Чёрный ангел

Луна – расколотый фарфор, приклеенный к ночи.

Фонарь – единственный свидетель, да и тот незрячий.

Она хотела просто стать немножечко короче,

Чем эта жизнь, что выдана была ей на сдачу.

На старом карнизе, как на краю балетной сцены,

Она танцевала свой танец для сломанной куклы.

И стены молчали, взирая на эту мизансцену,

И звёзды взирали, как тусклые, мёртвые угли.

Один неверный шаг, одно движенье невпопад,

И тишина взорвалась, как граната.

И полетело вниз её простое «виноват»,

Туда, где тень легла огромным, тёмным пятном.

И чёрный ангел подберёт остывшее тело,

Что соскользнуло с карниза во время танца.

Он скажет: «Тише, глупая, ты просто улетела.

Не бойся, здесь не нужно больше притворяться».

И мёртвые души упокоят живых, убаюкивая,

Споют колыбельную ветром в пустых проводах.

И город уснёт под луной, этой белой краюхою,

И сны растворятся в холодных, осенних садах.

Никто не услышал, никто не заметил паденья.

Лишь дворник под утро найдёт одинокую туфлю.

И смоет асфальт все следы и все тени сомненья,

И жизнь провернётся, как будто нажали на «loop»-лю.

Останется только открытое настежь окошко,

И штора, что бьётся на ветру, как белая птица.

И будет казаться, что ей не хватило немножко,

Чтоб просто допрыгнуть до неба и там раствориться.