Нет падших телом, есть падшие душой
Граф Монта: Во сколько мне обойдётся ночь?
Азэль: Я дорогая. Две двести час.
Граф Монта: Я заплачу, и сколько хочешь.
Азэль: Мне нужно громко тебе кричать?
Граф Монта: Я не желаю тебе давать ни указаний и ни причуд, ты так красива, но я ведь граф, я только с виду жену люблю, мне опостылела эта жизнь и лицемерия ткань толста, я жив, я чувствую с тобой лишь, но ты для света совсем не та.
Азэль: Я понимаю, бывает так.
Граф Монта: Не многословная ты, Азэль! Ты, словно призрачная мечта, ты так похожа на акварель, с тобой тепла мне моя постель, как жаль, что жизнь я живу не с тем, что любо мне, что бесценно так!
Азэль: А отчего же я акварель?
Граф Монта: Ты так цветаста, ты так жива! Ты так похожа, но вместе с тем, такая в мире ты есть одна!
Азэль: Вы заплатили за эту ночь, давайте, граф, мы уже начнём, я не прекрасна — так порочна и говорим мы всё не о том. Вы заплатили за мою плоть, так вы взгляните же на неё! Мне говорили, я не очень, но предложить больше нечего.
Граф Монта: Закройте рот! Вы прекрасны, как Лилит, пронзившая всех чертей, и всех мужчин вы на свете враг, ведь вы на свете всех дев милей. Вы несравненны, ваш лик так свеж, а ваши руки? Белы, как соль. Не оправдаете вы надежд, но моряку будете прибой.
Азэль: Я проститутка, мой странный граф, зачем хвалить меня, как княгинь? Я понимаю всю жизнь и так. Прекрасно знаю, что я за гниль.
Граф Монта: Ох, замолчите! Зачем же так? Зачем клеймите себя рабой? Я был когда-то простой бедняк, но подружиться сумел с судьбой. А вы, Азэль? Неужели всё? И жизнь свою вы сочли дурной? Вы молодая, Азэль, ещё, вам впору бегать ещё босой. Вы так красивы, но так низки, но ваша низость ваш только крест. Никто не смеет мешать расти и в жизни этой запретов нет. Можно быть шлюхой, но быть с душой, можно с улыбкой людей душить, можно разбойником быть и всё по-своему духу здесь вершить. Вы несравненны и так чутки, вы дева ночи, красы рассвет, пусть с вами мы не совсем близки, но вас на свете прекрасней нет. Я заплатил вам за эту ночь, но обладать вами я не смел, я не считаю вас порочной, а как считаете вы, Азэль?
С теми словами он и ушёл,
закрыв бесшумно стальную дверь.
Азэль: Я так красива, так ничтожна, но всё это знаю я теперь.
