Период абстиненции


Лишь мысль о том, что можно не успеть
В конце концов сбывается. Банальность.
В угрюмом парке, в каждой ветке - плеть
И в каждом вздохе есть своя тональность.
К многоголосной музыке Машо
Дорога в листьях от каштанов старых...
Но ты давно не веришь в этот шёлк.
В твоей квартире тёмной вянут астры.
Не сложится картинка прежних встреч
Из одиночеств и туман всё гуще,
Окно закрыто плотно неимущим
Словам о счастье счастья не сберечь.
 
Притоплен берег. Дождь десятый день.
Аир разросся, реки стали шире.
В угрюмом парке проявилась тень
И астры расцвели в твоей квартире.
Мерцают осыпаясь с веток вниз
За каплей капля, что здесь надо гостю?
Омлет на завтрак, тофу с рыбьей костью?
Твоя готовность выполнить каприз?
Сгорают долго листья, горек дым.
Ручьи текут в ненастье обнажаясь
И снова ты сидишь одна, не каясь
И ждёшь его перед окном пустым.
 
Но птицы улетели навсегда
В чужую осень снам оставив гнёзда
На стенах звёзды проступили поздно -
Полы покрыла мёртвая вода.
 
 
 
 
==========================
"Лишь мысль о том, что можно не успеть
В конце концов сбывается. Банальность."(с)
 
Это первые две строчки стихотворения "Период абстиненции"
 
..........Конец в начале, то есть мы уже оказались там, где можно не успеть, там, где банальность поджидает со своим спасительным  твёрдым обычным миром, но, поскольку начало - это здесь именно конец, то завершает оно то, что едва началось. "Лишь мысль" с "банальностью", то есть, с устоявшимся материализованным состоянием сознания.
..........Невесомая и неосязаемая "мысль", сбывающаяся в "банальность". Но после этих почти афористичных, резюмирующих строчек вдруг возникают тёмные страшноватые краски, ветки-плети заарканивают читателя, точнее, - уже слушателя, потому что в игру теперь включается звук, затягивающий внутрь стиха, зацепившись за личностный "вздох", через канатик "своей тональности" , относящейся и к ветвям, и к невидимым существам, вздыхающим под плетью "каждой ветки", уводя в немыслимую даль "к многоголосой музыке Машо", в 14 век.
..........Это дорога в далёкое прошлое, в те времена, в которые современник, по общепринятым понятиям, попасть не может. Во всяком случае, в "банальном" материальном теле. Это жёлто-коричневая осенняя аллея в опавших листьях, с таинственным манящим светом вдали:
 
В угрюмом парке, в каждой ветке — плеть
И в каждом вздохе есть своя тональность.
К многоголосной музыке Машо
Дорога в листьях от каштанов старых...
 
..........И далее - опять временной прыжок, апелляция к личности, к почти уже потерявшемуся в прошлом "я" психоделируемого субъекта. Это нечто из прошлого словно прилипло к мыслям, это очевидно и слова "давно" из только что посещённой эпохи, "веришь" после месс Машо, "вянут астры" откуда-то с неба, если вспомнить, что "астра" переводится как "звезда". Вянущая звезда. Поэтому эффект усиливается минорным предсказанием прошлого: "не сложится картинка прежних встреч".Только всё не так просто, как кажется на первый взгляд.
..........Ведь логика событий этой строчкой чуть ли не спасается от повторного "провала" в 14 век, который случился несколько мгновений назад. Эти "пазлы", рисовавшие аллею с листьями от старых каштанов теперь всего лишь "картинка", а не дорога в прошлое. "И туман всё гуще", этот образ окончательно вытесняет внутрь защищённого помещения с плотно закрытым от внешнего мира окном. Это надёжнее, чем просто говорить "слова о счастье". Такой же иллюзорный, но близкий и привычный островок быта.
 
Но ты давно не веришь в этот шёлк.
В твоей квартире тёмной вянут астры.
Не сложится картинка прежних встреч
Из одиночеств и туман всё гуще,
Окно закрыто плотно не имущим
Словам о счастье счастья не сберечь.
  
..........Но что же это такое опять? Образ "угрюмого парка", ключи от которого, казалось бы, потеряны навсегда, возникает заново. Несмотря на десятидневный дождь, краски светлые, ощущаются позитивные тенденции, такие как "аир разросся", "реки стали шире", даже то, что "появилась тень" не пугает, а вызывает любопытство, потому что вся цепочка образов вытягивается расцветшими астрами, которые, как мы помним, вяли несколько состояний назад. Мистичности эпизоду добавляют мерцающие капли и... некто, таинственный гость, появившийся словно из вновь открывшегося туннеля в прошлое. Замешательство усиливается сумбурным перечислением предлогов от омлета и нелепой "тофы с рыбьей костью" до звучащей почти эротично "готовности выполнить каприз". Невероятность ситуации поддерживается горящими под дождём листьями, как-то по-тарковски "пустым окном".
 
Притоплен берег. Дождь десятый день.
Аир разросся, реки стали шире.
В угрюмом парке проявилась тень
И астры расцвели в твоей квартире.
Мерцают осыпаясь с веток вниз
За каплей капля, что здесь надо гостю?
Омлет на завтрак, тофу с рыбьей костью?
Твоя готовность выполнить каприз?
Сгорают долго листья, горек дым.
Ручьи текут в ненастье обнажаясь
И снова ты сидишь одна, не каясь
И ждёшь его перед окном пустым.
 
..........И вот уже нас поджидает очередной слой реальности, граничащий с неизбежностью в виде "улетевших навсегда птиц". Не верится в это что-то после всех метаморфоз, тем более, что гнёзда оставлены снам, как будто сны - это птицы, улетевшие не навсегда. Вторым завершающим аккордом (первый, как мы помним, был в самом начале) выступают поздние звёзды и мёртвая вода. Зачем они нужны? Звёзды уравнивают стены с открытым пространством, а мёртвая вода существует для того, чтобы собрать растерянное и расчленённое воедино. Может быть, те самые пазлы "несложившейся картинки прежних встреч" из прошлых веков? Скорее всего для этого.
 
Но птицы улетели навсегда
В чужую осень снам оставив гнёзда
На стенах звёзды проступили поздно -
Полы покрыла мёртвая вода.
 
..........Автор знает, чем заменить свою реальность, точнее, слой реальности, один из её слоёв, но она всё равно всякий раз оказывается сюрпризом. Итак, перечитаем стихотворение ещё раз целиком. Не откроется ли что-нибудь новое?
 
Лишь мысль о том, что можно не успеть
В конце концов сбывается. Банальность.
В угрюмом парке, в каждой ветке — плеть
И в каждом вздохе есть своя тональность.
К многоголосной музыке Машо
Дорога в листьях от каштанов старых...
Но ты давно не веришь в этот шёлк.
В твоей квартире тёмной вянут астры.
Не сложится картинка прежних встреч
Из одиночеств и туман всё гуще,
Окно закрыто плотно неимущим
Словам о счастье счастья не сберечь.
 
Притоплен берег. Дождь десятый день.
Аир разросся, реки стали шире.
В угрюмом парке проявилась тень
И астры расцвели в твоей квартире.
Мерцают осыпаясь с веток вниз
За каплей капля, что здесь надо гостю?
Омлет на завтрак, тофу с рыбьей костью?
Твоя готовность выполнить каприз?
Сгорают долго листья, горек дым.
Ручьи текут в ненастье обнажаясь
И снова ты сидишь одна, не каясь
И ждёшь его перед окном пустым.
 
Но птицы улетели навсегда
В чужую осень снам оставив гнёзда
На стенах звёзды проступили поздно -
Полы покрыла мёртвая вода.
 
..........Тому, кто знаком с техникой растворения, обязательно откроется! Взгляд почти инстинктивно, автоматически выхватывает из большого общего "полотна" детали и нюансы, записанные в хорошо известном ямбическом ритме.
 
в угрюмом парке
не сложится картинка
из одиночеств
 
окно закрыто
аир разросся, реки
в твоей квартире
 
мерцают осыпаясь
за каплей капля
сгорают долго листья
на стенах звёзды
 
 
Или, может быть так:
 
из одиночеств
не сложится картинка
дорога в листьях
 
притоплен берег
но птицы улетели
оставив гнёзда
 
в твоей квартире тёмной
на стенах звёзды
мерцают осыпаясь
в чужую осень
 
 
А вот ещё вариант:
 
в угрюмых парках
сгорают долго листья
каштанов старых
 
туман всё гуще
окно закрыто плотно
омлет на завтрак
 
но ты давно не веришь
словам о счастье
аир разросся, реки
текут в ненастье
  
..........Вроде бы, слова всё те же, но смысл едва заметно меняется, как в слегка повёрнутом калейдоскопе. И читатель, в поисках спрятанных деталей, незаметно становится немного соавтором произведения, а само произведение превращается в палитру красок, в материал для творчества, теряя свою логическую завершённость.
..........Такова многомерная фрактальная поэзия PS, где "PS" - не столько "психоделика", сколько именно "Post Scriptum" - "после сказанного" как наиболее яркая отличительная черта этого нового жанра. "PS" как бы вскользь, между прочим зачастую открывает истинный смысл того, о чём хотел сказать автор. И в данном случае использованный в названии психоаналитический термин "абстиненция", от лат. abstinens (abstinentis) воздерживающийся - сторонник воздержания от чего-либо. Абстиненция (лат. abstietia воздержание) симптомокомплекс психических, вегетативно-соматических и неврологических расстройств, возникающих при прекращении употребления вещества, к которому установилось пристрастие. Но здесь, в отличие от болезненного состояния, вызванного нарушением гомеостаза организма, при котором обыденная действительность, её цвет и звук искажаются, переходят в ненорму, подбрасывает сознанию ловушки лжеобразов (иногда, надо признать, красивые и почти всегда неожиданные), поэт чётко осознаёт, что он делает и какими средствами достигает результата. Это происходит не потому, что творцу не хватает алфавита для выражения всего спектра мыслей и эмоций, охвативших его в момент вдохновения, не потому, что вредоносное ядовитое вещество вызвало спазм сосуда или повзрывало в мозгу очередной миллион нейронов, нарушая складывавшиеся  годами нервные связи, а потому, что появился повод и возможность создать новые, дополнительные, что, безусловно,только добавит творческой личности яркости, своеобразия и возможностей. Здесь автор, если и воздерживается от чего-то, то, как минимум, от банальностей. И времени для этого достаточно.
                                                                                           (эссе Т.Л.)