Скрижали судьбы

Так не хочется…

Но надо.

Надо ехать. Крестница у меня одна-единственная. Неудобно будет перед нею, перед её мамой – моей сестрой, да и вообще – перед всеми. Свадьба! Семейное торжество. Скажут – смалодушничала. Осталась дома грустить… А повод для грусти был. И все родственники это знали и молча сочувствовали. А мне не хотелось от них этих сочувственных взглядов на мою жизнь. Но и веселиться после развода не хотелось. Даже на весёлой-развесёлой свадьбе. Весь день танцевать, улыбаться, принимать участие в развлечениях с остальными… счастливыми и успешными в семейной жизни. Увольте. Нет. Не поеду. И пусть хоть трижды на меня обидятся. Держать лицо целый день в мажоре я просто не смогу…

 

День выдался солнечный. Сентябрь. Моя любимая пора. Тёплые дни уходящими скромными лучами всегда радуют душу, даже раненую. Даже – мою.

Тётя на заднем сидении автомобиля щебечет о том, как здорово, что все-таки меня удалось уговорить поехать на торжество. Какая я умница, что послушалась и в последний момент передумала. Все будут очень рады видеть меня. И особенно – крестница. Она ждёт меня! Очень.

Я не видела её несколько лет. Не было возможности. Выросла. Невеста уже. Сегодня её день. Как я могла сомневаться: ехать – не ехать? Стыдно. Но хорошо, что я уже в пути, и впереди солнечный счастливый день – для молодых супругов. Ну, а я … Просто скромно посижу до вечера, встречусь с родственниками, которых давно хотелось повидать. А разговоры-расспросы о моём разводе просто буду пресекать в корне – мол, не время, дорогие, и не место, потом, всё потом…

Семья сестры встретила нас тёплыми искренними улыбками. Мы с тетей попали в радушные объятия, в атмосферу праздника. Свадебная суета захватила меня с головой: помогали невесте надевать пышный наряд, укладывали волосы в умопомрачительную причёску, журили детей, которые таскали с уже накрытого стола бутерброды и сладости. Потом все плакали, когда родители благословляли невесту. И я плакала. Как же я давно не была в кругу семьи… Работа. Желание убежать в запредельный мир от проблем, забыться. А родное и тёплое – вот оно! – рядом с близкими.

В ЗАГСе глаза у всех снова оказались на мокром месте. Так трепетно молодожёны танцевали свой первый вальс, с любовью глядя друг другу в глаза. Хотелось верить, что это на всю жизнь. Что не будет ссор, недопонимания, отчаяния и безысходности. Вспомнилось своё… Как некстати.

Улыбнулась проплывающей в танце мимо меня паре. Пусть они будут счастливы! Вопреки всем невзгодам.

Свадьба, как и полагается, пела и плясала. Тамада пустил в ход всё своё обаяние, удивляя разнообразными и чудными конкурсами. Гомон и суета весело-взбудораженных, активных гостей меня немного утомили. Поумничав в паре конкурсов, тихонько выскользнула на свежий воздух. Набережная пуста. Красота. Уже закатилось в реку рыжее солнце, и та играла с ним, слизывая масляные краски, и унося их куда-то за горизонт. Лодочки резали эту блестящую картину на куски, и она колыхалась внизу, как наваждение. Залюбовалась чудесным видом. Было хорошей идеей – устроить здесь, в ресторанчике на берегу, торжество…

Ко мне торопливо, размахивая руками, приближался жених… Нет, теперь уже муж моей крестницы. Ерничаю над собой: «Меня потеряли? Не может быть. Эка важная персона!»

– Крёстная! Можно мне Вас так называть? Настя мне приказала Вас разыскать и срочно привести в зал.

– Конечно, можно, Андрей. А что случилось? Торт? Можно и без меня. Я не обижусь.

– Нет! Там сейчас будут бросать свадебный букет! Настя сказала, что не будет этого делать, пока все незамужние девушки не соберутся в зале. А Вы у нас…

Он осёкся. Засмущался.

– Да всё нормально. Можно было бы и без меня. Но… раз невеста просит – идём!

Он улыбнулся, взял меня за руку, мой новый испечённый крестник, и мы, смеясь, побежали к гостям.

Букет упал неожиданно быстро в мои еле успевшие раскрыться для сюрприза ладони. Все замерли. А потом дружно зааплодировали. Я очутилась в кругу весело пританцовывающих друзей-родственников. Они смеялись и шутили, что скоро и на моей свадьбе им придётся отплясывать «гопака».

Крестница мне заговорщицки подмигнула и улыбнулась, давая понять, что не только небеса определили выбор счастливицы – там была и её доля участия. Она закружила меня в танце, унося с собой в страну радости и счастья, хоть на миг давая помечтать о несбыточном.

Праздник набирал обороты. Я, потягивая вино, наблюдала за танцующими. Как же хорошо, что я приехала, оставив дома дела и печаль. Приятные воспоминания останутся надолго.

– Домой едем, невеста?

Тётя легонько толкнула меня в бок, возвращая в реальность.

– Сестра просит нас остаться на ночь, но я тоже не хочу их стеснять. Едем.

– Тогда вызывай машину. А я пока пойду скажу хозяевам и молодым, что дорога дальняя, и нам нужно ехать.

Я последний раз окинула взглядом ресторан-теремок, пристроившийся на берегу реки и весело сверкавший свадебными огнями, вдохнула сосновый свежий воздух: «Нужно ехать». И набрала номер службы такси…

Всю дорогу, как чуть выехали за город, лил проливной дождь. Вот же странно! Свадебный вечер совсем не предвещал такого изменения в погоде… Серые сети ливня не давали возможности разогнаться автомобилю до нужной скорости. Таксист чертыхался, нудил, что на кой чёрт понёсло его неведомо куда на ночь глядя. Тётя всю дорогу посапывала во сне, видя, наверное, прекрасные свадебные сны. На меня плохое настроение водителя тоже никак не подействовало. Я держала в руках букет – тот, пойманный так неожиданно во время милого свадебного ритуала (я всё-таки забрала его с собой; немножко примятые белые мелкие розочки были так трогательны…) и чувствовала слабый аромат и… умиротворение?

В два часа ночи мы доехали до нашего городка, и я добралась до своей квартиры. Хотелось спать, есть, снять туфли… И всё сразу! Но сначала даю себе команду: найти вазу и поставить букет! Иначе такая красота к утру исчезнет.

Ставлю цветы в вазу. Снимаю одну туфельку… Мама! Звонит! Не успеваю снять другую туфлю, прыгаю на одной ноге за телефоном… Ударяюсь плечом о кухонный шкафчик, шатающийся уже пару недель (кому чинить? Мужская работа…) Успеваю схватить телефонную трубку и сказать пару слов… И тут верхний ящик от кухонного гарнитура, сорвавшийся со стены, рушится на мою голову. Последняя мысль, которая мелькнула: а замуж? Мне же ещё замуж!

...

– Дочка! Дочка…

Темнота и покой.

Открыла глаза. Я… в больнице. Новый день. Солнце. Вроде жива. Мама…

Быстро вошедший в палату доктор поднёс металлический предмет к моим глазам и начал водить им в разные стороны. По инерции передвигаю глазами за ним. Пытаюсь шутить:

– И как? Всё плохо?

– До свадьбы заживёт.

– Вы знаете про свадьбу?

Он улыбнулся:

– Так шутка такая есть. Народная. Не медицинская. А по медицинской части скажу следующее: сильное сотрясение мозга и ушиб мягких тканей. Придётся подлечиться у нас…. скажем, пару недель.

Черкнул что-то в медкарте и вышел, оставив меня в жутком смятении.

Ведь не хотела! А поехала. Ведь не хотела…

Повернулась лицом к окну и заплакала. Навзрыд. Надолго. Мама молча гладила меня по плечу.

 

Две недели больничной палаты. Кроссворды, немного музыки в наушниках и недолгие разговоры с мамой и друзьями – это всё, что мне разрешил строгий доктор. Очень хотелось домой, поэтому я ему не прекословила.

Он часто заглядывал ко мне в палату и следил за выполнением всех предписаний. «Видимо, хотел побыстрее избавиться от неуклюжей больной, которая попала сюда по своей глупости», – так мне думалось. Непонятное чувство будоражило меня все дни.

Мама настояла, чтобы при выписке я отблагодарила спасителя. «А то она меня знает! Серьёзный взгляд, скромное «спасибо» и домой».

– Купи ему кофе. Или хороший чай. И, дочка, извини… Это всё из-за меня. Если бы я не позвонила, то ничего бы этого не случилось. Но я так волновалась, как ты добралась в ту ночь домой. А потом пришлось вызывать «скорую»…

– Со мною всё уже хорошо. Не переживай.

Доктору я купила свой любимый кофе. (Откуда мне знать его пристрастия?). При выписке скромно протянула ему свёрток со словами: «Спасибо. Это Вам».

Наши руки невольно встретились. И его пальцы задержались на моих запястьях.

Он улыбнулся и произнёс:

– Берегите своё здоровье. А кофе выпьем как-нибудь в другой раз.

И поспешно зашагал по коридору, оставив меня растерянно стоять с подарком в руках.

 

Злополучный шкаф уже висел на месте, прибитый самыми большими гвоздями, которые мама нашла в магазине. Но всё равно теперь я буду его обходить стороной, мало ли. Другой головы у меня нет. А эту – жалко.

По большому счёту, ничего в жизни не изменилось. Кроме, пожалуй, букета…Он необычным ярким штрихом украшал моё жилище. Мелкие душистые розочки, ярко-алые и розово-рассветные. Свежие, тугие лепестки. Зелёные лаковые листочки… Нежно коснулась цветов, вспомнив шутливые слова тамады о счастье, которое скоро войдёт в мою жизнь.

Телефон… Мама? Опять?

Отошла на безопасное расстояние от стены, от злополучного шкафа... Не отрывая взгляда от букета, ответила:

– Да?

– Добрались до дома? (Он впервые назвал меня по имени) Как Ваше самочувствие?

Доктор! Узнала по голосу. Как неожиданно…

– Да, всё хорошо. Спасибо Вам за заботу.

– Кофе ещё в силе? Но только я угощаю. Подумал, может, завтра в кафе на набережной? Очень буду рад.

– И я…буду, – растерянно произнесла я.

– Тогда до встречи!

«Вот так скрижали судьбы – не иначе. Что записано – то записано. Не изменить…».