Цитрония
То были детские года,
Я платьице носил тогда,
Я в школу только поступил,
Едва к ученью приступил.
Двенадцать девочек — вся школа,
Лишь я — герой мужского пола.
В клетушке-комнатке с утра
Весь день возилась детвора, —
Писк, лепет, щебетанье, гам,
Читали хором по складам,
А фрау Гиндерман — барбос,
Украсивший очками нос
(То был скорее клюв совы), —
Качая головой, увы,
Сидела с розгой у стола
И больно малышей секла
За то, что маленький пострел
Невинно нашалить посмел,
Вмиг задирался низ рубашки,
И полушария бедняжки,
Что так малы и так милы,
Порой, как лилии белы,
Как розы алы, как пионы, —
Ах, эти нежные бутоны,
Избиты старою каргой,
Сплошь покрывались синевой!
Позор и поруганье, дети, —
Удел прекрасного на свете.
Цитрония, волшебный край,
Так звал я то, что невзначай
У Гиндерман открылось мне,
Подобно солнцу и весне,
Так нежно, мягко, идеально,
Цитронно-ярко и овально,
Так мило, скромно, смущено
И гнева гордого полно.
Цветок любви моей, не скрою,
Навеки я пленен тобою!
Стал мальчик юношей, а там —
Мужчиною по всем правам.
И — чудо! — золотые сны
Ребенка в явь воплощены.
То, чем я бредил в тьме ночной,
Живое ходит предо мной.
Ко мне доносится сквозь платье
Прелестный запах, но — проклятье!
На что глядел бы я веками,
То скрыто от меня шелками,
Завесой тоньше паутины!
Лишен я сладостной картины, —
Закрыла ткань волшебный край,
Цитронию, мой светлый рай!
Стою, как царь Тантал: дразня,
Фантом уходит от меня.
Как будто волей злого мага —
Бежит от губ сожженных влага,
Мой плод желанный так жесток, —
Он близок, но, увы, далек!
Кляну злодея-червяка,
Что на ветвях прядет шелка,
Кляну ткача, что из шелков,
Из этой пряжи ткет покров,
Тафту для пакостных завес,
Закрывших чудо из чудес —
Мой солнечный, мой светлый рай,
Цитронию — волшебный край!
Порой, забывшись, как в чаду,
В безумье бешенства, в бреду
Готов я дерзостной рукой
Сорвать тот полог роковой,
Покров, дразнящий сладострастье,
Схватить мое нагое счастье!
Но, ах! Есть ряд соображений
Не в пользу таковых движений,
Нам запретил морали кодекс
Посягновение на podex.
Разбор стихотворения классика «Гейне Генрих» — «Цитрония»
Анализ стихотворения «Цитрония»
Стихотворение «Цитрония» принадлежит перу великого немецкого поэта Генриха Гейне, мастера романтической иронии и лирики с острым социальным подтекстом. Это произведение является ярким примером его позднего творчества, где сочетаются автобиографические мотивы, едкая сатира и психологизм.
Тематика и сюжет:
- Ностальгия и эротическое пробуждение: Стихотворение начинается с воспоминаний лирического героя о школьных годах, где он был единственным мальчиком в женском коллективе. Это создает почву для первых эротических переживаний, связанных с наблюдением за девочками.
- Метафора «Цитронии»: «Цитрония» — это вымышленный «волшебный край», который символизирует тайну женского тела, его красоту и недоступность. Этот образ возникает как идеализация того, что герой увидел (или вообразил) в детстве.
- Конфликт желания и запрета: Взрослый герой, «царь Тантал», мучительно осознает, что предмет его вожделения скрыт одеждой. Его страстное желание увидеть «волшебный край» разбивается о социальные нормы и моральный кодекс («Нам запретил морали кодекс / Посягновение на podex»).
Художественные особенности:
- Ирония и гротеск: Гейне мастерски использует самоиронию. Описание учительницы (фрау Гиндерман) как «барбоса» и «старой карги» с клювоподобным носом, а также деталей телесных наказаний снижают пафос, создавая комический эффект.
- Антитеза: Поэт противопоставляет «нежные бутоны» (детские тела) и «синеву» от побоев, идеальный «светлый рай» и грубую реальность, сладострастный порыв и строгий запрет.
- Символизм: «Цитрония», «шелковый покров», «завеса тоньше паутины» — все это символы недостижимости и тайны. Образ Тантала, страдающего от близости желанного плода, подчеркивает трагикомизм ситуации.
Композиция и ритм: Стихотворение написано парной рифмой, что придает ему энергичность и повествовательный характер. Композиционно оно строится по принципу воспоминание — идеализация — разочарование, создавая полный драматический цикл.
Главная мысль: Гейне исследует природу человеческого желания, которое, сталкиваясь с социальными табу, превращается в мучительную фантазию. Поэт иронизирует над пуританской моралью, одновременно признавая ее всевластие, и показывает, как детские впечатления формируют взрослые комплексы и эротические грезы.
Рекомендации для прочтения:
Если вам понравилась горькая ирония Гейне, советуем обратить внимание на других поэтов, исследующих природу страсти и социального лицемерия:- Генрих Гейне — «Лорелея», цикл «Романсеро».
- Шарль Бодлер — «Цветы зла» (анализ темной стороны желаний).
- Эмили Дикинсон — стихи о сокровенном и запретном.
- Артюр Рембо — «Пьяный корабль» (бунт и эскапизм).
