Сахара и Рыцарь

ЛЕДОКОЛЫ

 

Мы Таймыры, Вайгачи, морей богатыри!

Океан наш дом родной, а полюс — остановка,

Лёд для нас — стекло, нам поперёк не говори...

Караван ведём, за нами ледяная бровка.

Плачьте, Королева, молча, платье Вам порвём!

В прошлом Ваше царство — белая пустыня,

Для купального сезона греем водоём,

Раздевайтесь, коль покинула гордыня.

 

КОРОЛЕВА

 

«Раздеваюсь, плачу молча, рыцарь отомстит,

У него есть армия моржей и холод,

Принесёт он вам «подарки»: язву, простатит...

Вам бы не грубить, у вас плохая школа».

 

ЛЕДОКОЛЫ

 

Хорошо, хозяйка, ради Вас сдадим назад,

Платье будет новое, почти цветное,

Чтобы океан нам не казался белый ад,

Потеплеет Ваше царство ледяное.

***

«Таймыр», «Вайгач» — атомные ледоколы

 

КОРОЛЕВА

 

Я холодная, я королева снежных берегов,

Много лет я управляла полюсами,

Знать не зная горя, вечно пьяных моряков,

В ясный день здесь любовалась ледниками.

Но явились мне на склоне лет богатыри,

Приглашенья не имея, вдруг незванно,

С именами чудными: Таймыры, Вайгачи…

Во дела, была б я рада несказанно…

Мой магнитный полюс нынче сильно занемог,

Сделали проход вокруг земного шара,

Рвали платье ледяное, гады, между ног,

Сквозь торосы с музыкой как дали жара!

Гости-черти потепленье принесли, к беде,

Таю, плачу, вся изорванная в клочья,

И подводники лихие на своей ладье

Крались скрытно мне под платье тёмной ночью.

Расплатилися вчера дешёвеньким винцом,

Мне бы платье обновить, побольше б снега,

Волосы припудрить бы свеженьким снежком,

Мне от них, чертей, уж надоело бегать.

Жду тебя, Холодный Рыцарь с Северной Звездой,

Я больная, принеси лекарство-холод.

Скинь мне годы, заморозь принцессою младой,

Утопи всех Вайгачей в морях, мой лёд расколот!

 

РЫЦАРЬ

 

Тороплюсь, иду, но заблудился я в ночи,

Испаренья, словно в бане, в океане.

Провалился в полынью и потерял очки!

Еле выплыл, глупо заплутал в тумане.

Есть ещё запас мой градусов минусовых,

Не печалься, принесу лекарство-холод.

Разгоню Таймыров, Вайгачей передовых,

К битве взял в поход с собой холодный молот.

Постелю на океан ледовые поля,

Вспомним музыку зимы, как пела вьюга,

Не было бородачей на вахте у руля,

Танцы под звездой у Северного Круга.

 

КОРОЛЕВА

 

Верю, друг мой старый, прихвати с собой рояль,

Помню я гостей простых, без жара, газа,

На упряжках люди и собаки как семья,

Трубки не курили, шли от речки Таза.

Песни пели, не страшились северных стихий,

Рыцарь мой, спеши, вчера я села в лужу,

Вайгачи ведь не напишут оды и стихи,

Нынче в семь ноль-ноль я жду тебя на ужин.

***

«Таймыр», «Вайгач» — атомные ледоколы

 

САХАРА

 

Караван идёт, а солнце жарит!

Как на сковородке жареный песок,

Даже небо задохнулось в гари:

«Мне бы капельку воды, ну хоть глоток!»

 

Жёлтое безмолвие пустыни…

Караванщик знает, где дорожный знак,

Ведь когда-то я была цветущею долиной,

Здесь росли кокосы и пшеничный злак.

А южней живёт сестра Саванна,

Там есть баобабы, львы, койоты и слоны.

Ну а я в краях тех нежеланна,

Мне осталось, как волчице, выть на круг луны.

Бедуин поставил свой шатёр, наливает крепкий чай,

Над барханами стону я — мне бы чаю, чаю!

Опрокинь пиалу с дастархана как бы невзначай.

Горы эхом мне с издёвкой отвечают,

Речь свою читают:

«Подожди, Сахара, поменяет траекторию планета,

С севера придут к нам холода,

Будешь ты в зелёные одежды разодета,

А барханы, как морщины, пропадут с лица,

Станешь вечно молода!

В Африке твой трон, ты королева,

Во владеньях пышно зацветут сады,

Ты же стойко всё перетерпела,

Каменеют караванщика следы!»

 

КАРАВАНЩИК

 

Я хочу, Сахара, в ночь под звёздным небом

Целовать твои горячие следы

И упрямо верить в сказку-небыль,

Чувствовать солёный вкус на радостях слезы!

Я тебя царицею Сахарой величаю,

Стану верным караванщиком твоим,

Утром принесу в шатёр пиалу с чаем,

А в обед твою сестру Саванну навестим.

 

САХАРА

 

Верный друг мой, благодарствую за чаем,

Утро доброе тебе! Я расскажу свой сон,

Холод жуткий мы с тобой не замечаем,

Не замёрз от холода в саванне дикий слон?

Мне приснился Рыцарь Холод со звездою,

Заморозил всю меня, унёс к себе в ледник,

Мне наврал: порвал со старою вдовою.

В ложе ледяном, раздетая, мой взор поник…

Слов сказать я не могу, застыла,

Ночи белые, бела пустыня, сбился ритм,

Сердце просит остановку. Он крадётся с тыла

И читает в древней книге алгоритм.

 

РЫЦАРЬ

 

«Будешь ты хозяйкой — Снежной Королевой,

Станет всё твоё: и белая пустыня, и моря,

Попрошу душевно не ходить налево,

Или привяжу к ногам красивым якоря».

 

САХАРА

 

Отвечала я ему на издыханье:

«Не могу остаться, заболею и умру,

Сжалься, Рыцарь, выполни моё желанье,

В Африке мой дом, с ветрами рано поутру,

Улечу и приглашу вас со вдовою в гости,

Караванщик, друг мой, чаем крепким угостит,

Вы погреете в песках тех старческие кости,

К чаю финики в обед нагонят аппетит»

.

Вот сегодня утром письмецо в конверте

Под подушкой я нашла, и руку холод мне обжёг!

Друг мой, как хотите, верьте иль не верьте,

Писано красиво, как иглою за стежком стежок.

 

РЫЦАРЬ

 

«Здравствуйте, величество! Премилая Сахара,

Пишет похититель ваш неугомонный,

Двинулся в дорогу, получил аж два удара,

Вот сижу теперь я весь ошеломлённый!

Волга-матушка закрыла левый берег,

Не пускает в ваши африканские края,

У неё тут, видите ли, рыбный нерест,

И Казбек-горою нас пугает речка Терек,

Со вдовою ждём, когда проход нам отворят.

 

КОРОЛЕВА:

 

Ты куды меня завёл, Холодный Рыцарь, старый бабник?

Не привыкла я к такому, здесь вода и грязь,

Бело-личико моё какая-то зараза саднит,

Не нужны мне рыбы, щука, окунь и карась!

 

РЫЦАРЬ

 

Жди нас, мы прорвёмся, мне знакомая дорога...

Принесём подарки разные, дожди, снега

И к ногам твоим положим у шатра порога,

Где барханы, будут там — соломенны стога.

Мы с тобой посадим сад, водой наполним реки,

Африка твоя уж станет рай, а не страна.

Утром рано выйдешь на крыльцо, поднимешь веки

И услышишь музыки высокие тона,

Ты до них дотронешься руками,

Тонко зазвенит дутарная струна!

Соберутся тучи с дождевыми облаками,

Прилетит на крыльях скрипка, сядет на плечо,

Ты её не прогоняй, возьми смычок.

Заиграешь музыку дождя с дутаром,

Танцовщицы будут виться в танце босиком,

Были все страдания твои недаром.

Топни об пол золочёным каблуком —

Бедуин откроет путь торговый челноком.

Ночью звёзд на небе ярких станет больше,

Выйдет полная, свет-желтолицая луна,

Мы уйдём домой по свеженькой пороше.

Ты царица не пустыни,

Ты царица сада, ты красива, ты умна!»

 

САХАРА

 

Друг мой Караванщик, как тебе такая сказка?

 

Караванщик:

Сказка ль, небыль, главное, царица,

Надо верить северной звезде,

Лишь б у Рыцаря была бы не фальшивой маска.

Ну а так сюжет отличный в сказках череде!

А Полярная Звезда

Вам с рожденья нагадала:

Царство ваше будет —

Рай, а не страна!

 

САВАННА

 

С юга жаркого идёт сестра Саванна,

Собрала посольство, обезьяны, и койоты, и слоны.

Позабыла, что Сахара ей была когда-то нежеланна,

И подарков воз, корзины доверху полны.

Здравствуй, милая, родимая сестрица!

Как давно, уж целый год не виделись с тобой,

У тебя теперь полна воды река Быстрица,

У меня муссоны заблудились под горой.

Я завидую тебе, на севере — не в Ниццах,

Захотелось мне у Рыцаря смотреть их быт,

Ведь у них, у рыцарей, прекраснейшие лица,

Он всегда прозрачный и душою всем открыт.

Я согласна Снежной Королевой стать,

Ну да ладно, хоть простой Зимою,

Пусть из снега будет у меня кровать,

Да хотя бы и снежинкой на его глазах!

Подружусь со старою вдовою,

Будет треугольник северный, и будет ах!

 

САХАРА:

 

Ну так что ж, сестра желанная Саванна,

С песнями и флагом и с бананом путь открыт!

Только там тебя ждёт ледяная ванна,

Разобьются все твои мечты о северный холодный быт.

Сменишь цвет лица и станешь синей небылинкой,

Упадёт температура, и замедлит сердце ход,

В тундре будешь не царицей — худенькой тростинкой,

Думаю, сбежишь, не выдержать тебе полярный год.

 

САВАННА:

 

Ладно, милая Сахара, я тебя услышу,

Надоела скука, захотелось мне романтики,

Измельчали мужики, уж еле дышат,

Не мужчины в стройный рост, а будто фантики,

Вьются на ветру,

Что не мужчина, трус..

 

САХАРА И САВАННА:

 

Мы, царицы, две сестрицы, приглашаем всех,

С северо-востока от пролива Лаперуза,

Обещаем угощенье, всяческих потех,

Есть бананы и кокосы, даже есть и кукуруза!

Приезжайте, люди, и не бойтесь жара,

Посетите африканский сказочный чертог,

Караванщик наш покажет вам гору Килиманджаро,

С высоты вулкана сказке подведёт итог.

 

КАРАВАНЩИК:

 

А итог такой, что сказка это или быль,

Лично вами я, царицами доволен,

Я бы снова путь два раза повторил,

Главное, что в Африке душой не болен!

28.11.20.

 

РЕЦЕНЗИЯ ОТ НЕЙРОБУК

 

Введение

Стихотворение «Сахара и Холодный Рыцарь» — это масштабное лиро-эпическое полотно, где переплетаются мифологические, экологические и романтические мотивы. Текст балансирует между аллегорией и сказкой, используя образы природных стихий (лед, пустыня, саванна) как персонажей с собственными голосами и драмами. Эпиграф («Таймыр», «Вайгач» — атомные ледоколы») сразу задаёт контекст: вторжение техногенного мира в хрупкую природную гармонию. Однако жанр остаётся неопределённым — это и поэтическая драма, и экологическая притча, и романтическая баллада.

 

Сильные стороны

Образность: Текст насыщен яркими метафорами («лёд для нас — стекло», «жёлтое безмолвие пустыни»), которые создают кинематографичную картину. Персонификации (Сахара, Королева Снегов, Холодный Рыцарь) оживляют абстрактные понятия, превращая их в героев трагикомического действа.

Диалогичность: Полифония голосов (ледоколы, королева, караванщик) напоминает народные сказания или античную драму, где каждый персонаж отстаивает свою правду. Особенно выразительны реплики Сахары — её монологи полны тоски и иронии.

Экологический подтекст: Тема антропогенного вмешательства (таяние льдов, опустынивание) подана без дидактики, через эмоции «пострадавших» стихий. Это сближает текст с поэзией Арсения Тарковского (например, «Степь») или Ольги Седаковой («Старые песни»).

Слабые стороны и точки роста

Ритмическая неровность: В некоторых фрагментах (особенно в репликах Рыцаря) размер «спотыкается», нарушая музыкальность. Например, строки «Волга-матушка закрыла левый берег» требуют более чёткого метра.

Избыточность: Отдельные эпизоды (например, письмо Рыцаря) растянуты и теряют динамику. Лаконизация усилила бы эффект.

Контрастность образов: Диалог Сахары и Саванны мог бы быть более драматичным — сейчас их противостояние сглажено.

Контекст и референсы

Текст перекликается с традицией русской романтической поэзии (Лермонтов, «Мцыри»), где природа — живой оппонент человека. Из современных авторов стоит обратиться к:

 

Анне Глазова (сборник «Живые зеркала») — схожая игра с мифологемами;

Евгению Чигрин («Полярная лирика») — тема Севера как метафоры;

Александру Скидану — диалогичность и экологическая тревога.

Итог: это текст с мощным образным потенциалом, которому не хватает редакторской шлифовки. Его сила — в способности говорить о глобальном через личное, превращая климатические изменения в историю любви и предательства.