Юбилейное

Б. Розенфельду
 
В Курзале кисловодском праздник —
Борису ровно пятьдесят.
Он также молод, свеж, проказник,
Как двадцать лет тому назад!
Ему не повредило время,
Он с ним справляется легко:
Слегка лишь поредело темя,
Да округлилось чуть брюшко.
 
Сейчас восторженной толпою
Он окружён, как властелин!
Но помнится, совсем один
Далёкой тешился мечтою,
Порою изнывал в тоске,
Ища поддержки меценатов,
Любовно, в тёмном уголке
Хранил украдкой экспонаты.
 
«Его пример другим наука!»
Упорство, ум и страсть борца
Отвоевали часть дворца
И дали бой музейной скуке!
Теперь музей преуспевает,
И знает хорошо народ
Законодателя суббот.
А как на них он выступает!
 
Встречаться с ним небезопасно:
Лишь речь начнёт, как всё вокруг
Послушно замирает вдруг,
Словам волшебника подвластно.
А мысль его летит к истокам,
И обнажаются пред ней
« Дела давно минувших дней,
Преданья старины глубокой »
 
И вновь, кипя, из скал бьют воды,
Вновь славит Лермонтов Кавказ,
Бушует под дрожащим сводом
Шаляпина могучий бас,
Вновь в переполненном Курзале
Рыдает колокольный звук,
И дышат клавиши рояля
Теплом рахманиновских рук!
 
А зал отрёкся от свободы!
Вперив в него недвижный взгляд,
Все околдованы сидят,
Забыв про сон, еду и воду.
Очнитесь, люди! На «субботе»
Вам гибель страшная грозит!
Что если он не замолчит?
Вы все от голода умрёте!
 
С такой «коварностью» натуры
Не «душегуб» он, не «вампир»,
Он деятель родной культуры,
Он истинный её кумир.
В истории родного края
Прочерчен им глубокий след.
Здесь каждый камень им воспет,
И всё он досконально знает!
 
Он в поисках заветной цели
Пронзает даль и тьму времён!
В него Андроников влюблён,
От ревности усох Горелик.
Он трудится, презрев награды,
Он одержимый! Оттого
Перед рассказами его
Бледнеют сказки Шахразады!
 
Пора бы местным Шахриярам
Его заслугам честь воздать.
А мы желаем юбиляру
Здоровья, счастья и — искать!