Памяти нашей любви
Сырое наше лето, что
туманами обвито в хлам,
коростой осени под сто-
ны молний вывернулось нам.
К вершине шествуя, сюжет
не предвкушал развязки грязь,
но слов для книги больше нет –
луну втоптали сталью в грязь.
Раздавлена навзрыд луна,
приняв литой калеки путь,
но бледной лаской лишь она
насытит попранную грудь.
Слова и боли укротив,
шагну я в осень без тебя.
Заржавлен тихий мой мотив.
Храни шальной Господь тебя!
Теперь я знаю, что любовь
сочится гноем, как и весь
мой мир. До мякоти зубов
его прожгло, рвануло днесь.
Асфальт района моего
вобрал горящие шаги
свиданий наших, но – и вот,
горят в мозгу моём шаги.
Благодарю за всё, что мне
дала ты, в мой вдохнула в мир,
хотя по раненому не-
бу льётся кровь из свежих дыр.
Кристально шепчет кокон мой:
«Добро пожаловать во тьму.
Добро пожаловать домой.
Пора домой. Пора во тьму»