Врата (Глава 36)
Глава 36
Искать вторую лодку не пришлось. Илья с Никитой привезли с собой резиновую. Решили, что вёсла подойдут к деревянной лодке, а резиновую будут оставлять на воде, чтобы каждый раз не искать место, где находится расщелина. Много споров возникло по поводу верёвки, но этот вопрос так и остался неразрешённым.
- Понимаешь, - убеждал Мироша брата, - если бы верёвка оборвалась на большой глубине ниже течения реки, то у меня в руках оказался бы длинный её конец. Но длинный конец был у тебя, а это значит, что верёвка оборвалась намного выше – почти на поверхности. Она и сейчас привязана к днищу лодки. Опусти в воду и сам увидишь. Там нет скал, нет ничего такого, за что она могла зацепиться.
- Но там никого не было, ты бы заметил, мы были одни, - Вениамин непонимающе смотрел на брата.
- Выходит, что был. И это произошло не случайно. Если бы это был случай, он… оно бы от нас не пряталось.
- Нас будет теперь четверо. Двое в лодке, и двое под водой. Мы уже знаем, что может быть. Будем внимательно следить за берегом и на глубине, - пытался успокоить товарищей Илья. Ему казалось, что после того, что было у Мафина, его уже ничем не напугаешь.
- Ты недооцениваешь обстановку, - Мироша был очень серьёзным. Куда девалась его удаль, искромётный юмор, было видно, что он взволнован.
- Знаете, - заговорил Никита, - мы здесь всё равно ничего не узнаем. Вот прибудем на место, там сориентируемся. Нужно только составить список, чтобы потом не идти по лесу босиком. Это я так, на всякий случай.
Когда снаряжение было готово, рюкзаки сложены, Илья неожиданно сказал, - давайте один сотовый дома оставим. Два уже утопили. Всякое может случиться, нам даже родителям неоткуда будет позвонить. Тётю Машу волновать не стоит, она и так думает, что отвечает за нас перед родителями.
- А это мысль, - обрадовался Мироша.
Тронулись в семь утра. Всю дорогу шли молча, никто не смел нарушить эту абсолютную гармонию природы, завершённость момента. Человек здесь был явно лишним, так он не вязался с этим покоем, с этим величественным влажным утром. На место прибыли к девяти. Над озером стоял туман, утренняя прохлада бодрила, в воздухе кружились маленькие стрекозы.
- У-у, какое оно, - поёжился Илья.
- Какое?
- Неприветливое, такое тёмное, чужое.
- Да уж, это тебе не Кипр, - пошутил Никита, пытаясь разрядить обстановку.
Пройдя друг за другом по дощатому мостику, ребята сложили вещи в деревянную лодку.
- Наверное, я костюм сразу надену, сяду в резиновую, а вы сюда. Когда бросим якорь, переберусь к вам, - предложил Вениамин и показал на деревянную лодку.
Он быстро достал снаряжение.
- Мир, может тебе тоже надеть сейчас, шума меньше будет, чем на воде. Да и лодку не стоит без надобности раскачивать, - усмехнулся юноша, намекая на их недавнее приключение.
- Да, пожалуй, - Мироша потянулся за своим рюкзаком.
Илья с Никитой принялись надувать лодку. Затем они привязали её к корме деревянного судёнышка и уселись в его центре, взяли вёсла.
- Ну, с Богом, - прошептал Мироша и кивнул гребцам. Он устроился на переднем сиденье, чтобы видеть всех своих товарищей, - Веня, показывай ребятам, куда плыть.
Расщелину искали долго. Мироша страховал брата, патрулировал рядом с его верёвкой, то опускаясь к подводной реке, то поднимаясь к самой поверхности воды. Он старался освещать фонарём как можно больший участок верёвки Виньо, не забывая и о своей. Наконец, Вениамин поднялся на поверхность.
- Я нашёл её, можно здесь привязываться. Залезай, братишка, в резиновую лодку и зацепи третью верёвку за днище. Крепко цепляй, а то не найдём завтра.
Вениамин держался за корму плоскодонки.
- Дай мне моток, буду пытаться закрепить на скале. Ну, пошёл!
- Пошёл!
Братья спустились одновременно.
Когда всё было готово и четверо благополучно сидели друг против друга, все облегчённо выдохнули. Мироша приложил палец к губам, прислушался к звукам.
- Вы слышите? – сказал он одними губами.
- Это ветер, - зашептал Илья.
- Это не ветер. Господи, какие же мы дураки. Привязали. За ночь эта беда запросто перекусит её снова.
- Вот мы и проверим, - Никита смотрел в сторону леса.
- Хороша проверочка, сколько трудов! А времени-то, почти полдень уже!
- Тише, - Мироша махнул рукой, прислушался.
Замолчали.
- Хватит страху нагонять, я что-то проголодался уже. Вообще-то это почти обед, а мы ещё не завтракали, - Никита потянулся за рюкзаком.
- Да тише вы, - Мироша внимательно смотрел в сторону леса. Улыбнулся, - хорошо, что чашки пластмассовые.
Пообедали быстро.
- Пятнадцать минут отдых, - скомандовал Мироша.
Все совершенно спокойно приняли его главенство. Ни у кого не возникло мысли, чтобы его оспорить. Илья сполз на пол лодки, подложив под себя резиновую подушку, облокотился спиной на деревянную перекладину. Никита собрал у всех посуду и, завернув в салфетку остатки еды, аккуратно сложил в рюкзак.
- Ты, Веня, не пытайся всё узнать сразу, у нас достаточно времени, если пролезешь в расщелину, осмотри окрестности и поднимайся назад, - Мироша серьёзно смотрел на брата, - если будет всё спокойно, во второй раз я спущусь, а ты подстрахуешь.
- Там время теряется, как будто сжимается. Кажется, минут пятнадцать прошло, а на самом деле - полтора часа.
- Вот поэтому я и говорю, не будь долго. Ну что? Погружаемся?
- Пошёл.
- Пошёл.
Виньо быстро достиг реки. Свечение на этот раз ему показалось ярче. Расщелина была слишком узкой. Раздвинуть камни не удалось. Тогда юноша двинулся вдоль этого прохода в надежде найти более широкий лаз. Постепенно проход сомкнулся, стало совсем темно. Виньо включил фонарь. Под ногами была ровная, почти отшлифованная поверхность. Пройдясь светом, он различил на этой поверхности чёткую прямую дорожку шириной около четырёх сантиметров. «В воде всё кажется больше, чем на самом деле». Он потрогал поверхность рисунка рукой. «Как будто бы металлическая, а гладкая какая. Нужно изменить угол зрения». Юноша поднялся выше, направил свет в сторону рисунка. Он двигался по кругу, отталкиваясь ногами от скал, меняя направление и глубину поочерёдно. Всё тщетно. «Ещё немного, и нужно подниматься, последняя попытка». Сделав несколько шагов, он обернулся и увидел под собой совершенно чёткий блестящий рисунок: окружность в диаметре полуметра, в ней восемь ромбов, расположенных вершинами к середине круга в виде лепестков, а за кругом вырисовывались лучи изогнутыми змейками. Он чуть повернул голову, и рисунок исчез. Виньо заметался в надежде отыскать прежний ракурс, поймал нужное положение, и цветок появился снова. «Ну и дела-а! Хотя бы какая – ни будь метка, чтобы не мучиться так в следующий раз». Всё вокруг было однообразным и серым. «Пошёл», -разочарованно скомандовал он себе. Подъём оказался куда более длинным, чем спуск.
- Ты знаешь, сколько ты пробыл в воде? – возмущённо прошептал Илья, - три с половиной часа, мы не знали, что думать.
- Я нашёл эмблему, - взобравшись в лодку, Виньо расслабленно завалился спиной на борт, упёршись ногами в противоположную стену.
- Скоро начнёт темнеть, - Мироша снял ласты, спокойно отвязал резиновую лодку, - тихо-тихо плывём к мостику, будто нас тут и не было. А разбор полётов будем проводить завтра.
- Мы завтра к озеру разве не пойдём? – воскликнул Илья.
- Я же сказал, тихо.
Обратный путь всегда кажется длиннее, и семь километров пути после жаркого и напряжённого дня показались всем четверым бесконечностью. Не вдохновил даже горячий добротный ужин. Усталость взяла своё.
За время пребывания в Окунёво у братьев негласно сложился свой порядок: подъём в шесть утра, пробежка к Таре, купание, завтрак, разбор полётов, составление планов на день, укладка вещей.
- Ты спишь? – Мироша теребил брата за плечо.
- Нет. Я думаю, что может значить эта эмблема.
- А я думаю, что это точно знает Никита, пошли к реке? Потом нарисуешь её, и тогда разбудим ребят.
- Ты хочешь их будить?
-Если мы будем спать до одиннадцати, то ничего не успеем. Нужно их переключить на наш режим. Ты теперь понимаешь, что не нужно так долго бродить в воде. Всё сдвигается, мы поздно возвращаемся, поздно встаём. Если бы мы вернулись вчера не в час, а в десять, все сейчас были бы уже на ногах.
- Ты разбудишь ребят, - Вениамин приложил палец к губам.
- Да их пушкой не разбудишь. Разве что окатить холодной водой.
- Хорошо, пошли скорее.
Вернувшись, братья обнаружили Никиту с Ильёй возле рукомойника во дворе.
- Вот это да!!! Мы думали, вы до одиннадцати спать будете.
- Да мы уже вам чай вскипятили.
- Почему вам? Нам. А Мария Васильевна где?
- Она в деревню за молоком пошла, мы предлагали помочь, не уговорили.
За завтраком ни один не спросил у Вениамина про вчерашнее, все ждали, когда тот сам расскажет.
- Вы накрывали на стол, мы уберём посуду, - предложил Вениамин.
- Давайте ускорим процесс, - Никита заговорщически посмотрел на Илью, - мы помоем посуду, а ты возьми бумагу и карандаш и нарисуй уже свою эмблему.
Вениамин улыбнулся.
- Хорошо, мы будем собирать и разбирать ужин, да Мир?
- А то.
Через 10 минут все четверо сидели за чистым столом, склонившись над рисунком Виньо.
- Это изображение Алатыря, - уверенно произнёс Никита.
Товарищи вопросительно посмотрели на него.
- Это философский камень древних Славян, - Никита задумчиво наклонил голову, «как во граде Богов, в Асгарде Ирийском, на слиянии священных рек Ирия и Оми, возле Великого Капища Инглии, у священного камня Алатырь, спустилась с небес Вайтмана – божественная колесница».
- Во, шпарит! - Илья восхищённо смотрел на товарища.
- Славяне считали, что с помощью этого камня был сотворён наш земной мир. Есть легенда, что этот камень создал Славянский Бог – Род в самом начале времён. Алатырь упал с неба, и сын Рода – Сварог закончил дело отца - сотворение мира. Он бил молотом по Алатырю и высекал искры, из которых рождались Боги. На этом камне были написаны законы Сварога. Первым из искр появился Бог огня Семаргл. Он озарил собой Вселенную. И было это так красиво, что чёрный змей захотел сделать то же, что Сварог. Он подполз к камню и ударил по нему молотом. И от его чёрных искр родились демоны. Тогда и началась борьба Семаргла со змеем, борьба Света и Тьмы.
- Выходит, змей существовал ещё до начала времён? А Капище –что такое? А Вайтмана? – не унимался Илья.
- Капище - место, где славяне приносили дары своим Богам. На месте падения Алатыря появилась гора – сейчас это наш Алтай. Легенда говорит, что на этой горе Всевышний принёс себя в жертву и сам превратился в камень. Всё, что прикасается к этому камню, становится золотом. Славяне считали, что на Алатыре отдыхают Боги и с помощью него разговаривают с людьми. На вершине этой горы горит живой огонь, а рядом стоит Древо Жизни. Под ним находится ручей с живой водой, которая даёт бессмертие. Славяне носили такое изображение, как оберег, чтобы поддерживать связь с Богами, - Никита кивнул на рисунок.
- Здорово, этот рисунок ты видел под расщелиной, - посмотрел Мироша на брата.
- Я туда не спускался, она узкая для меня.
- Но свет, откуда виден свет, из расщелины? – настаивал Мироша.
- Из расщелины. Нужно тебе попробовать спуститься, может, ты пролезешь. Я пытался дальше посмотреть, она смыкается.
- А рисунок - то где ты видел? – опять спросил Мироша.
- Я стал ходить вокруг неё и увидел линию. Потом нашёл то место, откуда рисунок видно.
- Не понял.
- Понимаешь, его трудно увидеть. Этот узор просматривается только из одной точки.
- И как мы её теперь найдём? – Илья разочарованно смотрел на Вениамина.
- Можем и не найти. Это вышло случайно, но изображение находится на гладкой плоской плите и оно металлическое. Такое гладкое, явно кем-то сделанное.
- Дела, случайностей не бывает, раз увидел изображение, значит, можно. Иначе тебе бы его не показали - проговорил Мироша, - нужно пытаться попасть в расщелину. Раз возле неё этот знак, значит, внутри должно быть что-то ещё. Теперь ты будешь меня страховать.
Он внимательно посмотрел на брата.
- Давайте уже собираться, - встал из-за стола Илья.
-Ребятки, я вам молочка принесла, вы завтракали? – Мария Васильевна поставила на стол две трёхлитровые банки с молоком.
- Как тихо вошли. Спасибо, тёть Маша, мы поели. Тут чай ещё горячий, садитесь с нами.
- Я, ребятки, рано не завтракаю. А вы что, опять на озеро собрались? Хоть бы денёк отдохнули. Что вы там такое ищите? Может, я могу помочь?
- А мы уже нашли, - Вениамин кивнул на рисунок, с интересом наблюдая реакцию женщины.
Мария Васильевна внимательно рассматривала изображение.
- Где-то я это уже видела, дай Бог памяти……. Знаете, в этих местах много разного народу перебывало, здесь у нас центр разных религий, даже из Индии приезжали. Была одна группа. У них обереги были, у каждого - свой. Свастики, птицы какие-то диковинные, и вот такой символ, по-моему, тоже был. Я сказала, тогда: «Немецкий знак», а они поправили: «Свастика». У них руководитель очень интересный, глаза чистые, как у ребёнка, а сам с бородой. Столько всего рассказывал, не переслушаешь. Я, конечно же, всё не запомнила, но очень интересно рассказывал, про разные находки, про их Богов, про праздники. Это всё, оказывается, очень давно появилось, много – много тысяч лет назад.
- Да, давно, - задумчиво произнёс Мироша, - вы, тёть Маша, не волнуйтесь за нас. У нас всё будет хорошо. Нас ведь теперь четверо. Ну что? Давайте вещи собирать? – обратился он к ребятам.
Собрались быстро. По проторенной дороге с каждым разом до места добирались быстрее. Вот и сейчас дорога показалась короче, чем вчера. Пройдя друг за другом по дощатому мостику, все четверо благополучно разместились в лодке, Илья с Никитой сели на вёсла, принялись грести.
- Дела, - снова повторил Мироша, - так я и знал.
Резиновой лодки на месте не оказалось.
- Держитесь чуть ближе к берегу, чтобы видно было, что там делается. Двигайтесь медленно по периметру озера по часовой стрелке, - скомандовал он Никите.
Все молчали. Мироша медленно оглядывал окрестности.
- Жаль, бинокля нет, полевого. Стойте, вон там что-то похожее, - показал он рукой.
Ребята подгребли ближе. Возле берега благополучно колыхалась резиновая лодка, ударяясь носом в редкие камыши, целая и невредимая.
- Это уже кое - что.
- Как она тут могла оказаться? Я её очень хорошо вчера на скале закрепил, - удивился Виньо.
- Видимо, так же, как в прошлый раз, - брат кивнул на оборванный короткий конец верёвки. Тише… - Мироша внимательно смотрел в сторону леса, концентрируясь, как бы настраивая резкость. Он знал об этой своей способности, настроить глаз подобно оптическому прибору, вот только переключаться в этот режим можно было не более, чем на пять – десять минут. Потом передышка, и снова можно пробовать.
В лесной чаще, метрах в тридцати от берега, возле большой раскидистой лиственницы, мальчик разглядел огромного чёрного волка. Зверь был гораздо большего размера, чем они обычно бывают. Его широкие с проседью лапы с цепкими ухватистыми когтями упирались в ствол дерева примерно в полуметре от земли. Уши были слегка прижаты к густому посеребрённому сединой загривку, а глаза внимательно наблюдали за происходящим на воде. Их взгляды встретились. Мироша понимал, что зверь видит их так же отчётливо, как сам он видел сейчас его. И взгляд этот выражал открытый вызов, готовность к схватке и непримиримую волю к победе. И ещё он понял, что это было существо, связанное не с этим миром, управляемое чьей-то чужеродной и сильной волей. Обеим сторонам хватило нескольких мгновений, чтобы осознать происходящее и переключиться в режим готовности. Мальчик понимал, что не сможет держать зверя в поле зрения более, чем это было для него возможным. «Только бы не выдать себя, не напугать ребят». Он также понимал, что это существо читает его, словно открытую книгу. «Так!!! Как я не сообразил?». В следующее мгновенье он выстроил вокруг лодки непроницаемый зеркальный купол, перевёл свой взгляд на товарищей. «На двенадцать часов мы в безопасности». Напряжение достигло предела. Нарочито изобразив спокойствие и невозмутимость, Мир улыбнулся, заговорил.
- Ну что? Привязываем к корме лодку и возвращаемся к мостику. Оттуда опять будем двигаться к расщелине. Илья, ты вчера обратил внимание на стрелку компаса, угол наклона?
- Да.
- Направляемся к мостику, потом смотришь на компас, будем двигаться по стрелке, - Мироша ещё раз проверил защиту и удовлетворённо взглянул в сторону леса.
Неожиданно потеряв цель, зверь заметался. Двигая носом, он пытался поймать хотя бы запах, но всё было тщетно. Опустившись на брюхо, прижав к земле голову, он медленно пополз к воде, стараясь держаться знакомой тропинки. Болото качало, будто баюкало, завлекая в свои владения, успокаивало попавшую к нему добычу. Одно неточное движение, и не выбраться из этой аморфной обители, которая каждое мгновение готова проглотить всё, что попадало в её пределы. Вот и долгожданная вода. Утолив жажду, зверь блаженно погрузил в неё передние лапы, опустил тяжёлую голову и покорно предался знакомым ощущениям, наблюдая, как постепенно трансформируется его тело. Чутьё подсказывало направление движения, но уверенности не было. Маяком мог стать только звук, идущий по воде. Разгоняя перепонками маслянистую жидкость, он намеренно вынырнул на поверхность, стараясь максимально засвидетельствовать своё присутствие в надежде обнаружить этот самый маяк. Прислушался. Никаких признаков. Двигаясь поочерёдно в разных направлениях, он повторил свой приём, не оставляя надежды, определить противника по звукам. И это, в конце концов, сработало. Притаившись метрах в десяти от места, где определилась цель, зверь расслабил сильное тело, затаился, обратился в слух.
- Вроде здесь, - прошептал Илья, глядя на компас, - давайте здесь попробуем.
- А сколько сейчас времени? – прошептал Никита, глядя на часы, - я вчера примерно в это время смотрел вон на ту гряду. Видите? Там водоросли островком выступают на поверхность. Скорее всего, там отмель. Рядом жердина торчит. У неё вчера в это время была точно такая тень. И расстояние до островка почти что то же.
- Уговорили. Я пойду первым, а ты страхуй, - обратился Мироша к брату, - погружаемся?
- Подожди немного. Ты, когда спустишься, не ищи рисунок, много времени потратишь. Увидишь расщелину, ныряй, попробуй пролезть в неё. Посмотришь, что под ней и назад. Возьми мой фонарь, он мощнее, - Вениамин протянул Мироше фонарь.
- Хорошо, а ты за мной не ходи. Контролируй ту часть верёвки, которая до реки. Вверх – вниз, вверх – вниз.
- Ладно, - улыбнулся Виньо.
Миновав реку, Мир почти сразу заметил свечение. «Надо же, как угадали, в следующий раз резиновую лодку можно не брать». Подплыв к расщелине, он ощупал поверхность между стенками. «Скользкая». Встав на них обеими ногами, мальчик прошёлся светом по скальным камням и, упираясь руками в края лаза, до пояса опустился внутрь. Затем он поднял руки над головой и быстро соскользнул вниз. «Как здесь светло! Интересно, где источник света?». Мироша выключил фонарь. Он стоял на вершине четырёхгранной пирамиды. «Длина ребра метров восемь, но в воде размеры точно не определишь». Спустившись к основанию, он пошёл по периметру, ощупывая гладкие стенки сооружения, надеясь отыскать вход. У основания одного из рёбер определился небольшой скол. «Это будет условной меткой». Пройдя по периметру основания несколько раз, мальчик остановился. «Так можно ходить до бесконечности, нужно обследовать окрестности хотя бы на три – пять метров». Проходя вокруг пирамиды по раскручивающейся спирали, он вскоре заметил под ногами на расстоянии двух метров от одного из рёбер возмущение воды, будто со дна поднимался маленький фонтанчик из пузырьков воздуха. «А может, это и не воздух, какой-то другой газ? А форма какая интересная, будто свеча». Наклонившись, мальчик протянул руку, стараясь не касаться ладонью верхнего контура. Руку, словно магнитом, мягко втянуло в эту пузырьковую капсулу. Через мгновение он уже стоял на гладкой мраморной поверхности, вокруг белели перламутровые стены, и главное – не было и малейшего намёка на присутствие воды. «Я в пирамиде!!! Ну и дела… Осталось теперь отсюда выбраться». В следующее мгновение на душе воцарилось безраздельное невозмутимое спокойствие, охватило чувство абсолютной безопасности, защищённости и любви, будто он оказался снова у себя дома – на Турзе - маленьким ребёнком, не ведающим опасностей и тревог. Здесь было совершенно сухо. Стены пирамиды изнутри были перламутровыми, белыми. В центре он увидел прозрачную пятиметровую сферу, внутри которой находились девять кристаллов разного размера. «Интересно, каким образом они удерживаются на расстоянии друг от друга, если бы внутри был вакуум, они бы плавали. Хотя внутри сферы могут действовать иные законы, чем на Турзе и, тем более, на Земле». Кристаллы были округлой вытянутой формы - эллипсы. В центре сферы располагался самый крупный из них, размером примерно в один метр по большой диагонали. Остальные были чуть мельче центрального, а у стен сферы - совсем маленькие. Кристаллы казались продолговатыми бусинами, нанизанными на невидимые нити. Они слегка покачивались, будто дрожали, переливаясь всеми цветами радуги. «Как же это красиво». Мальчик невольно залюбовался игрой света. В его воображении вдруг возникла картина вращения каждого из этих маленьких чудес, вращения столь быстрого, почти огненного. В следующее мгновение центральный эллипс стал медленно раскачиваться. Вслед за ним задвигались остальные бусины. Все девять кристаллов вращались, каждый вокруг своей меньшей оси. Постепенно скорость вращения увеличивалась, и наконец, самого кручения различать было уже невозможно. Кристаллы превратились в огненные шары, а из самой сферы выстрелил тонкий лазерный луч. Луч скользил по стене пирамиды, напротив которой стоял Мироша и чертил на её поверхности какие-то непонятные знаки. Письменность эта была мальчику неизвестна. Он только понял, что таким образом ему показывают назначение этого необычного устройства. Время остановилось. Он даже приблизительно не мог определить, сколько минут или часов прошло с момента его погружения. Спонтанно возникла мысль: «Не волнуйся, ты в безопасности». И это была не его мысль.
- Где я нахожусь?
- Это устройство для записи текстов.
- Каких текстов?
- Текстов, оставленных нашей цивилизацией для Землян.
- Эти тексты открыты Землянам?
- Да.
- Что должны сделать Земляне?
- Они должны открыть портал в Светлые миры.
- Для чего нужен портал?
- С его помощью Земляне вернут свою генетическую память, всё, что было утрачено.
- Земляне оставят тела?
- Не все, только те, что из пекла пришли, в людских формах прибывают. Так же, серая подраса.
- Укажите место нахождения портала.
В следующее мгновение на стене пирамиды Мир увидел несколько слов, написанных непонятными иероглифами.
-Как же я это вспомню? - вместо ответа, мальчик почувствовал, как его лёгкие вдруг стали мягко наполняться воздухом. Где-то внутри возникла удивительная картина: альвеолы лёгких раскрылись по всей их площади до самых корней на уровне солнечного сплетения, и кто-то очень бережно с любовью раскрашивает всё это кружево розовым сияющим светом. Затем видение исчезло.
- Выдыхай маленькими глотками, экономь кислород. Твой купол потерял силу. С момента его появления прошло тринадцать часов.
- Я отсутствовал тринадцать часов?!
В следующее мгновение он уже стоял снаружи пирамиды, упираясь руками в ребро этого сооружения. Осознав, что запас кислорода исчерпан, цепляясь ногами за скальные выступы, мальчик поднялся на уровень вершины пирамиды и, уцепившись руками за края расщелины, с силой вынырнул вверх. Отчаянно заработав всем телом, он устремился к поверхности. Казалось, неведомая и очень мощная сила выталкивала его из воды.
