Записки странствующего монаха

Когда отчаялся, неверием гонимый,
Меня прибило к дальним берегам.
Шторм разметал, разрушил мир мой мнимый.
И в рубище я шёл к далёким очагам.
 
И видел я людей пёсьеголовых,
И слышал я их повседневный лай.
Скрывали страх они, в своих глазах суровых,
И скуден был их неуютный рай.
 
«Правитель множества» сулил мне мир за душу,
Горами золота скрывая горизонт.
И нищетой пугал, всё ждал, когда я струшу,
Но прогадал, дряхлеющий архонт.
 
И видел я дымящиеся горы,
Страну огня и волосатых змей.
Прогрызли норы пламенные крысы,
Под самым небом, в царстве без теней.
 
За «Чёрной глоткой» облачные кряжи.
Не видно солнца – снежная пурга.
Лишь иногда, светящимся драконом,
Мелькнёт река и спрячется в снега.
 
И видел я, за дальним перевалом,
Фонтаны бьют, изысканней вина,
Их терпкий вкус. Отдёрнув покрывало,
Возникла предо мной огромная страна.
 
Моря – в цвет чёрного пера и меха
И белые, как пух, как молоко.
Сияли жители от радости и смеха.
Там сладко жить, там умирать легко.
 
И видел я причудливые замки
На спинах, медленно ступающих, слонов.
А на душе моей, все затянулись ранки
И горечи земной, я не нашёл следов.
 
В стране избытка, где никто не плачет,
Где даже воздух, словно горний мёд.
Своей рубахи нет, и в дом никто не тащит.
Нет зла и жадности, и там никто не врёт.
 
И видел я живородящих птиц –
Существ рождают, видом человечьим.
Опора им неугомонный ветер.
Удел их – падать, если сложат крылья.
 
Всегда в движении – безвозрастные дети,
Их пища, только солнечный планктон.
Их просо – нам сетчатку слепит.
Пыльцою звук летит к нам в сердце, как в бутон.
 
 
И видел я… Но мне никто не верит.
А сердце рвётся к дальним берегам.
 
15. 01. 2020