А мы
Над Римом царствовал Траян,
И славил Рим его правленье,
А на смиренных христиан
Возникло новое гоненье,
И вот — седого старика
Схватили; казнь его близка,
Он служит сам себе уликой:
Всё крест творит рукою он,
Когда на суд уж приведен
К богам империи великой.
Вот, говорят ему, наш храм
И жертвенник! Пред сим кумиром
Зажги обычный фимиам —
И будешь жив отпущен с миром.
‘Нет, — отвечает, — не склонюсь
Пред вашим идолом главою
И от Христа не отрекусь;
Умру, но с верою живою!
Прочь, искушенье ада! Прочь,
Соблазна демонские сети!’
Вотще хотят жена и дети
Его упорство превозмочь,
И заливаются слезами,
И вопиют они, скорбя:
‘Склонись — и жить останься с нами!
Ведь мы погибнем без тебя’.
Не увлекаясь их речами,
Глух на родные голоса,
Стоит он, впалыми очами
Спокойно глядя в небеса.
Его чужие сожалеют,
О нем язычники скорбят,
Секиры ликторов коснеют
И делом казни не спешат.
Он был так добр! — Ему вполслуха
Толпа жужжит и вторит глухо:
‘Склонись! Обряд лишь соверши —
Обряд! Исполни эту меру,
А там — какую хочешь веру
Питай во глубине души!’
— ‘Нет, — возразил он, — с мыслью дружны
Слова и действия мои:
На грудь кладу я крест наружный,
Зане я крест несу в груди.
Нет! Тот, кому в составе целом
Я предан весь душой и телом,
Учитель мой, Спаситель мой,
Мне завещал бороться с тьмой
Притворства, лжи и лицемерья.
Я — христианин; смерть мне — пир, —
И я у райского преддверья
Стою средь поднятых секир.
Тот обречен навеки аду,
Злой раб — не христианин тот,
Кто служит мертвому обряду
И с жертвой к идолу идет.
Приди, о смерть!’ — И без боязни
Приял он муку смертной казни,
И, видя, как он умирал,
Как ясный взор его сиял
В последний миг надеждой смелой, —
Иной язычник закоснелый
Уже креститься замышлял.
А мы так много в сердце носим
Вседневной лжи, лукавой тьмы —
И никогда себя не спросим:
О люди! христиане ль мы?
Творя условные обряды,
Мы вдруг, за несколько монет,
Ото всего отречься рады,
Зане в нас убежденья нет,
И там, где правда просит дани
Во славу божьего креста,
У нас язык прилип к гортани
И сжаты хитрые уста.
Разбор стихотворения классика «Бенедиктов Владимир» — «А мы»
Анализ стихотворения «А мы»
Стихотворение Владимира Бенедиктова «А мы» — это глубокое философско-религиозное размышление, построенное на контрасте между истинной верой первых христиан и формальным, лицемерным отношением к религии современных автору людей. Произведение имеет ярко выраженный дидактический и обличительный характер.
Тема и идея. Основная тема стихотворения — истинная вера и готовность к мученичеству за нее, противопоставленные лицемерию и духовной пустоте. Автор прославляет подвиг раннехристианского мученика, который ценой жизни отказывается отречься от Христа даже перед лицом смерти. Идея стихотворения заключается в том, что истинная вера — это не просто исполнение внешних обрядов, а внутреннее убеждение, готовность «бороться с тьмой притворства, лжи и лицемерья». Бенедиктов обличает современное ему общество, которое, по его мнению, утратило глубину веры, заменив её пустыми ритуалами и готовностью «за несколько монет» отречься от своих убеждений.
Композиция. Стихотворение делится на две контрастные части. Первая, большая часть — это развернутое повествование о мученике времен императора Траяна. Автор ярко описывает сцену суда, искушения (жена и дети, уговоры толпы) и героическую смерть христианина. Вторая часть — это короткое, но емкое заключение, начинающееся с союза «А мы» в названии. Здесь автор переходит от исторического примера к современности, вынося суровый приговор своим современникам.
Художественные средства. Бенедиктов использует ряд выразительных приемов:
- Антитеза — основной прием стихотворения. Противопоставляются: языческий Рим и христианская вера, внешний обряд и внутреннее убеждение («На грудь кладу я крест наружный, / Зане я крест несу в груди»), героическое прошлое («Иной язычник закоснелый / Уже креститься замышлял») и бездуховное настоящее («А мы так много в сердце носим / Вседневной лжи, лукавой тьмы»).
- Риторические вопросы и восклицания. Стихотворение заканчивается прямым обращением-вопросом к читателю: «О люди! христиане ль мы?», что усиливает обличительный пафос.
- Лексика высокого стиля. Использование архаизмов и книжной лексики («фимиам», «ликторов», «вопиют», «вотще», «приял», «зане») создает атмосферу торжественности и библейской монументальности.
- Динамичный сюжет. В повествовательной части стихотворение развивается как драматическая сцена с завязкой, кульминацией (отказ мученика) и развязкой (казнь и её влияние на окружающих).
Заключение. Стихотворение «А мы» является ярким образцом гражданской и религиозной лирики Бенедиктова. Обличая лицемерие и духовную слабость, поэт призывает к искренности, стойкости и верности своим убеждениям. Сильный, нравственный урок прошлого служит укором настоящему, делая это произведение актуальным для любого времени, когда вера подменяется формальностью.
Рекомендуемые для чтения стихи классиков:- Для более глубокого погружения в тему нравственного выбора и христианской добродетели в русской поэзии XIX века рекомендуем обратиться к творчеству Василия Жуковского.
- Чтобы оценить, как тема веры и правды развивалась в поэзии XX века, стоит прочитать стихи Бориса Пастернака.
- Тема борьбы с лицемерием и внутренней правды звучит в произведениях Николая Некрасова.
