Я это сделаю с тобой...
Я это сделаю с тобой —
я подпишу каштана лист,
он будет зелен, будет чист,
он будет абсолютно безрифменный,
невероятно трогательный в этой своей сухой зелени, —
кажется, я начинаю понимать,
что такое вещь в себе.
Красные огни за окном, конечно,
никакие не вещи, — отражённый свет
и всё чаще мне кажется, что я — фонарь,
но это — не правда, а кокетство.
Больше всего раздражает в людях,
чаще всего водится за мной —
особая страсть «пожаловаться»,
припудриться, надеть парик,
если для этого и нужно хоть какое-то качество,
то у меня нет для него слова с правильным ударением.
Ещё у меня нет правильной зубной щетки,
я использую одноразовые подгузники
и ставлю еду в холодильник в пакетах.
Под мойкой стоит 60-литровое мусорное ведро
и я выношу мусор два раза в день.
И это ничего не значит так же,
как не значит, в чём я ложусь спать,
какой сегодня день недели
и когда расцветёт каштан за окном.
У каждой сущности — свой быт,
у каштана — свой, у меня — свой,
и мы никогда не сойдёмся в быте,
но мы сойдёмся в той точке жизни,
где зелёная ягода упадёт под ноги,
будет поднята и наречена "орехом".
В молочной мякоти будут лежать слова,
ещё тёплые и очень тесные,
но уже живые,
сорванные случайной бурей,
неприметно скатившиеся в траву,
а в его невозможной белизне
будет найдена способность светить.
