Эмми - повелительница гусениц. Часть 2.
Часть 2. Повелительница гусениц.
Вечером того же дня я снова встретил свою знакомую. Она шла, неся что-то в небольшой коробочке. Причем держала ее так бережно, будто там находилось что-то хрупкое. Я остановил ее, спросив, как она провела день. Но она только быстро взглянула на меня и молча обогнула, сойдя с тропинки прямо в лужу. Я удивился, но решил больше не ломать голову и не думать о странной девочке. Но не смог забыть о ней.
Моя квартирная хозяйка, у которой я всегда вот уже в течение нескольких лет останавливаюсь, когда приезжаю сюда, в ответ на мои расспросы пояснила, что эта девочка и правда живет с теткой, учится в школе, и довольно хорошо. Но странновата.
- Представляете, по весне она собирает гусениц, сажает их в коробки, ухаживает за ними и ждет вылупления. На каждой коробке пишет название бабочки, которая должна появиться. В школе ее так и прозвали - «Эмми – повелительница гусениц».
Я удивленно покачал головой.
- И, кажется, она этим даже гордится, -добавила добрая женщина.
На другой день, проходя по улице и удивляясь тому, как мало народу мне попадается, я увидел ее среди стайки девочек, видимо, ее подружек. Она заметила меня и нерешительно от них отделилась, словно намереваясь подойти ко мне. Я почему-то решил ее в этом намерении поддержать и крикнул:
- Доброе утро, мисс.
- Ха-ха- ха, - рассмеялись подружки. – Вовсе не мисс, а Повелительница гусениц!
Меня это, как вы понимаете, ничуть не удивило. Удивило другое. Повелительница гусениц накинулась на них с кулаками, и стало ясно, что они ей вовсе не подруги. Так и оказалось. Когда она, дуя на ушибленные костяшки пальцев, подошла ко мне, я ее спросил:
- Почему твои подруги так тебя называют?
Мне хотелось услышать ее версию.
- Они мне вовсе не подруги! – возмущенно воскликнула она. – По пятницам и воскресеньям мы все ходим на кружок вышивки, и вот…
- Так тебе еще и вышивка нравится? – спросил я, чтоб как-то отвлечь ее от воспоминаний о ссоре.
- Вот и нет! Просто тетя хочет приучить меня к терпению и настойчивости. А я не могу! Сиди тут с этими унылыми девчонками, вместо того, чтоб гулять!
-Я слышал, Эмми, что ты любишь насекомых.
-Да не особенно – кузнечиков всяких там, жуков просто терпеть не могу. А бабочки…,- и она умолкла.
А потом, не говоря ни слова, грустно побрела в сторону дома, около которого я и встретил ее первый раз. Но вдруг, будто неожиданно передумав, резко развернулась и почти бегом направилась ко мне.
- Скажите, ведь Вы взрослый, да? Значит, серьезный, и Вам можно доверять. Так говорит моя тетка. А уж она-то все на свете знает.
-Н-ну … раз так говорит твоя тетя, значит, так и есть,- неуверенно пробормотал я.
Вечером того же дня я снова встретил свою знакомую. Она шла, неся что-то в небольшой коробочке. Причем держала ее так бережно, будто там находилось что-то хрупкое. Я остановил ее, спросив, как она провела день. Но она только быстро взглянула на меня и молча обогнула, сойдя с тропинки прямо в лужу. Я удивился, но решил больше не ломать голову и не думать о странной девочке. Но не смог забыть о ней.
Моя квартирная хозяйка, у которой я всегда вот уже в течение нескольких лет останавливаюсь, когда приезжаю сюда, в ответ на мои расспросы пояснила, что эта девочка и правда живет с теткой, учится в школе, и довольно хорошо. Но странновата.
- Представляете, по весне она собирает гусениц, сажает их в коробки, ухаживает за ними и ждет вылупления. На каждой коробке пишет название бабочки, которая должна появиться. В школе ее так и прозвали - «Эмми – повелительница гусениц».
Я удивленно покачал головой.
- И, кажется, она этим даже гордится, -добавила добрая женщина.
На другой день, проходя по улице и удивляясь тому, как мало народу мне попадается, я увидел ее среди стайки девочек, видимо, ее подружек. Она заметила меня и нерешительно от них отделилась, словно намереваясь подойти ко мне. Я почему-то решил ее в этом намерении поддержать и крикнул:
- Доброе утро, мисс.
- Ха-ха- ха, - рассмеялись подружки. – Вовсе не мисс, а Повелительница гусениц!
Меня это, как вы понимаете, ничуть не удивило. Удивило другое. Повелительница гусениц накинулась на них с кулаками, и стало ясно, что они ей вовсе не подруги. Так и оказалось. Когда она, дуя на ушибленные костяшки пальцев, подошла ко мне, я ее спросил:
- Почему твои подруги так тебя называют?
Мне хотелось услышать ее версию.
- Они мне вовсе не подруги! – возмущенно воскликнула она. – По пятницам и воскресеньям мы все ходим на кружок вышивки, и вот…
- Так тебе еще и вышивка нравится? – спросил я, чтоб как-то отвлечь ее от воспоминаний о ссоре.
- Вот и нет! Просто тетя хочет приучить меня к терпению и настойчивости. А я не могу! Сиди тут с этими унылыми девчонками, вместо того, чтоб гулять!
-Я слышал, Эмми, что ты любишь насекомых.
-Да не особенно – кузнечиков всяких там, жуков просто терпеть не могу. А бабочки…,- и она умолкла.
А потом, не говоря ни слова, грустно побрела в сторону дома, около которого я и встретил ее первый раз. Но вдруг, будто неожиданно передумав, резко развернулась и почти бегом направилась ко мне.
- Скажите, ведь Вы взрослый, да? Значит, серьезный, и Вам можно доверять. Так говорит моя тетка. А уж она-то все на свете знает.
-Н-ну … раз так говорит твоя тетя, значит, так и есть,- неуверенно пробормотал я.
