Я из комнаты вышла...

Я читала у Бродского про шипку и стул,
Я про август читала, стояла на площади
привокзальной, где статуя умирала под гул
бестолковой толпы - что проще бы?
Я смотрела на мальчика у стены. Только зря -
у него за спиной - пустота - старение.
Его "Милая... надцатого мартобря "-
есть единственное вне времени...
Как "Божественная комедия"
 
 
Есть у каждого надцатое мартобря,
есть у каждого памятник в мёртвом пространстве,
но не каждый способен в снегах января
разглядеть августовские стансы...
 
Я бродила по улицам тесным, пустым.
изъяснялась глаголами - прилагательными,
загоняла себя в никотиновый дым
называла тебя предателем,
 
Я несла полный бред про погоду во вне -
мне казался весь мир отвратительным,
Я себя ненавидела.
Даже во сне
в кособоком своём укрытии
оставляла открытыми на ночь глаза,
разжигала костры, темноту не приветствуя,
и моя носогубная борозда
с бороздою другой соседствовала,
 
Почитала Слова, но читала не тех,
проворонила снайперов-лучников,
Я в землянках жила, но смотрела - вверх,
шла бесцельно и без попутчиков...
 
Среди ночи кричала в пустую тюрьму:
Не хочу, не хочу, не хочу - не умру,
Как ни в чём не бывало вскочив по утру -
возвращалась в свою конуру...
 
Всё глядела на небо - пытаясь понять
почему не зовут, отчего не звонят
кто меня позабыл у приютских дверей
лагерей..
 
привозили на лето в автобусах нас
в пионерское гетто взрослеющих масс
 
Я была, но меня - вот - как будто и нет,
я из комнаты вышла, не выключив свет