БЛАГОРОДНЫЙ ГУСЬ

Стояло удивительно знойное и сухое лето. Все изнывало от жары: стояли понурые деревья, цветы, пожухла трава .На месте всегдашних луж потрескавшаяся земля. Все высохло, все жаждало влаги. Я принесла из колодца два ведра студеной воды для бани и присела на ступеньки передохнуть. На небе ни облачка, вокруг тишина. Из - за поворота показалась небольшая стайка гусей: гусь и три гусыни. Они грустно брели, опустив головы, и, печально, время от времени, как бы нехотя, говорили: "га-га-га" . Стайка явно направлялась ко мне и мне стало не по себе. О гусях шла дурная слава: они злобно вытягивали шею, шипели и норовили ущипнуть, когда кто-то шел мимо них. Особенно свирепым был гусь: он угрожающе шипел, вытягивал и без того длинную шею, и все обходили это семейство стороной. Не доходя до меня, гуси остановились и замерли. Я смотрела на них, они - на меня. И вдруг я догадалась подставить к ним поближе ведро с водой. Гусь подошел, осмотрел ведро, наклоняя голову то вправо, то влево, наклонился к ведру, словно пробовал, что в нем, затем пропел свое гортанное "га", приглашая свой гарем и разрешая им приблизится к воде. И гусыни, строго по очереди, подошли, и окунули свои головки в воду, радостно гогоча и хлопая крыльями. Напились, наплескались, наигрались и отошли. А гусь подошел ко мне, положил свою красивую голову на длинной шее мне на колени, словно благодаря меня, и я осторожно, с опаской и нежностью, погладила его маленькую благородную головку. Затем он степенно, не спеша, подошел к воде, очень деликатно попил, и с достоинством удалился сам и увел своих гусынь. А я смотрела и смотрела им вслед . Они весело и бодро шагали, радостно гогоча, и было видно, как им хорошо и спокойно вместе. А я с грустью думала, как мало мы знаем о братьях меньших, живущих рядом с нами, мало их жалеем и уважаем, не ценим их маленький мирок, и как нам всем от этого плохо и не уютно на нашей маленькой, красивой, голубой планете...

Мне было очень грустно...