Солдаты Волхова
Мы не верим, что горы на свете есть,
Мы не верим, что есть холмы.
Может, с Марса о них долетела весть
И ее услыхали мы.
Только сосны да мхи окружают нас,
Да болото — куда ни глянь.
Ты заврался, друг, что видал Кавказ,
Вру и я, что видал Тянь-Шань.
Мы забыли, что улицы в мире есть,
Городских домов этажи,—
Только низкий блиндаж, где ни встать, ни сесть,
Как сменился с поста — лежи.
А пойдешь на пост да, не ровен час,
Соскользнешь в темноте с мостков, —
Значит, снова по пояс в грязи увяз —
Вот у нас тротуар каков.
Мы не верим, что где-то на свете есть
Шелест платья и женский смех, —
Может, в книжке про то довелось прочесть,
Да и вспомнилось, как на грех.
В мертвом свете ракеты нам снится сон,
Снится лампы домашний свет,
И у края земли освещает он
Все, чего уже больше нет.
Мы забыли, что отдых на свете есть,
Тишина и тенистый сад,
И не дятел стучит на рассвете здесь —
Пулеметы во мгле стучат.
А дождешься, что в полк привезут кино,—
Неохота глядеть глазам,
Потому что пальбы и огня давно
Без кино тут хватает нам.
Но мы знаем, что мужество в мире есть,
Что ведет нас оно из тьмы.
И не дрогнет солдатская наша честь,
Хоть о ней не болтаем мы.
Не болтаем, а терпим, в грязи скользя
И не веря ни в ад, ни в рай,
Потому что мы Волховский фронт, друзья,
Не тылы — а передний край.
Разбор стихотворения классика «Гитович Александр» — «Солдаты Волхова»
Анализ стихотворения «Солдаты Волхова»
Стихотворение Александра Гитовича «Солдаты Волхова» — это суровый и пронзительный портрет солдатской доли на передовой, лишённый пафоса и романтизации. Созданное в годы Великой Отечественной войны, оно передаёт не героический порыв, а ежедневный, изнурительный быт войны, который становится единственной реальностью для бойцов.
Основная тема: Противопоставление реальности войны и довоенного, мирного прошлого. Солдаты, запертые в «низком блиндаже» и болотной грязи Волховского фронта, постепенно утрачивают веру в существование привычных вещей: гор, городов, женского смеха, тишины. Поэт подчёркивает дегуманизацию, вызванную войной.
Тема неверия:«Мы не верим, что горы на свете есть», «Мы забыли, что улицы в мире есть». Использование отрицания («не верим») создаёт эффект полной изоляции солдата от остального мира.
- Контраст: Стихотворение построено на резком контрасте между прошлым (Кавказ, дома, ламповый свет, сады) и настоящим (болото, грязь, пулемётный стук, мертвый свет ракеты).
- Реализм: Поэт использует предельно конкретные детали фронтового быта: «низкий блиндаж, где ни встать, ни сесть», «по пояс в грязи увяз», «пулеметы во мгле стучат».
- Психологизм: В стихотворении показано, как война стирает чувства и воспоминания. Даже кино вызывает равнодушие, так как «пальбы и огня» хватает и без него.
Лирический герой: Это не один человек, а собирательный образ «мы» — солдаты Волховского фронта. Они не говорят о чести и мужестве громко («хоть о ней не болтаем мы»), но именно эти качества позволяют им выживать и держаться на «переднем крае».
Ключевая строка:«Но мы знаем, что мужество в мире есть, / Что ведет нас оно из тьмы». Эта строфа переворачивает всё предыдущее мрачное настроение, утверждая, что самым неизменным и реальным является именно мужество солдата.
Художественные особенности:
- Антитеза: Мир vs. Война, реальность vs. Сон, тыл vs. Передний край.
- Анафора: Повтор «Мы не верим» в начале строф создаёт эффект заклинания и подчёркивает разрыв с нормальной жизнью.
- Разговорная лексика: «Ты заврался», «вру и я», «как на грех» — речь солдат максимально приближена к реальной, живой интонации окопного разговора.
Жанр: Фронтовая лирика, поэтическое свидетельство.
Итог: «Солдаты Волхова» — это не ода победе, а честная и жесткая исповедь человека на войне. Гитович мастерски показывает, как через отрицание всего светлого и мирного рождается новая правда — правда мужества, выносливости и солдатского братства, которое не нуждается в громких словах.
Рекомендации для прочтения:
Поэзия Александра Гитовича стоит в ряду лучших образцов военной лирики XX века. Если вам близка тема честного взгляда на войну, рекомендую обратить внимание на творчество поэтов-фронтовиков: Эдуарда Багрицкого (его стихи о гражданской войне), Владислава Ходасевича (его эмигрантская тоска по родине перекликается с отрывом от мира у Гитовича), а также на глубокую философскую лирику Давида Самойлова и Евгения Винокурова. Для понимания другой стороны, лирической и уязвимой, войны стоит прочесть стихи Ольги Берггольц — голоса блокадного Ленинграда.
