Уходящие

Фейерверком из рассыпанных далей
провожали одинокое время,
и босое, и хромое –
всё тает…
Тают искорки в сапфировом небе,
тают звёзды на цветастых погонах,
приколоченных дождями из стали;
истончаются предсмертные стоны
из груди давно объезженной драмы.
В уходящих не бросают камнями,
даже если кроме них не осталось
ничего –
лишь те последние взгляды,
что в любую щель брони забивались
и точили
червячками сомнений,
из последних сил тянули обратно –
сколько боли!
Я бы сам не поверил,
если б не было в душе столько пятен.
Уходящих не пугают проклятья
домоседов из почившего века –
бейтесь лбами и скупайте распятья,
небеса вам засчитают победу!
Сколько слов, что не сойдутся с делами?
Сколько истин в черепашьем побеге? –
Мы в растерянном испуге дрожали,
потерявшиеся, глупые дети…
Можно долго быть предельно-терпимым,
разъяснять, что хорошо, а что плохо,
только… небо что-то очень уж сине,
да и звёзды…
Не пора ли в дорогу?
 
******
 
Уходящие навек пропадают
за изломанной кривой горизонта.
Можно было бы сказать – так и надо,
а то ишь ты – захотели свободы!
Сны детей навек останутся снами,
но теперь уж ничего не попишешь –
В уходящих не бросают камнями,
жалко, сами они это не слышат…