Девочка

Находка дышала йодом и мазутом. Вечер стелился над портом, как промасленная тряпка, пропитанная запахом дальних странствий, продажных женщин, водки и дешёвого портвейна.

Алексей - тридцать лет, морской волк с обветренным лицом и тоской в глазах, забрел в танцевальный зал, ища хоть какого-то забытья среди однообразных будней.

 

Среди мелькающих теней и оглушительной музыки он увидел её. Маленькая, хрупкая, как чайка, выбившаяся из стаи. Она двигалась как-то неумело, но с такой искренностью, что сердце Алексея дрогнуло. Подошел. Пригласил. Она засмеялась, как колокольчик на ветру.

В ресторане, с видом на мерцающие огни порта, он угостил её шампанским с коньяком. Невинный флирт, легкие разговоры… Алексей давно разучился понимать себя. Может, просто устал от одиночества. Может, искал хоть искру тепла в этой промерзшей душе.

Потом, словно в тумане, он помнит, как они шли по шатким мосткам к его судну. Она шла, пошатываясь, доверчиво держась за его руку. Бездумно, ослепленный каким-то моментом слабости, он повел её в свою каюту.

Дальше – как страшный сон. Пьяный угар, отчаянная попытка забыться… и ужас. Мгновенное, леденящее душу осознание. Она – девочка. Неопытная, чистая, как первый снег.

 

Скомкано, дрожащим голосом он спросил: "Сколько тебе лет"?

 

Тихий, почти неслышный ответ: "Пятнадцать". И слезы хлынули из ее глаз.

 

Мир рухнул. Вселенная сжалась до размеров маленькой каюты, в которой он, Алексей, превратился в чудовище. Пятнадцать… всего пятнадцать лет! Перед глазами поплыли лица родных, сестры, матери… Что он наделал окаянный?

 

Жалость. Невыносимая, разрывающая на части жалость к этой сломанной птице. Страх. Леденящий, парализующий страх за себя, за свою загубленную жизнь. И отвращение. Глубокое, всепоглощающее отвращение к самому себе.

 

Что делать? Как исправить непоправимое? Как жить дальше с этим кошмаром на душе? Вопросы бились в голове, словно чайки о скалы, не находя ответа. Алексей смотрел на уснувшую наконец девочку, и чувствовал себя предателем, монстром, заслуживающим только презрения.

И в этот момент, в этой проклятой каюте, он понял, что его жизнь, казалось бы, такая долгая и полная приключений, на самом деле только начиналась. Начиналась с этого страшного, непоправимого момента. Момента, который навсегда изменит его, оставив незаживающую рану в сердце.

 

 

.