РАДА. ГЛАВА 1

Эта история глубоко корнями уходит в моё детство, даже раньше. Она берёт начало с момента моего рождения.

 

Мама и папа жили в большом каменном доме с садом, вместе с родителями отца. В небольшом посёлке, в котором, впрочем, протекала своя речка, работали два магазина - продуктовый и хозяйственный, лавка с горячим хлебом. До города минут пятнадцать пешком. А напротив дома простирался большой красивый луг - бескрайний, по мнению маленькой девочки. Первые несколько метров были сухими, дальше топь, если пойти в сандаликах, и трава по коленочки - нюньки. Её ещё кролики очень любят. Вытягивается она пучками, похожа на осоку, но намного крупнее. Кто жил в сырой деревенской местности, тот, наверное, поймёт. Этот луг облюбовал один цыганский табор задолго до моего рождения. У них был свой дом - тоже большой по их меркам, но не такой благоустроенный, конечно. Старенькая времянка. Они вели хозяйство - держали свиней и лошадей. В сезон подрабатывали тем, что распахивали огороды всем жителям посёлка. Мама рассказывала, что некоторые молодые цыганки даже работали на заводе в городе. Главным в таборе (баро) был Михей, местные женщины называли его на русский лад - Михаилом. Не меньший вес среди своих ромалэ имела его жена - Мотя, женщина лет шестидесяти: смуглолицая, кареглазая, с крупными чертами лица, тёмными с проседью волосами, всегда убранными в платок, и большими серьгами в ушах в форме подковы. Забегу вперёд, параллельно опишу внешность моей мамы. В то время она, девятнадцатилетняя девушка, тоже была темноволосой, "чернявой". Её черты лица не совсем славянские, глаза зелёные и в ушах серьги в форме той же подковы. Любила она их и по сей день носит, не хочет менять ни на какие другие - память об отце. Все кавказские народы принимают её за свою. Отдыхала мама в санатории в Кабардино-Балкарии по путёвке от завода - получала процедур больше, чем остальные женщины-коллеги. Мы с сестрой-блонкинкой не унаследовали её черт - больше похожи на отца - разве что зеленоватую чертовщинку глаз...Возможно, благодаря маминой внешности, Мотя к ней сразу расположилась и относилась с уважением, интересно обращаясь к маме "пан-друг". А маму, к слову, зовут Галина. Нужно, наверное, рассказать ещё об одной причине этой странной дружбы. Мамина свекровь - городская модница и красавица Анна - влюбилась без памяти в гарного хлопца Григорія, увела его, что называется, из-под венца. Впоследствии родила ему двух сыновей - моего папу и дядю. Ну, а какой украинец сможет жить без хозяйства в те времена? Бабушке пришлось научиться земледелию и ухаживать за скотиной: овцами, курами, утками, свиньями. Страшно не любила она это занятие, но научилась всему. И то ли назло, то ли действительно ради заботы о близких, завела Анна козу Милку. Молоко козье полезнее коровьего, аллергию не даёт. Да и внуки пойдут (мама уже ждала меня). Только вот никто это молоко не пил из-за специфического запаха. Анна уговаривала маму:

 

- Галя, ты в положении. Пила бы молочко, блины бы на нём замешивала. Тебе полезно.

- Ой, нет, ма. Я росла на коровьем молоке, запах козьего никогда не переносила! А ты сама-то чего не пьёшь?

- Да выпила я тут недавно. Мутило меня потом полдня от послевкусия. Не пошло оно мне.

- Тогда смысл козу держать?

- Ну...вот родишь ты, через годик можно будет дитё на козье перевести.

- А всё это время куда молоко девать, выливать? Может, отдать пока кому-нибудь козу, а потом новую завести?

- Не...Жалко мне Милку, привыкла я к ней. Вдруг новая хозяйка обижать будет?

- Мам, тогда, может, Моте отдавать молоко будем? Вон у них сколько детей в таборе - мал мала меньше!

- Хорошая идея, Галя. Только пусть сама приходит. Ты к ним туда не ходи...

 

***

Родилась я тёплым сентябрьским днём. Все были ужасно рады моему появлению на свет. Родня подбирала имя для первой внучки. Дедушка настаивал на Оксане или Ларисе, но оно и понятно. Мама хотела назвать Улей, папа Настенькой. И только мамина младшая сестра, освободив подобранные под резиночку листочки отрывного календаря, долистав до даты моего рождения, сказала: "Она же родилась в день Натальи, чего гадать?" Тётя, спасибо за имя!

 

Как-то на прогулке мама повернула коляску со мной в сторону луга, спряталась в тени большого старого тополя. Из табора доносился пронзительный плач новорождённого ребенка. Он больше проходил на крик младенца о помощи. Уж в чём в чём, а в детском плаче молодая мамочка за последние несколько дней научилась разбираться. Сердце её сжалось от волнения...