Горят...

Горят...
Он был колючим, как все одинокие люди.
Ему предлагали кофе, так он отвечал - не будет,
Его вызывали тысячи радиоволн,
а он в дом, куда звали, вошёл, да ушёл.
На мол...
Плюшевым мишкой пахло от бороды,
он был уверен, что в старости не подадут воды,
а гости Его - забывали, бывало, семью и дом
и навсегда оставались
в другом.
Бес всё скитался, да мыкался у ребра,
после - остался присматривать. У бедра
вроде, у левого, тянет штанину, насупился...
- "Брось, чертовщина, в смерти
искупим всё."
До облаков - всё равно не достать уже...
Были и демоны в рубище, ангелы в неглиже,
только вот сердце ещё не поверило ни в одну.
- Сердце с утра, отдышавшись,
идёт ко дну.
Чёрным, на землю ложись, одеялом, Ночь.
Всем наречённым и названным - не помочь,
только зажги те же звёзды над пропастью...
И помоги детям справиться
с робостью.
Он был колючим. Таким и остался. Возле
лачуги его обнаружили... Звёзды!...
В картонной коробке, под курткой... И говорят,
они всё ещё для Неё
Горят.