1 мая
О город! О сборник задач без ответов,
О ширь без решенья и шифр без ключа!
О крыши! Отварного ветра отведав,
Кыш в траву и марш, тротуар горяча!
Тем солнцем в то утро, в то первое мая
Умаяв дома до упаду с утра,
Сотрите травою до первых трамваев
Грибок трупоедских пиров и утрат.
Пусть взапуски с зябкостью запертых лавок
Бежит, в рубежах дребезжа, синева
И, бредя исчезнувшим снегом, вдобавок
Разносит над грязью без связи слова.
О том, что не быть за сословьем четвертым,
Ни к пятому спуска, ни отступа вспять,
Что счастье, коль правда, что новым нетвердым
Плетням и межам меж дюдьми не бывать,
Что ты не отчасти и не между прочим
Сегодня с рабочим, — что всею гурьбой
Мы в боги свое человечество прочим.
То будет последний решительный бой.
Разбор стихотворения классика «Пастернак Борис» — «1 мая»
Анализ стихотворения «1 мая»
Стихотворение Бориса Пастернака «1 мая» — это яркий образец его ранней, футуристической лирики, наполненной динамикой, звукописью и сложными метафорами. Оно посвящено празднику Первомая, но не является открыткой на тему революции. Это скорее поэтический взрыв, фиксация переломного момента в истории и в сознании человека.
Тематика и идея произведения: Стихотворение передаёт ощущение хаоса, разрушения старого мира и рождения нового. Пастернак не просто воспевает Первомай, он вскрывает его экзистенциальную суть. Основная идея — слом старой морали («грибок трупоедских пиров и утрат») и утверждение новой утопии, где человечество само становится божеством («Мы в боги свое человечество прочим»). Финал стихотворения — это прямой выход на революционную риторику («Марсельезы»), что подчёркивает неизбежность и решительность перемен.
Композиция: Стихотворение можно условно разделить на три части. В первой (1-3 строфы) — динамичная, кричащая зарисовка городского пейзажа 1 мая. Вторая часть (4-5 строфы) — философский манифест, отрицающий старый сословный мир («не быть за сословьем четвертым») и провозглашающий новое равенство. Третья часть (последняя строка) — кульминация и вывод, прямая цитата, подводящая черту под всеми размышлениями.
Жанр и направление: Это лирическое стихотворение с ярко выраженными чертами философской и гражданской лирики. Направление — ранний футуризм и имажинизм. Пастернак использует звукоподражание, сдвиг логики и аграмматизмы («кыш в траву», «умаяв дома»), чтобы передать энергию и сбитый ритм жизни.
Литературные приёмы и тропы:
- Метафоры: «сборник задач без ответов», «шифр без ключа» (город-загадка); «грибок трупоедских пиров» (тлен старого мира).
- Эпитеты: «отварного ветра», «трупоедских пиров».
- Олицетворения: «тротуар горяча», «умаяв дома до упаду».
- Инверсия и неологизмы: «бредя исчезнувшим снегом», «взапуски с зябкостью».
- Аллитерация и ассонанс: Изобилие звуков «р», «ш», «ч» в первых строфах создаёт эффект шума, городского гула, переходящего в маршевый ритм.
- Интертекстуальность: Финальная строфа «То будет последний решительный бой» является прямой цитатой из «Марсельезы» и «Интернационала», превращая философский монолог в политический лозунг.
Художественные особенности: Ритм стиха нервный, рваный, но в финале выравнивается до чеканного марша. Пастернак сознательно ломает синтаксис («упасть с утра», «разносит над грязью без связи слова»), чтобы передать какофонию и вибрацию нового, ломающегося мира. Это стихотворение — не описание, а действо, в котором участвует сам язык.
Ключевая идея: Стихотворение фиксирует переход от философского недоумения («задач без ответов») к активной вере во всемогущество человека и коллектива («Мы в боги свое человечество прочим»). Этот переход совершается через боль, разрушение и отказ от старой морали во имя утопического будущего.
Рекомендации для прочтения: Если вас зацепила энергия и сложный метафоризм Пастернака, рекомендую обратить внимание на стихотворения других авторов, для которых мир был загадкой («шифром без ключа») и которые искали новые формы для его описания.
- Александр Блок — «Двенадцать» (та же революционная стихия, метель и разрыв с прошлым).
- Максимилиан Волошин — «Неопалимая Купина» (философский взгляд на революцию и её жертвы).
- Марина Цветаева — «Лебединый стан» (динамика, энергия и трагический надрыв).


