Несходство заблуждений

Идёт! Ему не надо было выглядывать в окно, чтобы убедиться в этом. Он чувствовал. Сердце забилось сильнее, едва представил её хрупкую фигурку в уходящем свете чрева арки. Шаг, другой и её очертания растворятся в полумраке дворика, сжатого вековыми многоэтажками. Грязные, обшарпанные зады старины выглядели антиподами пышных фасадов, великолепная архитектура которых вызывала восторг туристов. Изящная лепнина усиливала впечатление. Заскрипела дверь подъезда и почти без паузы её мелодию подхватил охрипший баритон лифта. Он бросился к двери и замер. Знал, надо сосчитать всего до двадцати. Лифт остановился. Ещё десять секунд, и он увидел долгожданную улыбку. Хотел тут же приласкать, но она лишь коротко прошлась по его волосам: "Какой же ты нетерпеливый. Подожди, сейчас будем ужинать. Купила тебе что-то вкусненькое.
 
Как же это славно! Ей были хорошо известны все его пристрастия и вкусы. Баловать его, так ему казалось, доставляет ей особое удовольствие. За ужином она привычно щебетала, пересказывая события минувшего дня. Он не перебивал, мог слушать часами. Но, увы, таких часов её бурная жизнь для него не выделяла. Он почти с точностью хронометра мог расписать события предстоящего вечера.
 
- Шеф сегодня был явно не в духе. Пять раз пришлось переделывать его выступление на открытие форума. И что в итоге? Одобрил первый вариант, найдя его самым удачным. И, знаешь, откуда такая нервозность? Жёнушка опять отчалила в тёплые края, поговаривают, что не в одиночку.- Она принялась убирать со стола, бросая на него ласковые взгляды.- Ах, да! Чуть не забыла, презабавная новость: Инна из отдела архитектуры выходит замуж. Да-да, та самая, ты её знаешь, бывала у нас. Помнишь, на моём сорокалетие, старалась обольстить Рудика, а тот не нашёл ничего лучшего, как напиться? Так вот, через месяц свадьба. Кто жених? Ни за что не догадаешься! Господин Майер! Да-да-да... Тот самый, главный специалист по восточным культурам. Кто бы мог подумать! Совершенно серая мышка, да и умом особо не блещет... И на тебе, сумела подорвать устои старого холостяка. Да не волнуйся, не буду я вспоминать пословицу.
 
Она говорила ещё долго, но он совершенно не вникал в суть, просто наслаждался журчанием её голоса. Для него он был не просто мелодией радости, а сама радость. Он ожидал ещё более счастливых мгновений, зная, что они непременно настанут. Покончив с посудой, она привычно подсела к столику с телефоном и набрала, думается, уже навечно запомнившейся номер, ибо звонила по нему каждый вечер. Правда, цели и задачи менялись.
 
- Добрый вечер! Будьте так любезны, когда прибывает ночной рейс из Лондона? В час сорок пять?- Переспросила она и зачем-то сделала запись.- Большое спасибо. Нет, не стоит беспокоиться, такси не нужно, я сама за рулём.
 
У неё не было машины. Она никого не ждала из Лондона. Это было ему доподлинно известно. Как, впрочем, и то, что через минуту она будет снова звонить. Именно столько ей требовалось, чтобы войти в новую роль, которую она с удовольствием играла довольно долгое время. Сколько было актов в пьесе, написанной ею для себя же и каков финал, вряд ли знала. Но, наверняка, была уверена в благополучном исходе всех событий. Иное, при её жизнелюбивом характере, трудно было представить. На сей раз набрала номер туристического агенства.
 
- Здравствуйте, я хотела бы забронировать два места в отеле "Трес" на двадцать второе ноября. Это Пальма. Хорошо, я подожду,- и стала нервно постукивать ручкой о блокнот.- Да, слушаю. Нет, эта дата меня не устраивает, мне нужно непременно на следующей неделе. Нет, мне нужен именно этот отель. Жаль, придётся обратиться в другое турбюро. И вам тоже, всего доброго.- Глубоко вздохнув, словно завершила тяжёлую работу, рассталась с трубкой и перебралась на диван.
 
Наступило время блаженства. Он тут же положил голову ей на колени, и она привычным движением запустила руку в его густую рыжую шевелюру. В такие моменты в нём вновь пробуждалась надежда на то, что она его любит так, как никого ещё не любила. Почти неслышно напевая, чтобы не мешать ей: по телевизору показывали затёртый, но любимый ею фильм, он размышлял о том, что ни в какое путешествие она не отправится. Во-первых, на какие шиши? Во-вторых, им хорошо и здесь, вдвоём. Более надёжного друга ей не сыскать. Был у неё Вернер, долговязый детина с выпученными глазами, и что? В очередной раз обожглась. Где эти деньги, которые с таким трудом собирала, чтобы поменять так надоевший ей спальный гарнитур? И у кого нашла утешение? Опять-таки, у него. Верзила не понравился ему с самого начала. Конечно, надо было бы по-дружески предупредить её, предостеречь. Но он не смог этого сделать, не смог... Хорошо, что она на него не сердилась. Характер у неё был такой благодушный, что за все годы он ни разу не видел, чтобы она гневалась. Хотя, причин для этого было предостаточно. Вся её душевная боль выходила слезами.
 
Почему-то припомнился пикник, когда они, наконец-то, вдвоём выбрались за город, резвились, как дети. И совсем не важно, что электричка опоздала, стояла страшная жара, душный вагон был забит под завязку. Он был готов на многое, чтобы вновь быть рядом, вдыхать запахи лета, отбиваться от назойливых местных жителей: комаров да мошек. Наиболее наглых, при всей своей любви ко всему живому, он лишил права на существование. Что ж, каждому своё...
 
И всё же - жизнь прекрасна! Совершенно глупо огорчаться по пустякам. Подумаешь, не всегда внимательна к нему так, как бы хотелось. Но настанет день, она поймёт, что все эти напыщенные снобы и взгляда её не стоят. Не один не подарит ей столько ласки, не будет предан. Он наблюдал, как она почти в полудрёме совершала вечерний туалет, спотыкаясь побрела в спальню и, плюхнувшись на кровать, сразу уснула. Больше ничего не произошло.
 
Наутро, наскоро выпив кофе, уже надевая пальто, проглотила бутерброд, коротко бросила: "Не скучай..." и выпорхнула за дверь. Дело привычное. Он поудобнее устроился и стал ждать её возвращения. А что ему оставалось делать? Она была восхитительной Женщиной, а он... всего навсего рыжим Котом.