Музыка формул и чисел

Николай жил в мире математики: цифры, числа, формулы,..они были его музыкой, пронизывающей всё пространство.

 

Война перечеркнула планы и вместо института он ушёл защищать всё, что так любил. Дошёл до победного мая, почти. Снарядом оторвало руку. Выписался уже в августе. Вернулся к спелым яблокам. Страна нуждалась в педагогах и он решил, что мир науки подождёт. Днём работал, вечером учился быть учителем.

 

           Стройный, красивый тридцатилетний выпускник педагогического института открыл двери девятого класса. Левый рукав аккуратно заправлен в карман пиджака. В глазах интегральная музыка чисел и формул.

 

             За первой партой худенькая девчушка с острым носиком, с конопушками на щеках в простеньком платьице, две тугие косички завязаны бантами. Их взгляды встретились и застыли формулы. Только музыка продолжала звучать, вычисляя их совместный путь.

 

          Какое дело до разницы в пятнадцать лет. Разве важно, что нет левой руки. Зато глаза! Такие глаза не могут лгать.

Каждый день был отмечен цветами, хотя бы одним цветком. Даже зимой. Откуда? Где он их доставал в послевоенное время в маленьком городке разорённой войной страны, где не хватало хлеба – загадка.

Дождавшись её совершеннолетия, Николай повторил предложение и отвёл Надежду в ЗАГС.

 

           Николай Михайлович давно на пенсии, но с удовольствием замещает коллег. Преподаёт математику так, будто читает Шекспира. Для него теоремы и логарифмы – поэзия. И мальчишки и девчонки впитывают математические симфонии, забыв про шалости.

 

Время линейно для всех. В морщинистом лице Надежды Афанасьевны угадывается былая красота. По-прежнему элегантная и особенная уже учитель средней школы, открывает вековые страницы истории ученикам средней школы. А когда муж встречает её неизменно с цветами, схлопываются все даты и персонажи, замолкает гармония теорем.

 

И только аксиома любви генерирует свет счастья в их глаза.

 

Говорят любовь разделённая умножается. И тому подтверждением два сына и внуки.