Киевский голубь

Голубь сидел на верхушке бювета,
Странно недвижим на пике зноя.
Он золотым петушком поэта
Застыл, обернувшись в сторону Ноя.
 
В сторону Ноя, в сторону дальнюю,
Где в водах Потопа разверзлася бездна,
Милой не тешася воркованием,
Он всё глядел напряжённо и трезво.
 
«Надо туда мне, где нету надежды,
И в темноте задыхаются твари.
В паре мы будем навечно, но прежде
С пальмовой веткой – весточкой рая –
 
Я возвращусь к ним. Прости, дорогая!»
 
Он взмыл в небеса, но над Ватиканом
Вдруг атакован вороном грозным.
Застыв на мгновение истуканом,
Толпа замерла в предчувствии чёрном.
 
Тает надежда, но шёпот молитвы
Над папским подворьем выше, выше,
И всех цветов главнее в палитре –
Белый! – летит голубок над крышей...
 
…Мимо шли дети, на русском болтали,
В белы, как снег, вышиванки  одеты.
Свет на них лился нездешней печали,
Как в Крутах когда-то – на  юных студеев.
 
(Савченко Татьяна, Киев, 21 мая – 7 июня 2015 г.)