Серый волк с белой отметиной

Конкурсное

 

Митрич как обычно совершал обход своего участка. Это стало уже привычкой, он не просто любил свою работу, это была его жизнь, его мировоззрение. За 25 лет он изучил каждый кустик, каждое дерево, знал «в лицо» обитателей леса, их нужды и тревоги. Последней «тревогой» Митрич считал невесть откуда взявшегося браконьера. В лесу появились капканы. Кто-то ставил их с завидным постоянством, умело; видно было, что неизвестный, зная повадки зверей, безошибочно подбирал и устанавливал приманки.

Вот и сегодня Митрич увидел в заповеднике капкан. В него попал молодой волк, красивый, с белой отметиной на груди. Лапа зверя была покалечена, он пытался выбраться, но бесполезно. Старый волк наверняка уже отгрыз бы себе лапу, такое случалось до того, как лес объявили заповедником, но молодой волк безуспешно сражался с капканом, ещё сильнее травмируя лапу.

Митрич связал волка, который, до последнего сражаясь за свою жизнь, был отчаянно агрессивным. Потом освободил лапу и определил, что кость не сломана, великоват оказался капкан для молодняка, но рваная рана была, конечно, болезненной. Нужные медикаменты Митрич носил всегда с собой, он обработал и перевязал лапу, а потом развязал узлы стягивающей верёвки и отошёл. Волк несколько минут лежал неподвижно, словно не верил в освобождение, потом вскочил и побежал, слегка прихрамывая.

Очень скоро Митрич нашёл браконьера. Точнее, его поймали на рынке, когда он пытался продать шкуру рыси – это животное в Красной книге, и одного из милиционеров заинтересовало происхождение «коврика» из натурального меха. Браконьера судили, очень скоро он уехал, вероятно, пытаясь скрыться от наложенных судом «алиментов» за уничтожение охраняемых животных.

*

Прошло четыре года. Митрич решил отремонтировать кормушки для лосей и других травоядных заповедника. Зима за неделю завалила лес снегом, он пробирался на лыжах, привычные тропы были не видны. Прежде чем везти сено, которого он заготовил несколько стожков, он решил проложить путь для лошади. Добравшись до кормушек, Митрич стал подбивать местами оторванные жерди, и вдруг топор сорвался с топорища. Лезвие глубоко впилось в ногу ниже колена. Митрич решил достать топор из раны, и сумел это сделать, но перетягивая сверху раны ремень, чтобы избежать огромной потери крови, потерял сознание.

Практикант сельхозакадемии Андрей, направился в лес по следам Митрича. Он проспал после деревенских танцев и чувствовал себя немного виноватым. Дома Митрича уже не оказалось, но снег прекратился, и следы одинокого лыжника были отлично видны. Они вели в заповедник. Андрей тоже любил лес, и с наставником ему, он считал, повезло. За внешней грубоватостью и нелюдимостью Митрича скрывался настоящий знаток леса и его обитателей. Морозец был умеренный, и Андрей быстро добежал лыжнёй Митрича до кормушек. Они ещё вчера договорились вместе отремонтировать их.

Что-то остановило Андрея от выстрела, хотя, когда он увидел лежащих в снегу четырёх волков, схватился за ружьё. Они лежали вокруг... человека, положив на него морды. Пятый... склонился над ногой человека... на снегу алела кровь.

Андрей крикнул, волки посмотрели на него и быстро бросились бежать в лес, скрывшись в чаще. Подбежав, Андрей увидел Митрича. Тот был без сознания, рана на ноге тщательно зализана, кровь почти остановилась. Митрич был жив. Замёрзнуть ему не позволила семья волков. Они согревали егеря в течение почти трёх часов. И когда Андрей уже в больнице рассказал о белой отметине на груди волка, Митрич улыбаясь сказал: «Даже зверь добро помнит».