Моё сердце

Монкёр, 2220 год.

Элиз рассеянно стояла перед встроенными в стену выдвижными полками. Она представления не имела, на какое время придётся отлучиться. Ещё больше мысли путались от волнения перед предстоящим разговором с Тьери. Необходимо было как-то мягко объяснить мужу причину столь неожиданного решения и…

— Можешь мне сказать, почему о твоём отъезде я должен узнавать от Гайтана? – вдруг донеслось до неё.

Элиз невольно вздрогнула:

— Я не слышала, как ты пришёл.

— Как раз на этот счёт у меня нет никаких сомнений, Элиз! – раздражённо продолжил Тьери. – Потому что твои мысли заняты не тем, чем следовало бы.

— Прости, Тьери! Я уже выходила, когда появился Гайтан и попросил заменить Лею на симпозиуме на Венере. Ежегодное межпланетное соревнование астрофизиков и алхимиков. Мне пришлось сказать, что уезжаю в субботу, то есть завтра, и не знаю, когда вернусь. Иначе он привязался бы с расспросами, Гайтану же нет равных в дотошности, настоящий пресс-секретарь, что ни говори. – Тщетно пыталась оправдаться Элиз.

— Вот именно! Пресс-секретарь осведомлён о личной жизни генерального директора больше, чем он сам! Каково мне?! – Тьери повысил голос. – Что на этот раз понадобилось Анселму? Ведь ты едешь к нему, я прав?

Элиз подошла и, нежно взяв мужа за руки, посмотрела на него просящим взглядом:

— Милый, папа меня ни о чём не просил. Последние четыре месяца мы практически не общаемся, за исключением «здравствуй» и «до свидания», просто я вдруг остро почувствовала, что нужна ему как никогда…

— Элиз, что ты несёшь?! На дворе двадцать третий век, какие чувства?! – Тьери резко вырвал руки из ладоней жены и решительным шагом направился в кабинет. Через минуту он вернулся и, протягивая ей айтимодуль, сердито спросил. – Прежде чем сломя голову мчаться к отцу, ты пробовала сначала проверить причину и степень своей тревоги?

— Любимый, понимаю, что порой мои поступки вызывают у тебя недоумение, но…

— Нет, милая! – грубо прервал жену Тьери. – Не поступки, а твои необъяснимые порывы приводят меня в бешенство! Уж, извини, люблю всё называть своими именами.

— Конечно! А ещё как действительность воспринимаешь исключительно научно-обоснованные явления, всё остальное для тебя – нонсенс! – не сдержалась Элиз и, швырнув айтимодуль на пол, добавила, — думаешь, достаточно тыльной стороной ладони коснуться этой штучки, и всё?! Да, этот прибор со стопроцентной вероятностью определяет первоисточник и частотность тревоги, но этого недостаточно, чтобы вызвать отца на откровенность и затем успокоить его. Пойми же, Тьери, ощущение присутствия близкого человека рядом сильнее любого новомодного научного «хэлпа»!

— Тебя вновь заносит! – прошипел сквозь зубы Тьери, пытаясь совладать с нарастающей волной гнева. – Философский камень стал реальностью: сейчас даже ребёнок может любой металл превратить в золото, а эликсир молодости продаётся в аптеках без рецепта; а ты битый час твердишь о мощи тактильного общения.

— Всё так, милый! – на удивление, спокойно согласилась Элиз. – Однако, признай, что нет и, похоже, никогда не будет найден или изобретён «хай-тек-ути», способный не только различать приближающиеся шаги смерти, но и остановить её.

— Хочешь сказать, что Анселм скоро умрёт? – смягчившись, задумчиво произнёс Тьери.

— Боже упаси, любимый! – на глазах Элиз выступили слёзы. – Чувствую — его что-то до смерти угнетает. Мы всегда с папой были очень близки, но в последнее время он старается всячески избегать меня, а о том, чтобы посмотреть в глаза, и речи быть не может, словно в чём-то виноват передо мной. Поэтому я еду.

— Именно сейчас, Элиз? Накануне принятия компанией важного решения о слиянии? Без подписи президента, сделанного перманентным маркером (Господи, как я ненавижу этот археологический инструмент) «да» генерального директора Система Вселенского Контроля автоматически аннулирует по истечении двадцати четырёх часов. Ты осознаёшь, насколько важен для нас проект соединения?! – Тьери выразительно развёл руками. – А президент, видите ли, идя на поводу чувств, решила всех послать к чёрту и помчаться загород навестить папочку!

— Немедленно прекрати! – громко отрезала Элиз. – Что с тобой творится? Даже себе я боялась признаться, но более избегать очевидного невозможно! Тебя будто подменили, Тьери. Раньше стоило только заикнуться об отце, как ты всё отменял и срывался вместе со мной к папе. Однако с некоторых пор ты просто грезишь работой. А деловое предложение «Person’s Personality» стало для тебя сладким наваждением. Вынуждена тебя разочаровать! – она на минуту замолчала, но, не дождавшись от мужа никаких возражений, завершила. – Я не хочу этого слияния и согласилась рассмотреть такой вариант из-за возникших у компании финансовых проблем.

— Правда? – с сарказмом произнёс Тьери. – Будь добра, объяснись!

— Папа против, — последовал короткий ответ.

— Ты уверена, дорогая? – Тьери сложил руки на груди, ироничная улыбка пробежала по его губам.

— Абсолютно! Ему претит мысль даже о частичной замене людей их клонами. Осуществление полного подмена отец считает категорически недопустимым. – Медленно пояснила Элиз.

— Чем мотивируется сей отказ? – не унимался муж.

— Довольно, Тьери! Лучше я поеду прямо сейчас, иначе наш спор рискует перейти в баталию. – Она лихорадочно стала бросать одежду в дорожную сумку.

— Хорошо! Вызову мунвилтакси. – Тьери потянулся было к кнопке вызова, как Элиз запротестовала:

— На небе облачно, луна выглядывает временами, и её энергии для такси на всю дорогу не хватит. Возьму машину дедушки.

— Ты сумасшедшая! Эту доисторическую колымагу на бензине задержит полицейский воздушный патруль. – Возмутился муж.

— Я поеду по тоннелю. Ложись, спокойной ночи! – сказала Элиз и спешно шагнула за порог.

 

— Пап, знала, что застану тебя с книгой у камина. – Элиз наклонилась и, обняв отца за плечи, прильнула губами к его щетинистой щеке.

— Моя девочка, — Анселм улыбнулся и накрыл ладонью холодную руку дочери. – Ты замёрзла, сейчас заварю чай. На кухне рулет с твоим любимым абрикосовым джемом.

— Ты ждал меня? – удивилась Элиз.

— Давно. Мне надо тебе признаться, дочка. – Анселм встал с кресла.

— В чём? Что тебя беспокоит, пап? – нетерпеливо спросила Элиз.

Анселм опустился на диван, жестом пригласив её сесть рядом.

— Помнишь, год назад Тьери по моей просьбе полетел на Марс? – Элиз кивнула, и он стал рассказывать. — Одна из антиметеоритных колонн рухнула. До прилёта спасательной команды он помогал рабочим выбраться из-под завалов, но сам, к сожалению, не сумел выйти на поверхность.

— Ничего не понимаю, — Элиз задрожала. Анселм осторожно поднёс руки дочери к лицу и начал осыпать их поцелуями:

— Прости! Я очень виноват перед тобой! Ты перестала радоваться жизни после смерти матери, и лишь встреча с Тьери вернула мне смех дочери. По моему заказу фирма «Person’s Personality» в течение часа за тройную плату изготовила клон твоего мужа, и вечером того дня он вернулся домой.

— Так вот почему я больше не ощущаю его. – У Элиз потекли слёзы. – У него нет чувств?

— Никаких, — прошептал Анселм. – А теперь он хочет всех превратить в своё подобие. Прости, умоляю, дочка!

Элиз встала и, поцеловав отца в макушку, пошла к двери:

— Пап, каков код чипа в голове клона Тьери?

— Элиз, если ты его произнесёшь вслух…— Анселм запнулся под пристальным взглядом дочери и обречённо назвал код.

 

Неожиданное появление президента в конференц-зале заставило Гайтана прерваться на полуслове, а у присутствующих вызвало возглас одобрения, лишь Тьери, нацепив дежурную улыбку, изобразил приятное удивление:

— Дорогая, ты? Как Анселм?

— Прекрасно! И всем желает чудесного настроения и приятных ощущений! – нарочито громко ответила Элиз.

— Я рад! – не растерялся Тьери.

— Правда? Сомневаюсь! Разве ты способен чувствовать, Тьери? – она говорила, не отводя от него взгляда.

— Ты устала, дорогая! Давай поедем домой и там поговорим, — он повернулся к Гайтану, - подготовь документы о слиянии и перенеси время брифинга.

— Не трудись, Гайтан! Мы остаёмся независимой компанией, так было, есть и будет! – твердо произнесла Элиз. — Этот город построил мой отец, он называется Монкёр – моё сердце, и я никому не позволю остановить его трепетное биение, номер двести три!

Тьери заметно побледнел. Элиз, подойдя к нему вплотную, прошептала на ухо:

— Механизм уничтожения запущен, надеюсь, за оставшиеся две минуты ты успеешь покинуть здание, дорогой?!