Мыло

Где улицы пусты, как полки в магазине,
стремится к плюс пяти термометр за окном,
звучит телеоркестр: мелодия Каи̒мми,
страданием рабынь переполняет дом.
Наивностью грешат сюжеты, донна Роза,
но как красив пейзаж и пальмы в глубине!
Согреет в холода тропическая проза,
пусть фабула проста, как истина в вине.
 
От ветрености тем сурово перекатят,
вонзятся в тишину предвестием времён
пускающее кровь чернилом каракатиц
невидимое зло и самый смелый он —
трагический герой без страха и надежды
на верность и любовь, на справедливый суд,
который без ружья, порой и без одежды
напористо крушит непобедимый спрут.
 
Кукушечный вопрос: ну почему так мало?
теперь не задаю, навалом хоть бери —
от первобытных сцен до страшного финала,
где собраны в букет ремейк и попурри,
сомнительный коктейль для уплощенья мысли,
жестокий боевик слепых батальных сцен,
где люди на беду убийственно зависли,
где автор — не Ремарк, но фронт без перемен.
 
Трагический сюжет горит невыключаем,
не отпускает днём и проникает в сны.
Я буду ждать конца бессмысленным началам,
пусть даже хэппи-энд оттянут до весны.