Печенье

 

то очень груб, то очень гибок

целитель от застоя тьмы

настоем образа улыбок

воды гекаты из морей луны

 

бабочки магмы из жерла харизмы

жгли кровь диплодока

и в белые призмы

превращались цветы

акации ночи

как масть,

как осколки

разбитых тарелок

перед командой мотор

к съёмке первых картин

отчаянных спектров

румяных романтик

и выжженной выси

перкали простынной

в сладком соусе линий

из труб сухожилий

между мной и тобой

где пролив напряжений

нас сближал

и ломал,

и снимал сериал

про пантер и медведей

так что хруст континентов стоял..

и акации куст расцветал

на костях диплодока