Снова с колонной до Чарикара.
Холодные горы Гиндукуша Афгана.
Ржавая пыль Гульбахора, Герата.
Серые будни танкистов с Хинджана.
Снова с колонной до Чарикара.
Танки пыхтят серпантин пред тобою.
Сзади колонна идет за спиною.
Вот и последний пост, Ласточкин домик.
Дальше по ходу слева лишь пропасть.
Справа стена хребтов Гиндукуша.
Нитка прижалась, скалы утюжа.
Нет остановок, лишь смерть кругом кружит.
Танки рычат и ползут неуклюже.
Сжат автомат рукой равнодушно.
Дремлет в руке он тихонько, послушно.
Тело привычно прижалось к броне.
Уши на связи, глаза на войне.
Вот белоснежные горные пики.
Вот и туннель и проход уж открытый.
Быстро антенны колено снимаем.
Мины ловушки поймать не желая.
Спуск по шустрей, бежит техника с горки.
Но напряжение растет не возможно.
Сбоку, внизу одни рваные раны.
Обломки машин, и от танка лишь рама.
Что ж добрались, Чарикара зеленка.
Дальше блок пост и поспать всем немножко.
Спят Шурави на перине железной.
С детской улыбкой час, два безмятежно.
Снова рассвет, ржавого утро.
Снова колонны потянется нитка.
Кто-то уйдет на Газни и Герат.
Танки обратно. Уйдут на Саланг.
