Все тайны мира

Все тайны мира
Все тайны мира выходили к нам
Из закоулков здешних подземелий,
От всех чудес посыл из внеземелья,
А мы пошли, подобно трём слепцам.
 
Был день двух солнц и небо ликовало.
Мы прозревали: странные дворцы
Бросали ввысь дрожащие венцы,
И всё вокруг таинственно молчало.
 
Мы в Град вошли, и вёл нас поводырь,
Всё бессловесно, языка не зная,
И лишь на разум звёздный уповая,
Мы шли за ним, как в тайный монастырь.
 
Сзади стоял наш звездолёт могучий,
Он был в защите, колпаком накрыт,
И нас стерёг – в любой коварный случай,
Лишь кликнем мы – он тотчас защитит.
 
Вдруг перед нами ввысь гора взметнулась,
Открылся вход, и мы вошли в портал,
Час откровений наконец настал,
Планета в явь из сказки обернулась.
 
К нам вышли люди, будто в сновиденье:
Шёл милый отрок, на лице с печалью,
И шла с лицом, овеянным вуалью,
Старуха-сумрак, будто вся в сомненье.
 
Вдруг кровь, как волчья, у неё вскипела,
И меч возник в руке по волшебству,
Но не снесла у юноши главу –
Лишь меч взлетел – она в огне сгорела.
 
Нам стало жутко – вот была загадка!
Мы стали тотчас все – спина к спине,
И ждали смерть, она была во тьме,
И мы не знали, что здесь за порядки.
 
Картина меркла, и пошла другая:
Ребёнок плакал – шёл старик, смеясь,
И вот сошлись, и оба окрылясь,
Взлетели вместе, звёзды созывая.
 
И всё вокруг во тьме зашевелилось:
Тот шёл на плаху и при этом пел,
Смеясь от счастья, а другой скорбел,
Когда в любви потоки песен лились.
 
Вдруг всё ушло – вокруг одна пустыня,
В ней звездолёт – так мы пришли назад,
Нам был показан чей-то маскарад,
И вновь лишь камни в той пустыне стыли.
 
И мы взлетели, уходя к Земле.
Какая грусть – никто опять не смог
Понять чужих. И вдруг взади цветок
Раскрылся розой – и позвал к себе.
 
Но мы бежали в страхе прочь, быстрей,
А Роза с грустью нас звала обратно,
А лепестки дрожали так азартно –
И мы, безумцы, вновь вернулись к ней.
 
Опять мы сели, выйдя на поверхность,
И вдруг сиянье ослепило нас,
И вышло дева, полная прикрас
И сладкий голос осенил окрестность.
 
Её улыбка – словно бриз морской,
А глаз подобных с ликом мы не знали…
Она елейно каждого позвала,
И повела нас, грешных, за собой.