Тура

Джулия подошла и стала рядом: мощная фигура во дворе приковывала взгляд. Вот женщина опять приняла обычную позу – протянула толстые руки к веревке, отставив могучий круп, и Уинстон впервые подумал, что она красива. Ему никогда не приходило в голову, что тело пятидесятилетней женщины, чудовищно раздавшееся от многих родов, а потом загрубевшее, затвердевшее от работы, сделавшееся плотным, как репа, может быть красиво. Но оно было красиво, и Уинстон подумал: а почему бы, собственно, нет? С шершавой красной кожей, прочное и бесформенное, словно гранитная глыба, оно так же походило на девичье тело, как ягода шиповника – на цветок. Но кто сказал, что плод хуже цветка? – Она красивая, – прошептал Уинстон. – У нее бедра два метра в обхвате, – отозвалась Джулия. – Да, это красота в другом роде.

Браво! не могу удержаться чтоб не сказать ... это великолепное чтиво. Я как-то читала о необычном празднике у индейцев. Там на какой-то горе собирается масса народа на мистерию, чтоб посмотреть танец бабочки. Это необыкновенное зрелище, в конце которого красота является в своей родоначальной чистой форме. Пишут что зрелище потрясающее и незабываемое.

Очень впечатлило! И тема, и исполнение. Такое трогательное...