его убила война

мёртвые поля недавно затихли,

чёрные листья и сосны подгнили.

замолчали внезапно цветы:

кончилось, братцы. разойтись.

куда? мы ж не дошли? надо ж было?

но приказы верховных не обсуждаются.

вот тебе деньги на кусок мыла: он пригодится,

чтобы помыться или освободиться.

надели чистые мундиры:

конец войны, что похороны.

сделать харакири дело чести, командиры,

ведь больше некуда девать свои патроны.

кошмары больше не топливо для борьбы,

теперь в обществе все равны: мы и хохлы.

они получают соцпомощь, ровно также

даже чуть больше, им же досталось.

на госденьги бутыль самогона – спасибо, Вова.

без тебя, как без моих оторванных рук – не нажать на курок.

для патриотов отличный урок –

лишь на время битвы нужен стрелок.

а потом х** бы с ним, так и так умрёт.

от девушки, что с убитым младенцем ревёт;

от криков убитых по ночам, что кричат в унисон:

нас убила война.

 

отдыхают воины в кроваво-жёлтых степях,

вечный сон для них, словно тишь в монастырях.

блаженство, какое нигде больше не сыскать,

что может быть лучше, чем умирать на чужих руках?

в памяти останутся кадры их гибели

у тех, кого накрыли забвенья глыбами.

живы в сердцах герои братских могил,

но кто вспомнит тех, кто не погиб?

никто не играет со сломанными игрушками,

их выкидывают на помойку испортившимися тушками.

дешевле утилизировать автоматы со сломанными мушками,

чем еб***ся с восстановлением финтифлюшками.

в каждой мясной избушке свои погремушки:

где пузырьки, где расчёсанные кулаки,

игры в загадки с кукушками, где ты Якубович

если б не ты, падла, Янукович...

кто-то по ночам вскакивает, прыгая в окоп.

кто-то под рейвом танцует судорогами хип-хоп.

два притопа, три прихлопа – в укрытие, время прилёта!

внутри живых пространство лестничного пролёта:

их убила война.

 

всё, что горит, – в рот, полоскать мозги.

говорят, хорошо сохраняются в спирту.

но мне бы выжечь там всё, подкинув розги,

спикировать с высотки на ветру.

но пока что он штурмует по утрам маршрутки,

где бесплатный проезд, как награда за бойню,

в которой расстрелять деревню из градов – подвиг.

вечный путь по кирпичной крошке в изумрудный город,

в котором ждёт на троне плешивый Гудвин.

он прилепит на грудь двадцать один и пять граммов золота,

а ведь лев просил храбрость и утоление голода,

голода по кровавым на стенках соплям,

по оторванным крыльям зуям,

по отбитым и синим ногтям,

по мертвецки тихим госпиталям.

машинку завели, но остановить забыли,

и она катится на скорости вниз с обрыва.

вместо солнца Победы прожектором осветили,

получил высшее поощрение труд сизифа.

и остался стоять он, оловянный солдатик,

помятый и кинутый на пол фантик.

его кинули в камин – его убила война,

но не сгорают в огне те, кого убила она.

 

тем, кто вернулся оттуда.

23 октября 2024 год.