Сказки, как и конституции пишутся для слабых.

Чем больше ты осознаёшь масштабы вселенной, тем сильней клаустрофобия.
Познание мира неизбежно подтверждает бесконечность повторения, всё рождается, достигает своего пика могущества и неизбежно умирает. И самое печальное, что чем выше поднимется твой взгляд над протекающей мимо рекой времени, тем очевидней становится что всё, рано или поздно, превратится в ничто.
И всё бы ничего в этом круговороте, можно и вообще его не замечать, занимаясь к примеру выращиванием прелестной капусты, если б не открытый великим Дарвином закон существования живой материи. Очень давит на сознание эта с лёгкостью брошенная фраза – «Выживает не сильнейший, выживает подлейший.» Конечно история, в лице смерти, превратит в пепел всех выживших и достигших вершин индивидуумов нашего мира, в этом и есть единственная справедливость нашего бытия. И всё же грустно устроено это бытие, в котором сказки, как и конституции пишутся для слабых.
Ведь клаустрофобия, в корне своём, вовсе не боязнь замкнутого пространства, а беспредельное ощущение что больше в жизни ничего не изменится. Вот так однажды ощутив безграничность вселенной, в которой всё ходит по кругу и никогда ничего не меняется, ты однозначно и не отвратимо сходишь с ума.