Все произойдет

Все произойдет

Аудиозапись

" В жизни каждого из нас каждый день происходит сотня выборов и не бывает их хороших или плохих. Просто каждый из выборов создает другую жизнь, другой неповторимый мир. Но каждая жизнь заслуживает того, чтобы ее прожить, каждая тропа — чтобы быть пройденной."
 
к/ф "Господин Никто»
Космос распадался прямо на глазах. Через иллюминаторы корабля доносилось прощальное зарево звезд, планет, целых галактик. Неритмичный гул сотрясал обшивку, то нарастая, то затихая, проползал в каждую щель и оседал на кончиках пальцев, словно мы находились на шумном концерте. Только с этого момента никаких концертов. Больше никаких концертов не будет и никогда не было. Сама реальность мириадами крохотных небесных тел взрывалась, оставляя за собой зияющую пустоту.
 
Клинкетные запоры отщелкнулись, чтобы дать двери отъехать в сторону. Или она уже отъехала. Нет, запоры еще не сработали. Все происходило и не происходило одновременно, будто в страшном сне, когда любой выбор приводил к тому, что выбора и нет. Отражаясь сразу ото всех переборок, послышался голос непривычного металлического тембра. Слова, что он произносил, накладывались друг на друга, разрывались и перемежались между собой, создавая едва уловимый гул, среди которого нам удалось расслышать:
 
- Прос-с-с-тите нас-с-с-те-пом-ас-с-стите-мни-про-нас-с-с...
 
Фигура, сказавшая это, не имела четких очертаний. С равной периодичностью она распадалась на мельчайшие частицы, перемещалась в другой конец отсека, собиралась, вновь распадалась, опять перемещалась, разрывалась и сшивалась прямо на лету. Она существовала сразу во всех вероятностях, а мы видели лишь проекцию пятого измерения на третье. Непостижимую, невыразимую для нашего привычного мира, но причастную к тому, что мира больше нет.
 
- Да как простить-то? - спросил я. Вернее, другой я, который забился в самый угол и ни разу не поднял головы с момента спасения.
 
- Мы вс-с-се руш-ш-ш-спр-ир-разр-р-р-ас-с-справ-в-вили...
 
- Вы все разрушили, - сдержанно ответил я. Вернее, еще один я, стоявший рядом с согнувшимся в углу мной. - И я все разрушил.
 
Фигура, заполнявшая собой весь отсек, развернулась к выходу. Только зашла. Нет, уже вышла. Еще выходит. Быстро. Не спеша. Клинкеты всегда были закрыты. Нет же, они закрываются. Уже закрылись. Их всегда держали открытыми. Да вот же они начали закрываться. Пятимерное существо скрылось. Только зашло. Развернулось к выходу. Клинкеты защелкнулись обратно.
 
- Значит, это конец? - тихо спросила версия меня, продолжающая облокачиваться о переборку.
 
- Конец, - ответила моя версия из угла отсека.
 
- Что с человеком делает несчастье, - сказал еще один я, смотревший на других двоих то ли со стороны, то ли изнутри. - Мы посреди гибнущего космоса в огромном корабле с непонятным существом, которое скачет по пространству как хочет. Но мы не удивляемся.
 
- Может, так даже лучше, - вторая версия меня оттолкнулась от переборки и принялась расхаживать по отсеку. - Может, давно пора все закончить. Пусть даже так масштабно, зато навсегда.
 
- А если я не хотел ничего заканчивать? - моя третья версия впервые подняла голову и посмотрела на нас. - Почему никто не спросил меня?
 
- Как будто ты спросил перед тем, как влезать под землю, - жестко ответил я.
 
- Все было сотни раз перепроверено, - сказал второй я. - Каждый молль нуль-вещества выверили с маниакальной точностью.
 
Каким-то образом каждый из нас догадался, что мы были одним и тем же человеком, но в разных Вселенных, и что каждый совершил ту же самую фатальную ошибку.
 
- Никого не осталось, - с трудом произнес третий я эту фразу.
 
- Лучше бы никого и не было, - второй я приостановился, осознав степень тяжести своих слов, но тут же продолжил ходить.
 
- А у меня и так никого не было, - ответил я обоим. - Большое достижение.
 
- Все равно мы бы развелись когда-нибудь, - казалось, что второй я слегка на взводе.
 
- Ты разве не был счастлив? - спросил третий я. - Правда, не был?
 
- Как будто тебе мало своих проблем, - ответил второй я. - Посмотри на себя. Ты уверен, что мне стоит развивать эту тему?
 
- Он не уверен, но ты развивай, - сказал я. - Вам есть, в чем исповедаться. Мне гораздо проще.
 
- Тут нечего рассказывать, - второй я поморщился. - Обычная история. Наверное, в том и проблема, что обычная. Когда встречаешь человека, тебе кажется, что на этом месте смело можно заканчивать сказку словами "Жили они долго и счастливо". Только скорее долго, чем счастливо. Со временем то, что радовало, входит в привычку и кажется обычным. А то, что поначалу не замечаешь, раздувается до космических масштабов...
 
Я невольно усмехнулся, осознав иронию момента.
 
- ...и начинает раздражать. Ее вечные разговоры ни о чем. Мы просто идем по улице, а в голове играет радио, которое нельзя выключить: "Смотри, какой потертый бампер у машины. Ее занизили, и парапет обшарпал ее снизу. Как странно одета эта девушка. Почему ты оборачиваешься на меня, когда мы переходим дорогу?". И так целыми днями. Зудит-зудит-зудит, а тебе поздно метаться. Ты женился на ней, теперь расхлебывай.
 
- Ничего, теперь это в прошлом, - ответил я утешающим тоном.
 
- И главное, потом удивляется, почему пропала романтика, - не унимался второй я. - Да потому что невозможно. Как только тебя перестают слышать, ты перестаешь любить. Она говорила на своей радиочастоте, а я потом плюнул на все и остался на своей. Вечера мы стали проводить порознь, у каждого свои заботы и свои друзья. Такая имитация бурной деятельности и осмысленной жизни. А на деле - пустота, которую мы заполняли чем угодно, лишь бы не друг другом. Потому что иначе становилось бы еще хуже.
 
- Действительно, нечего рассказывать, - подвел я итог. - А как ее звали?
 
- Света.
 
- Что-то не припомню такую.
 
- И не надо, - ответил второй я.
 
Мы посмотрели друг на друга, а потом перевели глаза на третью версию себя. Послушав немного наш разговор, он заметно приободрился и явно хотел что-то сказать.
 
- Вот не знаю, кому из вас больше не завидовать, - начал он.
 
- Конечно, вот этому, - сразу нашелся я. - Так мучиться со Светой. Хоть любовницу завел?
 
- Я даже, может быть, хотел, - задумчиво ответил второй я. - Но сил и времени не хватало.
 
- Ты просто не любил по-настоящему, - произнес третий я. - Вот и задумался о таком.
 
- Я, конечно тянул до последнего, - мое признание выходило излишне откровенным, - но больше не могу. Придется выслушать твои романтические страдания.
 
- Конечно, ты далек от этого, - ответил третий я. - Как можно было таким стать. Чурбан бесчувственный.
 
- Ты кого чурбаном назвал?
 
- Остынь, - прервал меня второй я. - Пусть уже расскажет.
 
- Вот спасибо, - притворно сказал третий я. - Не будь вы мной, не стал бы даже разговаривать с вами.
 
Мы со второй версией переглянулись, выражая друг другу сочувствие.
 
- Кажется, я знаю, о какой Свете ты рассказывал. Я видел ее пару раз, пересекались в общих компаниях друзей. Она мне понравилась, но только встречалась с другим. На парне лица не было, и я быстро передумал спасать его ценой себя.
 
- Смотри, какой ловелас, - сказал второй я.
 
- Но благородный, - добавил я. - Хотел отбить, а потом передумал.
 
- Ближе к делу, друг мой. Мы хотим послушать о твоей правильной истории любви.
 
- Хм, правильной, - ответил третий я. - А знаете, в чем разница между мной и вами? В том, что правильной истории не существует. Вы спросите, как мы познакомились, а я не помню. Может, на учебе, а, может просто в автобусе, когда толпа народу нас прижала друг к другу в самый час-пик. Зато я помню, как делал предложение. Никаких колец в бокале шампанского, никаких друзей с дурацкими плакатами вокруг. Только она и я, вдали от всех, почти что на вершине мира. Это было на закате в горах. Мы тогда сняли небольшую хижину, по бокам от которой стояло два одинаковых дерева-рогатки. По вечерам после долгого дня мы расходились на пару часов, чтобы побыть немного наедине с собой. Брали книжки и читали, сидя между ветвями, а потом снова виделись, чтобы обсудить их перед сном. Однажды я выгадал момент и вырезал на ее дереве тот самый вопрос. К вечеру сердце колотилось как бешеное. Когда мы наконец встретились, она даже словом не обмолвилась, что видела эту надпись, и я стал срочно искать какой-нибудь не менее романтичный, но более умный способ сделать предложение. Продлилось это недолго, потому что следующим же вечером на своем дереве я увидел свежие буквы "Да".
 
- Слыхал я в жизни всякое, - прервал я третьего себя, - но такую чушь, еще и от самого себя...
 
- А тебе все чушь, - ответил он и обратился ко второму мне, - ему все чушь.
 
- Прости, но это и правда нелепо.
 
- Может, и нелепо, - согласился третий я. - Но вам нечего вспомнить. С тобой и так все ясно...
 
На меня махнули рукой так, как еще никто не махал.
 
- ...но как ты мог вляпаться в такое? Признай, что ты обычный трус, который боится что-то изменить в своей жизни. Ты недоволен, но тебе хорошо.
 
- Да как это может быть "хорошо"? - психанул второй я.
 
- Иначе ты бы давно ушел, - третий я сделал небольшую паузу, пытаясь успокоиться, но успеха за этим не последовало. - У вас есть дети? Нет!
 
- Под сомнением, - украдкой ответил я.
 
- Прекрасно, - третий я тяжело выдохул и упер руки в боки. - У меня есть. Были. Двое, мальчик и девочка. И еще собака. Кокер-спаниель. И зачем мне понадобилось что-то еще? Зачем это было вам? Как будто не хватало ветряных и гидрэлектростанций.
 
- Только не делай нас виноватыми, - сказал второй я.
 
- Да мы все хороши. Это же так элементарно. Ошибка всего в одном знаке, и частицы начали вращаться не туда.
 
- Так надо было ставить плюс? - спросил я в недоумении.
 
- А ты сообразительный, я вижу, - третий я брал разгон. Сейчас начнется. - Вместо того, чтобы пользоваться энергией магмы, мы стали ее насыщать еще больше своим нуль-веществом. Вы же сами знаете, что в поисках стабильного состояния магма выделяет тонны энергии, которую нужно было просто связать и выкачать. А мы заставили ее вырабатываться с удвоенной силой, которая увеличивалась геометрически каждую секунду. Магма разрасталась, бурлила и заполнила все возможное пространство под корой Земли, пока не бахнуло из всех вулканов разом! Пока не образовались новые, потому что мантия уже не знала, куда деваться от горе-ученых.
 
- Сам ты горе-ученый, - я не нашел ничего лучше, чем налететь на бедолагу с кулаками.
 
- Ты что творишь? - второй я попытался нас разнять, но получил от третьего.
 
Мы докатились до того, что начали драться и усыпать друг друга такими изощренными ругательствами, что наши странные спасители заговорили с нами на чистом русском языке:
 
- А ну прекратили сейчас же!
 
Остановившись от изумления, мы принялись искать источник звука.
 
- Что вам непонятно? - голос будто исходил от каждого сантиметра обшивки.
 
- Если честно, все, - ответил второй я.
 
- Тогда давайте по порядку, - ответили нам более миролюбиво. - Мы прилетели из пятого измерения. Точнее, мы здесь были всегда. Пятое измерение - это не где-то там. Это такая же полноправная часть бытия, как и ваше третье.
 
- Почему меня сразу трое? - спросил я.
 
- Вы все сами знаете. Когда к вам заходил наш практикант, мы отлаживали переводчик на ваш язык, а чуть позже попытались передать вам основную информацию образами с помощью телепатии, чтобы не терять времени.
 
- Ну да, мы трое совершили ту же самую ошибку, каждый в своем мире, - сказал третий я. Похоже, среди нас он был не только самым чувствительным, но и самым умным. Только я решил ему этого не говорить.
 
- Вы помните, как мы спасли вас? - продолжал невидимый голос.
 
- Нет, - хором ответили мы.
 
- Мы знали о вашей ошибке заранее и готовились к этой миссии несколько земных недель. Неловко это признавать, - голос замялся, - но мы тоже ошиблись. Изначально мы хотели перекинуть каждого из вас в прошлое, но что-то пошло не так, и три Вселенные столкнулись друг с другом, от чего сейчас вы наблюдаете, как космос медленно взрывается.
 
- Какие молодцы, - рассердился второй я.
 
- Не перебивайте, пожалуйста, нас, - назидательно сказал голос. - Времени и так мало.
 
- А что теперь-то? Какой у нас выход? - спросил третий я.
 
- Мы сейчас произвели сложные расчеты, чтобы перебросить вас в прошлое до того, как три Вселенные слились. Единственный спобосб - обогнуть нашу ошибку через шестое измерение и вернуться в тот вариант Вселенной, где мы ее не совершали. Вам останется лишь исправить знак в формуле, и все будет хорошо. Только это путешествие вы, скорее всего, забудете. Начинаем обратный отсчет. Пять...
 
- Стойте, мы не готовы! - крикнул я. Скорость нашего полета заметно увеличилась, превращая огни Вселенной в сплошные линии, сливающиеся воедино где-то вдалеке.
 
- ...Четы-ы-ы-р-ре... - на этом голос заглох, а свет начал неистово мигать.
 
- Прос-с-с-тите нас-с-с-те-пом-ас-с-стите-мни-про-нас-с-с... - снова появилась странная фигура.
 
- Вы слышали? Он сказал "Помните про нас"! - выпалил третий я.
 
- Мы вс-с-се руш-ш-ш-спр-ир-разр-р-р-ас-с-справ-в-вили... - на этом существо исчезло.
 
- Мы все исправили! - обрадовался второй я.
 
На этом нараставший гул окончательно заглушил мои мысли. Вокруг все поплыло, и я потерял сознание.
 
*****************************************************************************************
 
Прошло уже три года с момента первого успешного запуска магмоэлектростанции. Система работала и постепенно вытесняла собой опасные атомные генераторы. Как руководитель проекта, я мог себе позволить выделить недельку для отдыха, чтобы развеяться и покататься на лыжах вдали от всех. И все бы хорошо, но одно обстоятельство меня сильно смущало.
 
- Как придется делить домик? - кричал я по телефону на учтивого, но ничего не соображающего менеджера. - Мы же договаривалсь!
 
- Простите, уважаемый, - вежливо продолжал он гнуть свою линию. - Сейчас самый разгар сезона, и нам просто не хватает мест, чтобы разместить всех, как они хотят.
 
- А что насчет оплаты?
 
- Боюсь, что ничего не поменялось, - ответил парень, запинаясь.
 
- Знаете, что? - я на секунду закрыл глаза и сжал в руке телефон, а потом просто нажал кнопку сброса. Черт с вами, просто хочется уехать подальше от суеты.
 
Домик стоял у самого подножья горы. С неба густо валил снег, облепляя собой два совершенно одинаковых дерева. Я вышел из такси, захлопнул дверь и дождался, пока оно уедет. Шаги отдавались приятным скрипом, сумка полнилась снаряжением, а душа замерла в предвкушении надвигающегося отдыха, в который я собирался погрузиться с головой. Распахнув дверь, я никого не обнаружил. "Ну и славно" - пробежало в голове. Бросив вещи на свободную кровать, я вышел осмотреть территорию. Обычный довольно непрезентабельного вида домик, посредственная ограда, но величественная гора над этим всем. Я подошел к дереву-рогатке и заметил, что снежинки собираются неровно. Протер ствол рукой, а на нем красовалось гордое слово "Да", начавшее уже немного зарастать. Мне хотелось озвучить все, что я думаю о тех, кто портит деревья, но вместо этого на лице проступила улыбка. Что же такое, в самом деле.
 
- Здавствуйте! - из-за спины окликнул меня женский голос.
 
- Привет, - сказал я в ответ и повернулся. Передо мной стояла смутно знакомая девушка.
 
- Ты? - она сделала шаг назад, теряя уверенность.
 
- Серьезно? - я узнал ее. Как давно это было, и каким идиотом я тогда был. Счастье само шло в руки, но нет - надо было повести себя как напыщенный индюк и спугнуть его.
 
*****************************************************************************************
 
Я действительно забыл все, что произошло на том корабле. Забыл две другие версии себя, их проблемы и несчастья. Но, стоило мне тогда увидеть буквы на дереве, как на меня сразу нахлынули все воспоминания - и свои, и их. Как мне потом объяснили пятимерные друзья, так получилось из-за того, что их души были заполнены переживаниями, а моя пустовала, и поэтому податливо заполнялась всем, до чего могла дотянуться. Да, мы еще раз увиделись с этими загадочными существами, когда они обнаружили утечку другой реальности возле того самого домика, что и пробудило мою память. Буквы действительно принадлежали Вселенной самого счастливой версии из нас троих.
 
Второй я, вернувшись обратно, также все забыл. Но его не оставляло в покое ощущение, что все вокруг неправильно, что все должно было пройзойти не так. Он ушел от Светы, но дальнейшие его следы затерялись для меня. Хочется верить, что он нашел свое счастье.
 
Что касается третьего меня, то он вернулся в правильную историю любви. И пусть он там себе не заливает в своей Вселенной. Я помню, как мы познакомились с женой. А значит, помнит и он. Насмотрелся фильмов всяких и разглагольствует, как мужчина немного выше среднего возраста. В общем, все у него как было хорошо, так и осталось.
 
Я же в свою очередь понял, что каждый строит свою жизнь сам. Даже если вы оступились, это не повод перечеркнуть все и сдаться. Просто поверните в другую сторону. Пока мы живы, шанс есть. Это означает, что все действительно когда-нибудь произойдет.