Весна, психи и любовь. Часть 1

Лёша проснулся в прекрасном расположении духа и предвкушении чего-то необыкновенного и чудесного. И для этого были вполне веские основания. Но самое главное – весна, что само по себе уже многообещающее явление. А ещё начинается новый цикл занятий – психиатрия! Кроме того, опять увидится с симпатичными однокурсницами. Варя – из параллельной группы, но на этот цикл их группы объединили, поэтому они будут заниматься вместе. А Олеся, новенькая, перевелась совсем недавно из другого города. Как и все блондинки, без царя в голове, но зато с потрясающей фигурой. Правда, Лёха пока не мог определиться, на ком остановиться. А, впрочем, и не особенно стремился с выбором. А почему спрашивается, нельзя дружить с обеими одновременно? Они ему благоволят, а так придётся, с одной из них раздружиться, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Нет, он пока не готов сам себе создавать дискомфортные условия.

 

Психические болезни - на редкость интересная дисциплина, наверное, самая интересная на пятом курсе медицинского. Клиническая база – городская психиатрическая больница, имеющая слегка сомнительную репутацию. Мимо проходит трамвайный маршрут №6. Горожане часто, когда хотят досадить собеседнику, в сердцах говорят:

- Езжай по шестому маршруту!

Очень обидная, между прочим, фраза. После нее может начаться и рукоприкладство… Об этом неоднозначном учреждении наслышаны и дети. Алексей услышал как-то в этом знаменитом трамвае разговор маленькой девочки и ее отца:

- Папа, а военная психбольница бывает?

Отца неожиданный вопрос застал в врасплох, он слегка замешкался:

- Наверное, бывает…

- А кого в ней лечат?

- Ну, раз она военная, тогда значит военных психов.

- А чем военные психи отличаются от обыкновенных?

- Ничем…

- А почему тогда они называются военные?

Наконец отец понял, что из этого разговора ему просто так не выпутаться, а тут ещё пассажиры стали заинтересованно прислушиваться. Поэтому он не нашёл ничего лучшего, как сойти на ближайшей остановке, хотя может быть они уже и приехали.

 

Вот в этой-то знаменитой психушке пятикурсникам и придётся обучаться добрых два месяца. К девяти утра студенты собрались у входа на территорию больницы. Преподаватель, Антон Михайлович, здешний сотрудник, всех пересчитал и провёл через проходную. Студенты во все глаза смотрели по сторонам. Территория ухожена, везде клумбы, цветы, деревья. Подошли к одному из корпусов, Антон Михайлович специальным ключом открыл дверь и направил всех по лестнице на второй этаж, и запер за собой дверь. Прошли в аудиторию, расселись за столами.

 

Преподаватель сделал перекличку и начал занятие. Сначала, как водится, введение в науку. Было интересно, но это всё они уже слышали на лекции. Потом – веселее. План занятий на весь цикл и правила поведения в больнице. Всех студентов разделят на микрогруппы по три человека. Каждой группе будет выделен пациент. По итогам цикла студенты должны будут написать курсовую работу – подробную историю болезни на своего подшефного. С пациентами без особой необходимости не разговаривать, тем более – не спорить. Последнюю фразу Антон Михайлович выделил особо. Сначала студенты не придали этому значения, но оказалось – не зря их предупреждали.

 

В перерыве прохаживались по пустынному коридору, в который выходили надежно запертые двери больничных палат. Неожиданно наткнулись на интеллигентного вида пациента. Окружили и начали с азартом расспрашивать о жизни. Тот с готовностью рассказывал.

- А я, между прочим, автор третьего закона Ньютона!

- Вы?

Ребята опешили, у них перехватило дыхание, настолько это было неожиданным и настолько же нахальным. Попытались урезонить:

- Как вы? Мы этот закон ещё в школе изучали… А Ньютон открыл его вообще несколько веков назад.

Болезный посмотрел на них снисходительно, мол совсем еще дети неразумные.

- Нет, это моё открытие, а у меня его украли!

- Но этого же не может быть! Есть учебники, энциклопедии, справочники, мы можем вам показать и доказать!

- Я открыл!

 

Тут позвали в аудиторию. Возбужденные студенты начали наперебой рассказывать преподавателю о пациенте и его заблуждении.

- Вы что с ним спорили?

- Ну, а как здесь не спорить! Это же полная чушь!

- Я вас предупреждал, ни в коем случае не спорить с пациентами! Поймите и запомните: это больные, у них шизофрения, у них бред, и вы их никогда не переубедите и не надо даже пробовать!

- Ну, а если как-то логически?

- Нет, нет и нет, таких больных не лечат логикой, в психиатрии используют другие методы! И еще раз предупреждаю: не спорьте с больными!

 

Для студентов это стало настоящим потрясением и уроком. А так хотелось поспорить, попытаться простыми доводами убедить в порочности очевидных заблуждений. Повисла тягостная пауза. Лёша решил немного взбодрить загрустивших однокашников.

- Антон Михайлович, а у вас в отделении Наполеоны есть?

- Сейчас нет. И вообще они в последнее время стали гораздо реже встречаться. Все больше инопланетяне и космонавты. А вам зачем?

- Да у меня вопрос в кроссворде: место рождения Наполеона, вот хотел спросить, где он родился.

- Очень смешно! Вы, пожалуйста, дурацкие шуточки приберегите для своих подружек. Смеяться над больными крайне неэтично, и вам, как будущим врачам это надо запомнить на всю жизнь! Посмотрим, как на экзамене будете смеяться.

Лёха явно не ожидал такой реакции, как-то сразу сник. Варя покрутила пальцем у виска, мол, тот еще шутник, зря только препода обозлил…

 

Но тут пара закончилась, и ребята высыпали во двор. Расселись по скамейкам и с интересом наблюдали за окружающей жизнью. Вокруг цвела и пела весна. Пациентов выводили на трудотерапию. Они пропалывали клумбы от сорняков, очищали аллеи и тропинки. Работали с настроением, пытались ещё заговаривать и заигрывать с проходящими медиками и посетителями, цепляли и студентов. Те удивлялись, что это за больные такие, вполне нормальные люди, а если больные – почему так свободно ходят по двору, ведь могут и напасть на кого-нибудь. Антон Михайлович улыбался:

- Это тихие больные, практически безопасные для окружающих, а буйных я вам ещё покажу. Так, а теперь пройдёмте в цех трудотерапии. Наши больные вполне обучаемы, и мы стараемся давать им посильную работу. Это очень благотворно сказывается на их самочувствии и наряду с медикаментозной терапией способствует достижению стойкой ремиссии.

 

В цеху несколько десятков больных деловито клеили коробки для макарон. На отдельном участке работали пациенты с синдромом Дауна, молча и сосредоточенно. Антон Михайлович подозвал одного из них и стал расспрашивать как дела, как себя чувствует, сколько сделал коробок. Тот отвечал медленно, монотонно, с бесстрастным лицом. Потом его отпустили продолжать работу. Преподаватель пояснил:

- Такие больные живут дома, сюда приходят самостоятельно пешком или приезжают на общественном транспорте. Они очень трудолюбивы и аккуратны.

- А они не могут потеряться?

- Еще не было таких случаев. Сначала им родственники показывают дорогу, несколько дней сопровождают, они все запоминают, и потом уже самостоятельно добираются.

 

После занятий студенты всей гурьбой выходили из больницы и очень живо обсуждали свои впечатления. Шли до остановки, потом пути расходились. Алексей был как всегда в обществе своих подружек.

- Ну что, девчонки, делать будем, куда пойдём, кино, кафе?

Олеся поморщилась, опять одно и тоже.

- Кино, кафе… Люди уже купаются!

- А в чём проблема, пойдёмте на пляж!

- Я так, теоретически, и потом, без купальника.

- Ну и что, поищем самодеятельный нудистский пляж!

Варя одобрительно захихикала. Олеся сердито зыркнула на неё.

- Ну, вы как хотите, а мне пора домой! Пока, до завтра!

И вскочила в подошедший трамвай №6.

 

Варя ближе придвинулась к Алексею и взяла под руку:

- Смотри какая погода, пошли в кафе-мороженое в парке.

Устроились в тени раскидистых дубов, здесь было уютно и прохладно. Мороженое тоже оказалось на уровне.

- Лёшенька, а ты знаешь, что у Олеси муж есть?

- Слышал что-то. Ну и что, мне-то какое дело?

- Между прочим, наш муж – офицер! И очень интересуется тобой...

- С какой это радости?

- Да, Олеська, дура, за каждым словом: Лёша так сказал, Лёша так посоветовал… Вот он и заревновал. Очень злой на тебя, хочет прийти в институт и разобраться по-мужски!

- Ничего себе! Без меня, меня женили! Ну, пусть приходит, разберёмся…