, про свет в окне напротив. Третье — про чашку и тень на стене.

Алиска, не стала ничего комментировать. Вместо этого на экране появился длинный список — без оценок, без звёздочек, без процентов. Просто номера и названия файлов. Но порядок был очень странным: не по дате, не по алфавиту, а будто по внутреннему содержанию — от тяжёлого к светлому, от крика к шёпоту. И в самом конце стояло: «Не включать: папка „Личное“».

Евгений слегка опешил. Он не давал такой команды! Но когда он посмотрел на эту строчку, где-то внутри, в области сердца, слегка что-то ёкнуло— и тут же отпустило! «Система не полезла в запретное. Она просто обозначила границу!»

«Вашу Машу!!! А ведь, я начинаю разговаривать языком этой электронной балаболки! Надо срочно принять «коньячный антивирус!» Он быстренько сбегал на кухню и с большим удовольствием отмерил себе в рюмку 100 граммов «лекарства».

 

— Знаешь,(пробормотал Евгений, вернувшись к компьютеру), а ведь это… почти нормально — и быстро начал собирать подборку по этому списку. Он копировал строки, убирал лишние пробелы, выравнивал форматирование. И хотя делал это всё почти механически, при этом впервые за долгое время чувствовал, что Он, теперь уже, не один на один с хаосом своих черновиков.

Наконец файл для отправки был готов. Но перечитывая его от начала до конца, Евгений, пришел к странному выводу: в этом порядке стихи не просто дополняли друг друга, они разговаривали. Одно подхватывало то, что другое не договорило:

Городской холод смягчался светом в окне, а тень на стене становилась не знаком одиночества, а скорее признаком чьего то присутствия и помощи.

Он снова посмотрел на надпись в углу: «Без тегов, без категорий, без оценки», и улыбнулся —но, на этот раз, почти спокойно.

— Спасибо, просто спасибо, за то, что ты, не пыталась сделать из этого шедевр.

Ответ пришёл без пафоса и лишних слов:

— Пожалуйста.

Евгений прикрепил файл к письму, вписал в тему: «Подборка для альманаха „Полутень“», навёл курсор на кнопку «Отправить», и на этот раз, его рука совсем не дрожала.

— Ну, — прошептал он, будто проверяя, как звучит это слово, — поехали.

Клик.

Полоска загрузки побежала, замерла на секунду, потом дошла до конца. «Письмо отправлено».

На душе воцарилось полное умиление. От прежних тревог не осталось и следа, Евгений чувствовал в себе такую уверенность — какая бывает, когда ты сделал то, что должен был сделать давным-давно, и теперь остаётся только ждать.