Homo res sacra *

Галина, в научных, философских, религиозных и каких угодно диспутах, прежде чем перейти к прениям, их участники договариваются о понятиях и терминах, и выясняют, в каком именно дискурсе (научном, философском, религиозном и проч.) эти понятия и термины будут употребляться, чтобы говорящий и слушающий воспринимали произнесенное слово более-менее тождественно. Когда я говорю о разуме и душе человека и о разуме и душе собаки, я знаю, что для меня душа и разум первого не тождественны душе и разуму второй, потому что мой дискурс - религиозный. И не просто религиозный, но сообразный учению Восточной Церкви и библейской парадигме. Поэтому душа камня для меня либо нонсенс , либо художественная метафора, либо поэтическая аллегория. Мой разум принимает деление вещей и явлений на живую и не живую природу, неодушевленные предметы (вещи) и одушевленные существа, а последние на создания разумные и не разумные (или словесные и бессловесные). И всё это в целом я принимаю как единую сотворенную Богом иерархию бытия. В том же, религиозном дискурсе это бытие мыслится как двоякое, состоящее из физической (вещественной, материальной) и духовной (мысленной) природы, которые поврозь существуют как земля (видимая вселенная) и небо (ангельские эоны) и соединяются в двойственную цельность только в существе человеческом. Православная доктрина - учение предельно строгое и точное, отшлифованное в своих догматах и определениях веками и тысячелетиями борьбы с ересями и измышлениями гордых и невежественных умов, поставляющих человеческое рассуждение выше Божественного Откровения. Истинная же вера есть дар божественной благодати сердцу, очищающему себя от страстей, и разуму, очищающему себя от ложномыслия и высокоумия, в пожизненном напряжении покаянных трудов и практике благочестия. На этом пути обретает человек не только ответы на свои вопросы, но и главное: смысл своего временного существования и неложную надежду на вечное спасение. Чем глубже (через покаяние) познает человек себя и свою неизбывную греховность, тем в большее он приходит смирение, а в чем большем он пребывает смирении, тем большую благодать познания Истины дает ему Бог, и тем больший мир, покой и радость о Господе наполняют его душу. И в этом тоже парадокс))