ПОГОНЩИК ГИГПАНДЫ
Qwerty1967 Я ехал в Калининград. Так, как уже привык за последние годы. Когда конец пути…
Сопровождается один за другим пограничными контролями, во время которых приходится почему-то. Вести себя как-то дисциплинировано…
Во всяком случае, быть поблизости от своего места, не бегать за кипятком…
Или там, уходить в туалет…
В общем, четыре проверки…
Одна за другой…
Сперва белорусы…
Потом – литовцы…
Потом, снова литовцы, уже в Кибортае…
И, наконец, наши, русские погранцы, уже в Калининградской области…
Меду всеми этими проверками…
Литва. Маленькая и какая-то зловредная, так мешающая просто проехать…
Из России. В Россию…
Отнимающая Время, и выматывающая нервы, так. Что постоянно хочется высказать этим самым…
Литовцам, пограничникам, таможенникам, полицейским и…
Прочим, что-то обидное, по поводу всей их Литвы…
Такого. В принципе можно припомнить не мало…
Хотя, эти самые литовцы….
Кажется хотят. Чтобы пассажиры высказали им, что-то в таком роде… Ведь, несмотря ни на что…
Сегодня, рулят именно они, поскольку и нам…
И всему поезду…
И другим поездам, приходится стоять, и послушно ждать того…
Что эти самые чиновники, последовательно и с каким-то особенным чувством…
Проведут привычную серию манипуляции. Для того. Чтобы впустить транзитеров в Калин град.
Через свою территорию…
А потом, снова повторить манципации. Уже набившие всем оскомину…
Для того, видимо, чтобы обозначить…
Что все – прибывшие несколько часов назад…
Уезжают в их земли…
Опять же, на время…
В общем. Все это конечно. Утомительно до резкой неприязни и…
Желания высказать всем окружающим, что-то. Представившееся вдруг…
Чем-то особенно остроумным…
Или же, особо бессмысленным…
Что на самом деле не более остроумно или бессмысленно, нежели что-то другое…
И что, делает очередное испытание на суточном пути в Калин град. Каким-то…
Сюрреалистичным и выстроенным, на манер немецкой классической философии…
Созданной когда-то, Иммануилом Кантом…
То есть так, чтобы разобраться с ней.
Было бы просто невозможно….
Чтобы даже взяться за нее мог человек, подготовленный и, готовый к тому….
Что разобраться с этим, просто, невозможно…
Вот так же теперь и эта дорога, которая ведет из России на родину Канта…
Стала такой же, как созданная Кантом классическая философия.
Скучно ехать в поезде, когда там проверка паспортов на границе….
Так скучно. Что и не передать….
За окном все застыло.
А ходить внутри вагона…
Вроде как, совсем уже не положено…
Пограничный режим предусматривает….
Что положен находиться на своем месте, согласно приобретенному билету…
Или совсем рядом…
При тои. Что надоело уже вообще-то, после суточной поездки….
Какого-то невнятного сна…
Сна, от которого почему-то ещё более хочется спать…
Так что ко времени этого самого, паспортного контроля, ты оказываешься каким то…
Что ли, особенно разбитым и. утомленным…
Вот и остается, одно, разговаривать с кем-то из попутчиков…
И, на какие-то, достаточно отвлеченные и…
Совершенно любые темы…
Тем более, что попутчики, вполне могут оказаться. Практически. Кем угодно…
Так, один раз я ехал. Со взрывником,
Который периодически, ездил из Калининграда в Питер…
Для того, чтобы взрывать там что-то, на гранитных карьерах, недалеко от Кузнечного….
Другой попутчик.
Был фармацевт, точнее – провизор…
Который, наоборот с целями вахтовой работы, ездил в Калининград из Питера….
А в этот раз, попутчицами моими были какие-то девушки…
Скорее, даже достаточно взрослые девочки лет по 15, которые занимались…
В Калининграде в художественной школе, той самой,
Которая возле зоопарка…
И ездили в Питер, на какой-то, то ли конкурс…
Толи – мастер-класс…
Точнее, мастер-класс и конкурс, в одном флаконе…
И всю дорогу твердили, о том, как они хорошо рисуют…
И ищут в своих художествах, какой-то собственный стиль и…
Путь, такой, который никто вроде бы до них, ещё не придумывал…
Я. Вообще-то. Не прочь поболтать в дороге….
Особенно если за окном, почти час…
Никаких изменений, да и со своего места, в общем-то, никуда не уйдешь…
А уж тем более, со столь юными, но крайне целеустремлёнными художницами…
Которых,
Волей судьбы теперь, набился едва ли не целый, вагон…
При том, что-сам-то я рисовать, не умею…
Но, я конечно же, не раз много писал о живописи, всяческих художествах и…
Графике…
Да и мой тесть, когда-то, был главным художником…
На всей Ленигрушке…
Так что по теме, я мог, говорить сколь угодно много, особенно вспомнив об особенностях моей памяти…
Которая предполагала запоминание мной…
Едва ли, не всего, что я слышал и писал, когда-то…
Правда, ведь тесть, я помню, очень много говорил о важности…
Для художника, работать с академическим рисунком, который, вроде как. Основа основ…
Ну, и с обнаженной натурой, конечно же…
К чему, мой пожилой к тому уже времени тесть…
Всегда уделял, особенное внимание…
И, рассказывал с каким-то особенным. Смаком, что ли…
Таким, что я был воодушевлен. присутствием темы. Для беседы…
Правда, конечно, не так чтобы, подходящей, в отношении юных девушек…
Которые, конечно же знали что-то, и про академический рисунок…
И, может быть, даже про обнаженную натуру…
Хотя, она же сама сказала, что художница…
А для художника, будь он…
Она – даже художницей, обнаженная натура, дело, несомненно святое и…
Совершенно необходимое…
А раз уж святое и необходимое…
То стало быть, говорить о нем можно и нужно…
Несмотря даже на маленький возраст художницы…
Так что разговор, начался. Без всякого сомнения….
И. моя собеседница, судя по всему наиболее бойкая из учениц художественниц…
По имени Аня…
Не просто – поддержала его, но и., казалось бы, искренне погрузилась в него…
Тем более,
Я выглядел совсем не праздно любопытствующим, но реально заинтересованным и….
И, много знающими….
А Аня…
Аня, судя по всему была истиной художницей, болеющей и переживающей за свое искусство….
И, вовсе не отрицающей, важности для этого искусства, академического рисунка…
Которым они открыто и очень много, занимаются прямо у себя…
На занятиях, в школе….
А вот, обнаженная натура…
Аня чуть смутилась, но ярко преодолела свое смущение…
Давая ясно понять, что искусство для нее куда важнее обнаженного тела….
И, начала свой рассказ, в ожидании погранконтроля…
- Ну. В общем, - рассказывала он….
- Конечно, в школе…
- Обнаженную натуру нам не преподают…
- Разве что с классических…
- Античных статуй…
- Это да…, - она говорила. Преодолевая свое смущение, но понимая….
Что смущение – это, излишне. Поскольку мешает её яркому проявлению, как художницы…
- Однако, - Аня попыталась объяснить свой внутренний диссонанс…
- Однако, все как-то, так…
На статуях-то…
Они у нам маленькие, не в рост, конечно же…
- Ну и тут, преподаватели, как-то, не очень…
- Поверхностно, без анатомии тела, в общем-то…
- Без его оттенков и тонкостей…
Так, что, мы…
Аня собралась с силами, и стала рассказывать. Что-то. По-настоящему интересное…
Из того, что. Видимо, на самом деле было её тайной…
Не сокровенной может быть, но явно такой, какую она не рассказала бы, все подряд…
Кому попало…
Да и из тех…
Кто, не кто попало…
Она рассказала бы это, не всем…
Вообще, не знаю, кому бы она это рассказал…
Кроме своих подруг, с которыми они и устраивали, такие вот – приключения…
Впрочем, в начале о том, какие там…
Приключения…
- Мы…, - Аня продолжала…
-Мы, по пятницам вот…, - она смотрела на меня как-то заговорщически и многозначаще…
Хотя. Я не понимал ещё конечно…
Что в этом особенного-то…
- По пятницам…
- Когда дома, родителей ещё нет…
- Никого, - снова добавление выглядело крайне многозначащим и…
Может быть, даже таинственным…
- И мы, - как и все девчонки, она любила перечислять своих подруг…
Которые учувствовали в чем-то…
Этаком…
Почти – запретном…
Может быть, для обозначения большей сопричастности и бесстрашия…
А может быть. Для того. Что кроме них самих…
Все равно не сможет понять….
- Ну там ещё…
- Катя…
- Лена, Таня…
- Янка ещё…
- Ну, в обще, - перечисление показалось ей, если не исчерпывающим, то достаточно внушительным…
- Так вот, - многозначительность Ани. На этот раз, зашкаливала уже куда-то, сквозь все возможные ограничители…
Как самая настоящая и истинная художница…
Одновременно она была и юной. Провинциальной девушкой – девочкой.
Которая, конечно же не могла не стесняться того, что было в её дальнейшем рассказе..
И – это странное противоречием, борьбы творчества и естественного, и очень здорового. Чистого как слеза – консерватизма…
Сразу же было для этого рассказа, главной изюминкой…
С которой, вообще мало бы что могло сравниться…
В этом мире…
- Ну еще…
- Ещё, с нами иногда ходил, Павлик…, - она потупилась…
- Мальчик, он почти – старший…
- Но с девочками нашими, был за одно…
- Ну, так и чего же вы делали то там? – спросил я, тоже несколько заинтригованным рассказом Ани…
Понимаю, конечно, что все это…
Было связанно с их художествами…
Точнее, с художественными амбициями, которые читались в моей собеседнице, совершенно отчетливо….
- Ну. Мы там, - говорила моя собеседница…
- Проводили, уроки обнаженной…. – Аня снова потупилась…
Но, потом уже снова отчаянно, как будто в прорубь, бесповоротно, добавили…
- Обнаженной натуры…, - Аня, наконец, нашла что-то из того, что как будто бы специально выискивала для меня в своем альбоме…
На страничке в нем…
Была изображена, развитая и. соблазнительная…
Но, явно – девочка…
- Вот, - она показывала рисунок мне, но одновременно пыталась прикрыть его неловко….
Руками…
И, даже распустила волосы, расстегнув простую, девчоночью заколку…
- Бумс, - сказала она, предварив падение этого аксессуара, который выпал из её рук…
Позволив использовать красивые, длинные волосы, в качестве вуали
Раскинув её, над обнаженным рисунком….
- Это как же вы проводите-то? – снова заговорил я….
- Занятия то свои…
- Обнаженные?
- По фото. Что ли?
- Иногда, - отвечала Аня…
- Иногда, да по фото…
- Но. Чаще…
- По очереди, кто-то у нас, выступает…
- Как натурщица…, - добавила она, понимая, что это вполне себе волнует уже совершенно по-другому…
- Вот это, - она как-то хитро, мельком, убрала с обнаженного рисунка вуаль своих волос…
- Вот это, когда нам. «Яна – позировала», - сказала она, снова накидывая на изображение своей голой подруги…
Свои волосы, как настоящий плаще леди Годивы…
- Яна, - негромко и. как-то акцентирована крикнула Аня, старясь своим зовом, судя по всему….
Привлечь внимание. Кого-то…
В соседнем купе…
- Яна, - снова, уже громче, добавила она…
- Что тебе, Анюта, - голос, раздавшийся из купе…
Принадлежал другой…
По, голосу, я бы и не сказа уже, что, девочке…
Может уже…
Девушки, повзрослей….
- Так что, надо-то? – снова сказала, видимо Яна, к которой обращалась Анна...
- Ну я тут. Рассказываю. – заговорила снова Анна…
- Как мы, занимаемся…
- Вместе. Обнаженной натурой….
- Да, - девушка из соседнего купе отвечала уже практически совсем без смущения…
- А как, занимаемся….
- Собираемся, где-то, на «вписке», Яна отвечала, используя молодежный сленг…
Который я сам-то.
Понимал с досочным трудом…
Понимая, конечно же.
В общих чертах, что на «вписке», это «по-современному».
На хате…
- И, занимаемся…, - продолжила Яна…
- Да, - заговорила Аня, несколько более смущенно, поскольку ответ Яны, казался ей, уже излишне громким,
А. от того – откровенным…
Хотя никакой – откровенности на данный момент, он собой и не представлял….
- Ну.
Просто же…
- Иногда. Катя раздевается, как модель…
- иногда, Таня…
Иногда, я – Аня, потупилась…
- Мы, правда, до купальника, только. – добавила она…
- А Яна вот, - Аня снова убрала вуаль своих длинных волос с обнаженного рисунка…
- Яна, вот – сосем раздевается…
- До гола, - закончила свой короткий спич, Аня…
- Совсем, до гола? – спросил я….
Ощущая чудное смущение своей собеседницы….
Которая становилась чуть розоватой.
Окрашиваясь в какой-то удивительный цвет одновременного смущения и…
Нет, не желания конечно…
Не желания, конечного, такого. Как его может представить человек взрослый…
Но, желания, совершенно другого…
Детского желания, представлять себя, взрослой…
Даже, может быть. Более взрослой…
Чем сами взрослые…
Которые, хотя и сами взрослые, но им не доступной той взрослости…
Какую имеют их дети…
Чем-то захваченные, по-настоящему…
Увлеченными и мотивированными…
Только так, как могут быть увлечены и мотивированны, только….
Нет, не дети…
Но, подростки, которые уже могут представлять себя в жизни…
Представлять себя в полной мере…
Представлять себя, прочно занимающих в жизни свое место…
Которое открывает для них.
Необыкновенную широту….
Необыкновенную, зато совершенно не тривиальную…
Не материальную, но чудесную…
Которая если и может быть где-то…
То только, в сказке…
Такой сказке, какой была для нас – удивительная Золушка…
Написанная Шварцем…
И, сыгранная Яниной Жеймо…
Яниной…
То есть тоже – Яной…
Яной, такой же. Как и та Яна, которая кричала нам. Откуда-то. Из соседнего купе…
Яной, которая голой была нарисована.
В альбоме…
И, теперь, представлялась мне, совершенно другой…
Какой-то не такой…
Такой же, как и юная художница Аня…
Целеустремлённой, и уверенной в том, что она и…
Только она, непременно – самая лучшая…
Такая лучшая, что кто же ещё в принципе, может быть, лучше её не может быть…
Никого. В принципе…
Так что…
Она, перевернула страничку своего альбома….
Открыв передо мной, на этот раз…
Ещё одну, голую девушку – девочку…
Которой на этот раз – несомненно, была она сама.
И тоже…
Она судя по всему, так же учавствуя в параде натурщиц…
Следуя примеру своей подруги – Яны…
Сняла с себя – всё…
Во всяком случае, я присмотревшись к рисунку особо внимательно…
Увидел в нем много, чего явно нельзя было увидеть художнику…
Перед которым представала бы натурщица…
Не полностью обнаженная, голая. Скрывшее что-то, что она сочла совсем недоступным для того…
Чтобы показать…
Что-то такого, что натурщица не сочла возможным подарить и доверить…
Своему Мастеру…
И от чего, Мастер так и не смог отрыть. Что-то самое важное…
Исконное в его мастерстве…
Такое, что просто не было разбужено…
Или, обиделось в Мастере, в ответ на недоверие, к нему самому...
Проявленное, случайно или выраженно натурщицей…
Которое скрыв что-то, сочла, что она…
Несомненно – понимает то, что нужно Мастеру…
Куда лучше – его самого…
И вот это правление лучшего понимания
Выключает что-то, из понимания и проявления мастерства – Мастера…
И это, конечно же…
- Да…, - заговорила вновь Аня…
- Да, я снимала с себя все…
- Коме сережек и колечек…
- Совсем всё…
- Как и Яна….
- И все остальные….
- После этого, так же, стали снимать все,
- Оставаясь совершенно голыми…
Так, что теперь уже…
- Мы могли прорисовать на них не только каждую складочку…
- Но даже. Каждый волосок…
- Каждый пупырышек на коже…, - сказала она, смело открывая передо мной своё обнаженное изображение…
На котором действительно читались и волосики…
Там, где в принципе они читались на теле девочки…
Как будто бы, совсем не настоящие…
Какие-то, не такие…
Но, они были.
И, были видны так ясно и уместно…
Как были бы нарисованы автором, только с натуры…
Настоящей, обнаженной, голой натуры…
Натуры, которая вроде бы не собиралась экономить на себе…
Но, отдавалась вся – и полностью…
Так, как может отдаваться позированию…
Только та, которая верит в необходимость своей обнаженности…
Которую не может заменить некая условность…
В которой натура, скрывает что-то, пусть условно…
Пусть не намеренно, но, не открывая себя всю…
Скрывая что-то…
Что могло бы оказываться важным…
А может быть, было бы и совсем, не важным…
Но, обозначало доверие…
Или, в глубине, сохраняло, недоверие…
Отдавая, каждую черточку или складочку, тела натуры…
Или же…
Не, отдавая себя всю…
Как будто бы – экономя, на своей обнаженности…
Интересно, рассматриваю этот рисунок своей юной собеседницы…
Мне в голову, пришло именно такое сравнение…
Просто потому видимо…
Что эти девочки…
Аня и её подруги…
В своих опытах, вовсе не предполагали на чем-то экономить…
Может быть, потому, что сами на себе могли увидеть и проверить разницу того…
Как отображается на рисунке, эта самая экономия…
Наша беседа с Аней…
Как будто бы уже начала заканчиваться…
Поскольку, ну сколько же вообще можно разговаривать. Про обнаженную натуру с юной….
Девочкой…
Пожалуй, …
Пожалуй, уже сейчас это начало уходить, куда-то за грань…
Которую я, вовсе не собирался переступать…
Просто, уже осознав всё, что хотел, собственно…
И, главное, то, что…
Я осознал важность полного обнажения…
В котором художник только и может найти свое вдохновение и…
Свою идею…
Без которой, никакое произведение просто не сможет стать законченным…
И, одновременно, оно будет закончено…
Если натурщица…
Будет щедра в отношении к своему художнику…
Наша беседа – заканчивалась…
А я…
Я, уже позже, когда добрался до Кёнигсберга и возобновил свои прогулки…
Которые когда-то, были непременным условием моего бытия здесь…
И я…
Прогулялся на этот раз…
По проспекту Мира…
Не по той стороне, где кинотеатр «Заря…
Но, по той, где Зоопарк…
А, возле Зоопарка, само собой…
Была художественная школа…
В которой и учились, наверное, мои дорожные собеседницы…
Анна и Яна…
Занимавшиеся уроками обнаженной натуры, со своими подругами…
Раздеваясь при этом по очереди, до гола…
Когда приходила их очередь выступать моделями для всех остальных…
И, раздевались до гола при этом – полностью…
Оставаясь щедро и бескорыстно…
Совсем без ничего…
И теперь…
Теперь, я не представлял собственно того, что я хотел бы увидеть…
Во время этого моего, в общем-то случайного прохода…
Ведь увидеть девочек, даже мельком, я не предполагал…
А, если бы и увидел, то непременно, постарался бы укрыться от них, чтобы не смущаться самому…
И, ни в коем случае, не попытаться ввести в смущение…
Девочек…
Ну, в общем-то я их, и не увидел…
Однако, сам вид школы, в которой они занимались художествами…
И, в которой они приняли свои решения, обнажаться самостоятельно.
Для своих уроков, обнаженной натуры…
Как-то странно и необычно…
Воодушевил меня,
- Надо же, думал я, - здесь бывают несколько человек…
Которые искренне преданы искусству и готовы, для того, чтобы творить свои произведения….
Идти на что-то…
Что, в общем-то их делать никто не заставляет…
И, не обязывает…
И что они, делают сами и по доброй воле, понимая, что это важно для них…
Как для творцов истинных…
Напитанных самим духом творчества….
И это, ну как же это здорово, на самом деле...
Просто – волшебно…
И это, оказывается, заметно…
Особенно заметно, сейчас…
Когда весна 20…
Выдалась, какой-то, особенно, не такой…
Весну все ждали, особенно я…
Скорее, я был уверен в том, что до наступления весны, я не смогу оправится, от тяжелого приступа…
Какой-то соматической хандры…
Которая навалилась на меня, в конце февраля…
И, надо же, я уже был вполне готов к наступлению весны…
Здоров, и даже вполне состоятелен, поскольку, к этому времени, думал ещё, что даже – заработал не плохо…
Хотя…
Работа у меня, конечно же, странная…
Странная, поскольку, я пишу, пишу, и за это – получаю деньги, от заказчиков…
А в это время, в конце зимы, наиболее часто, заказчики, всякие там студенты и аспиранты…
Заказывающие усиленно выполнение каких-то своих, учебных и научных работ…
При этом…
Конечно же, уже давно появились у нас, такие организации,
Которые собирают такие заказы, используя сайты и рекламируя широко их…
Забирая почти всех таких клиентов – себе…
И, резко снижая цены, на такого рода работы, поскольку менеджеры и, в основном, менеджерихи таких компании…
Так же, нуждаются в доходах…
И, всеми силами стараются, привлечь как можно больше заказчиков…
И – заплатить, как можно меньше, авторам, которые такие работы напишут…
Такое вот, странное противостояние….
Появляются в таких конторах постоянно…
И, чаще всего, происходят, как-то, по-новому…
Ведь, если на стране последних, сила организации и, опыт маркетинговой науки…
То, на стороне авторов, сильный…
Хотя, практически никак не организованный интеллект….
Который, не позволяет этим самым менеджерам, обманывать себя…
Так и качается эта не очень-то естественная вражда…
От одного, к видимому «успеху» другого…
И, от бесполезности, так достигнутого успеха…
К неизбежности того, что без автора, все-таки – никак не обойтись…
А автор, как обозленный и творчески независимый индивид…
Никак не желает трудиться на благо менеджерского процветания…
И, в этом тупике, по-видимому….
Рождаются на самом деле неизбежные магические силы…
Которые культивируя подобное подобным…
Реально могут сотворить что угодно, даже с космогоническим движением планет и звёзд…
Не то, что с погодой, и с наступлением весны…
Нак каком-то, отдельно взятом геоиде…
Который мы по привычке. Считаем родным и…
Называем – Землей…
Так что…
Так что, такая вот, странная весна 20… года…
И, была вызвана, именно таким противостоянием…
Хотя, кто-то может считать все это – просто, метеорологической аномалией…
Которые хотя и не честно…
Но случаются, с погодой, и даже, с климатом…
И это, производит почему-то на всех, самое яркое впечатлении…
Вот и я.
В это время, просыпаясь, в своей комнате. На Бестужевкой улице…
Снова смотрел на все тот же и тот же, снег…
Который, утром просто утомлял и угнетал меня, своей монотонностью неизбежной бесконечности…
А днем, когда над горизонтом, не всегда, но часто, яркое солнце…
Он, дико б ликовал, уподобляясь, какому-то невиданному огню…
Огню ледяного, страшно холодного Коцита…
Девятого круга, не такого уж и страшного, на самого настоящего ада, описанного Данте…
Ведомого вниз, туда, где Люциферов огонь…
Обретал своё истинное лицо…
Лицо, в котором адское пламя, обретало облик неимоверного холода…
Холода и огня, бесконечного, как сама бесконечность…
Вечность, собранная из кусочков блестящего льда…
Которая заставляла сложить Снежная Королева, своего пленника Кая…
В обмен. На быстрые и такие же холодные – коньки…
Почему-то, каждое утро, снег, лежащий за окном, будил во мне, именно эти ассоциации…
А, снег б ликующий каждым кристалликом своей холодно-бесконечной структуры…
И пропускаемый, каждой гранью бесконечности…
Для того, чтобы все сильнее и сильнее, нагрузить мой несчастные глаза…
Которые теперь уже, кажется не могли смотреть.
На этот холодный…
Этот бесконечно яркий, ледяной огонь…
Который я по аналогии с Дантовым озером – Коцит…
Не иначе, как вспышкой Огня Люцифера…
И тогда, как раз, я понял, как будто, что выздороветь…
Как то вырваться из своего приступа, я смогу только, после того, как наступит весна…
И, снег, за окном моего дома…
Перестанет разгораться каждый день…
Все новыми и новыми вспышками…
Страшного Огня…
Люцифера…
И, это, как раз после этого осознания, как будто бы совершенно не могло произойти…
Несомненно, моё странное состояние стало причиной…
Этой на удивление холодной, почти что мучительной весны…
Которая, несмотря на все свои старание…
Всё, приложенное мастерство…
И, использование всех магических сил…
Натыкались, на ответные действия зимы, которая не уступала в весне своими магическими силами,
А моя слабеть, и естественное желание прекращения этой борьбы, как будто бы придавала…
Сил и мотивации…
Упорно бесконечной – зиме…
Тогда, как раз, моя старая знакомая, Катя…
Предложила мне позаниматься.
Точнее, дать свои уроки творчества, её сыну – Леше…
Который, несомненно был мальчишкой добрым…
Открытым и сердечным…
Оставаясь, при этом ребёнком, как это принято называть сейчас…
Альтернативно одаренным…
Не признанный этим миром «за равного» …
И, от того, представившегося мне…
Как раз, Иваном Бездомным, который предстал перед Мастером пациентом сумасшедшего дома, доктора Стравинского…
И, которого Мастер, сам признанный сумасшедшим, взял себе в ученики…
Что называется, в подмастерья…
Убедив того, не писать – плохих стихов…
И, если он не может писать других, то значит и просто,
Не писать никаких…
И, смог уверить того, продолжить Роман Мастера…
Который к тому времени, он решил прекратить писать…
И вот – сумасшедший и отказавшийся от писательства – Иван…
Написал…
Тот самый роман, который теперь…
Все знают, как «Мастер и Маргарита» …
Но, ведь это же два романа…
И тот. Который про Иешуа Га Ноцри, Матфея и Понтия Пилата…
Как раз и написан, самим Мастером…
А все то, что про Москву 20-х годов…
Нехорошую квартиру, и про бал Станы – Воланда…
Это написал, уполномоченный Мастером. Иван Понырев…
То есть, переставший писать плохие стиха – Ваня Бездомный…
Ну, а поскольку других стихов, кроме плохих, писать он, не умел…
То, и занялся преподаванием курса литературы в университете…
Дописывая, как-то незаметно и без излишней помпы – роман Мастера…
Совершенно вроде бы не заботясь, даже о гонораре или о славе мирской…
Которой, вроде бы и мог достигнуть…
Но, совершенно не думал о ней…
Как раз видимо и те самые девчонки их Художественной школы у зоопарка…
Которые, вовсе не афишируя этого, но…
Просто возжелав достигнуть высокого уровню мастерства…
Проводили, где-то на дому, когда родителей не было дома…
Уроки обнаженной натуры, и, представая друг для друга моделями…
По очереди…
И, в этом было именно что-то, от такого творческого бескорыстия, когда кто-то…
Кому Мастер доверил крупицу своего Творчества….
Окунается безоглядно, в свое творчество, зачастую не ожидая более никаких наград или даже признания…
Но, просто, отыскивая, чего-то…
Что они и сами, не знают, двигаясь наугад.
Как будто бы на ощупь…
Полагаясь на какие-то озарения и всплески…
Ища и оберегая, наступление своего Часа композиции…
Который, может не наступать, как будто назло…
А может, и наступив…
Разочаровать своего носителя…
Который, как будто бы, вцепляется в его ускользающую плоть…
Оставляющее Час композиций…
Сползая с него…
Как старая шкура змеи, сползает, с уже выросшего тела змеи…
И тут тоже…
Природа, Бог…
Вовсе не собирается экономить на том, что вроде бы, как экономнее было бы сделать шкуру змеи…
Растягивающейся…
Но, Бог не допускает здесь никаких оптимизации…
Змея, продолжив свой рост, должна сменить свою шкуру…
А человек…
Переживший свой Час композиции, чтобы когда-то ощутить новый…
Должен вот сейчас…
Взять, и самостоятельно выползти из него…
Оставляя небытию такую привычную…
Уютную, и кажущуюся так надежной, оболочку…
Вообще, это противоречие в жизни, представляется самым неразрешимым…
Поскольку оно создается и изощренно культивируется самим собой…
Так же, как и мучения не Дантова ада…
Ада, в котором этот Ад…
Не местность с несколько жарким климатом…
Но, непосредственно – твое же внутреннее сознание…
Которое ты сам можешь извратить каким угодно способом…
И, который мы так недавно посетили с Гигпандион, по имени Гигпандион…
Теперь же, мы пробуем подумать над тем…
Как человек, пытается сам создать для себя, некоторый Рай….
Точнее, даже не создать, но удержать его…
Сохранить хотя бы частицу того озарения…
Которое пришло к нему, в виде Часа Композиции…
Часа, который он с таким трудом создал для себя…
И, который, не может не то что сохранить в озарении…
Но, вынужден сам отказаться от него…
Выползая из Него…
Как змея, выползает из своей шкуры, которая стала ей, почему-то мала…
Мала, и теперь…
Вначале вызывает неудобства…
Которые постепенно, но уверенно…
Перетекают в мучения…
Мучения, которые, были так недавно истинным представлением о счастье…
И это….
Несомненно, новые и особо изощренные формы мучений,
Поскольку отказ от Рая…
Рая, непостоянного, временного и несовершенного, каким и является Час композиции…
Все таки представляет собой…
Особую изощренность…
Выстроенную особо….
Именно так, как может быть выстроено, принятие неочевидного решения….
В условиях богатого выбора…
Ведь этот выбор, предполагает, по-моему, не выбор по-настоящему лучшего…
Но, в первую очередь…
Сознательный отказ от хорошего…
То есть…
Этот выбор сопряжен с мучительностью.
ПОГОНЩИК ГИГПАНДЫ…12
И эта мучительность, сопровождает меня всегда, с достаточно раннего возраста…
И вот сейчас…
Когда я стал ПОГОНЩИКОМ ГИГПАНДЫ…
Я продолжил свой побег, из состояния…
Мучительности от выбора…
Превращался для меня в постоянный и последовательный поиск предопределённости….
При том, что и сам по себе такой поиск….
Всгда сам по себе сопряжен с массой трудностей и проблем…
Которые также трудно было бы назвать, чем-то…
Не то чтобы даже – очевидным…
Но кране и вычурно сложным…
Поскольку и этот поиск предполагает множество различных и прямо противоположных альтернатив…
Изначальную формулировку и перебор сотен,
Даже тысяч альтернатив, каждая из которых наполнено часто в корне противоположными по смыслу и порядку размышлений и действий альтернатив…
Которые перед началом действия и даже мысли…
Следует тщательно перебрать…
Приняв для использования и применения…
Что представилось когда-то благоприятным…
И, впоследствии же, уже стараться придерживаться именно этого порядка…
Зная же этот порядок, и твердо установив его…
Я, каждый день, пытаюсь не просто поддерживать его…
Но, постоянно выполнить всё….
Что требует от меня день…
Помолиться, два раза…
Так же два раза – заняться физическими упражнениями, как было мной принято….
Гантелями, наклонами…
Было время, когда я столь же ревностно заменял наклоны на приседания или уголок из положения лежа…
Иногда, также пытался переходить на исихазм…
И произнести молитву, в ходе выполнения какого-то из обязательных упражнений…
Заполнить и опубликовать несколько страниц своей книги…
Которая практически уже три года, до 6 апреля. 2018. С 6 апреля 2014….
Была той или иной интерпретацией НОВОПРОВИНЦИАЛА…
Который я писал сперва без каких-то объемов…
Но позже, перещёлк на 4 страницы в день…
Потом на две…
Поскольку 4 страницы уже казалось неимоверно много….
А потом, и те 2 страницы, которые я с упорством одержимого, продолжал писать так же – ежедневно…
Казали часто, нагрузкой неимоверной…
А потому, очень радовали периоды, когда эта самая нагрузка – пропадала, уходя куда-то в прошлое…
И, случалось это, в случае, когда я нападал на сюжет, что ли…
Который. Некоторое время, укладывался в словесный порядок…
Легко и непринужденно…
Даже вызывая интерес и легкое….
Желаемое восприятие, со стороны нескольких читателей, которым я неизменно и ежедневно….
Слать эти самые, ежедневные отрывки…
Но как же это становилось мучительно…
Когда пойманная было сюжетно-повествовательная мысль…
Подходила к концу…
