Inoperabilis
«Иногда самый точный диагноз для текста — признать его неоперабельным».
Б. Катков
Доставлен текст. Анамнез: «О душе».
На титуле — претензия на вечность.
Но я, привыкший к смерти и клише,
В нем вижу лишь распад и скоротечность.
Симптомы: жар, неровная строка.
Попытка выдать судороги за чувство.
Но смерть его — банальна и легка,
Как и его «великое» искусство.
Вскрываю грудь. Решительный разрез.
Где мышцы ритма? Где хребет сюжета?
Здесь — пустота. И никакой процесс
Не оживит фантомного поэта.
Внутри — застой. И гнойный, злой отек.
Вот — легкие, где воздух не гуляет.
Здесь каждый образ — сдувшийся мешок,
Что попусту пространство занимает.
Взгляните вглубь: здесь заворот идей.
Склероз метафор. Тромбы из картона.
Среди «любви» и «пламенных страстей»
Нет ни души, ни крови, ни закона.
Лечить? Смешно. Здесь ткани больше нет.
Лишь гной, вода и сахарная вата.
Накройте простынёй гнилой скелет,
В чьей смерти только пошлость виновата.
Зашить? Нельзя. В утиль. Класс «Б». В ведро.
Не тратьте нитки, время и клеенку.
Здесь сгнило всё: и мясо, и нутро.
Оставив лишь намокшую картонку.
