Голос
На выпускном балу веселились от всей души. Не обошлось, конечно, без традиционной официальной части, вручения аттестатов об окончании средней общеобразовательной школы. По счастью эта школа была гимназией с языковым уклоном и строгими порядками.
Директриса, седовласая, старорежимная приверженка традиционности в образовании, выступила с напутственной речью. Стас сидел вдали от матери, отца и всех остальных, в первом ряду. Он был в списке награжденных. С нетерпением ёрзая на кресле, постоянно оглядывался. Хотелось поскорее к Маринке, взять её за худенькую ладошку, почувствовать запах её тела, поправлять вечно спадающие с худеньких плеч бретели шелкового брючного костюма.
Пройдя через тернии экзаменационных процедур, он умудрился заработать медаль. Маринка, мать и отец были несказанно удивлены. Теперь ему было не так тоскливо раздумывать о поступлении в вуз. Предстоял один экзамен. Ну, это позднее, не сегодня…
Наконец, официоз был исчерпан. Стас устремился в ту сторону, где сидела Маринка. Он окликнул, и моментально повернулось личико, обрамленное копной волос, сложенных в аккуратную причёску с кудряшками и блестящими цветочками. Маринка была его одноклассницей, изящной и миленькой еврейкой из очень состоятельной семьи. Отец её владел сетью ресторанов. И Стас понимал, что по большому счёту они разные, она слегка меркантильна и амбициозна, а он – романтичный и мечтательный, доверчивый и открытый. Но тянуло друг к другу неудержимо…
Наконец-то, гудящая толпа ввалилась в банкетный зал, благо, что не пришлось никуда ехать. Всё действо происходило в стенах школы.
Расположились за родительским столом, по стеченью обстоятельств мать с отцом сидели напротив Маринкиного папы. Супруги давно были в разводе, и мать Маринки по каким-то причинам не пришла на выпускной. Все балагурили, танцевали межу тостами, шутили и обнимались. Такой сложный этап жизни пройден. Стас с Маринкой куда-то пропали…
Они стояли на крылечке запасного входа школы. Июньский вечер оказался на удивление теплым и не предвещал ничего дурного. Для них это были первые поцелуи, сладкие и бесконечно счастливые.
- Маринка, какая же ты стройная и красивая… И глаза твои горят словно звёзды.
- Это потому, что мне хорошо с тобой,- прошептала она, обвивая его шею тоненькими руками, для этого пришлось встать на цыпочки. Разница в росте, и ему пришлось наклониться, чтобы снова поцеловать её.
- Нам нужно вернуться хотя бы на полчаса, иначе нас будут искать, - он нежно взял Маринку за руку.
Она не сопротивлялась. Отец был очень строгим и бескомпромиссным. Разборок не хотелось. Их не хватились, застолье шло полным ходом, чередуясь с концертными номерами. Стас обожал классику: балет «Щелкунчик» Чайковского, «Кармен» Бизе, он фанател и от джаза, «Каравана» Дюка Элингтона… у Маринки были совсем другие вкусы, ей нравилась попса, «Ветер с моря дул» и прочая дребедень. В углу зала стояло старенькое пианино «Беларусь». Но звук был отличный, недавно настраивали.
Мать порывисто поднялась с места и громко предложила, заглушая ведущего:
- Стас, сыграй джазовую импровизацию, что-нибудь из Billie Holyday? На твоё усмотрение.
Кивнув головой, он посадил Маринку за столик, и направился к фортепиано. Зазвучала мелодия, то искристая, то туманная, то сумасшедшая, то задумчивая, гармония переплеталась в причудливые формы, его длинные пальцы быстро бегали по клавишам, создавая невообразимое чудо!
- Сам освоил музыкальную грамоту, в музыкальной школе не обучался, мы недооценили способности, - пояснила мать.
Руки устали и плавно приземлились на колени. Он встал и поклонился.
- И голос, наверное, у него есть? – спросил Маринкин папа.
- Не ахти какой, баритон, но пытается петь, берёт частные уроки.
А вы Мариночку не обучали игре на музыкальных инструментах?
- Нам это не нужно. Дохода никакого не принесёт. Так – трата времени и сил…
- А поступать куда она надумала?
- Пока никуда. Поедет к бабушке в Израиль. Мать её выходит замуж и уезжает на ПМЖ в Америку. У меня бизнес, некогда будет её контролировать, - возникла неловкая пауза в разговоре. Мать подумала о том, как отреагирует на эту новость Стас. Но не стала портить вечер, промолчала. Конечно он всё узнает, но это будет завтра, завтра будет день – будет пища, как говорят.
Маринка улетела в Тель-Авив, затем в Хайфу. Они не виделись десять лет. Стас отучился на архитектурно-строительном в университете, как хотели родные. Но потом всё-таки тяга к творчеству одержала верх. Он поступил в институт Музыки и Изобразительного искусства, получил красный диплом. Работал много и с увлечением. Появлялись периодически девушки, но как-то отношения не складывались. Он часто смотрел альбом фотографий выпускника, где были запечатлены все. Там Маринка написала рядом с фото: «Я буду помнить тебя всегда».
Она прилетела в Екатеринбург днём в пятницу, девятого сентября. Отец был, как всегда, на работе. Отдохнула, включила первый канал. Шло шоу «Голос». И вдруг она увидела его… Стас уверенно держался на сцене, был необыкновенно привлекателен. Он пел «Алилуя», голос был насыщенным и мягким, завораживал. На её глазах появились слёзы. Почему она ему ни разу не написала? А в мыслях крутилось: «Между нами Иордан»…
