Конан и Золотые чаши Крома

Та история начиналось в таверне простой,

Каких-то две лУны назад -

Поселился там варвар больной,

Который прошел через ад

 

Северянин хотел лишь покоя,

Наверное, несколько женщин и вин,

Но разве бывает в жизни такое

Чтоб воин напивался один?

 

Вот Конан и пил спозаранку,

А с ним ещё были они -

Вор, укравший у султана буханку,

И живший теперьче в тени,

 

Гном, что покинул горы, родные,

Дабы найти в битве себя;

Две близняшки, совсем уж седые,

Познавшие тайну огня.

 

Была в той таверне и Ксена,

Королева отчаянных псов,

Их трупы остались на сене,

У не преступных городских ворот.

 

Тут Кром всех собрал не случайно,

Так велела, наверно, судьба,

Да и воины желали отчаянно

Для себя награбить добра;

 

И голосом старых близняшек

Великий божок, говорил:

"Есть в мире подобие чашек,

Из которых если б отпил

 

Стал жить бы ты целую вечность

И силы имел бы вдвойне!"

Какая же богу в том ценность,

Увы, неизвестно и мне!

 

Но история та закружилась

Той ночью в таверне дрянной,

И Ксена с волшебником билась

И отправила его на покой.

 

Смеясь вырезАла сердце

И нож языком облизала

А после его спрятала в берце

Кричала она, ликовала.

 

Конан понуро смотрел на подругу

Будто в нее поселился кошмар

Нужно бы взять эту дуру под руку

И бежать в град воров, в Кондрагар.

 

Варвар тут же стал трезвым,

И подмышку схватил он друзей,

И с солнца лучиком первым

Покинул он город, что звался Цезей.

 

И ступили они на дорогу,

И была та дорога трудна,

Воин чуял в сердце тревогу,

Но не знал откуда она.

 

Каждый шел по дороге зачем-то,

И Конан повел за собой

Воришку, что держался за сердце,

Старых близняшек, что шли одна за другой,

 

В конце шел гном из подземного царства,

А пред ним и Ксена-царица сама,

И что ждет путников завтра,

Знает лишь злодейка судьба.