На птичьем

Тишь. По земному – с амбарный замок печать, грусть и тревога присыпаны звёздной пылью.

Птица Удача приходит к нам по ночам, тихо спускаясь на мягких совиных крыльях. Нагло прищурясь, в ухмылочке клюв кривит – рана, как след от ножа, и на шкаф глиссада: мол, если смел – дозу счастья за хвост лови, сможешь в руках удержать – я останусь рядом.

Пёрышко тлеет холодным немым огнём, жалит ладони, щекочет мозги азартом…

 

Птица Победа людей навещает днём, гордо встаёт из укрытого тенью «завтра» – в грозном сиянии мощи ветров и скал, вихрем Мальстрёма, пожаром, что стены лижет… Громом с небес: «Говорят, ты меня искал? Я на твоей стороне – если сможешь выжить!»

Выбора нет: стать с ней вровень, врагов круша – или упасть, обессиленным, на колени…

Самое трудное – первый удар и шаг.

Если не трус – взмоешь с ней из костра, как феникс.

 

Радуйся – птицы с тобой.

Но, гордясь – не жди верности чуда: оно не твоё до гроба.

Память сестёр коротка, но в твоей груди зреет птенец, долбит клювом скорлупки рёбер. Ловит летящий по венам небесный свет, жадно глотает улыбки в сердцах и лицах… Тих – ни угроз, ни вопросов. Он сам – ответ.

Сможешь согреть – горсть пера вырастает в птицу.

 

Вы с ней одно. Беззащитней, роднёй её – нет, – и того, что б сравниться могло по силе.

Вечно свободная – птица Любовь живёт в клетке, сквозь кости и плоть распуская крылья. Манит тебя к близким звёздам; несёт, смеясь, прямо на солнце – и греет весь мир лучами… Чудом умыт – ты когтей принимаешь власть, зная: без них нет ни радости, ни печали.

Правя, любовь очищает тебя в огне; кончились воздух и хворост – вздохнёт чуть слышно…

И умирает – а ты умираешь с ней, – правда, по факту, зачем-то живёшь и дышишь.