Издать сборник стиховИздать сборник стихов

Это было плаванье сквозь туман...

Это было плаванье сквозь туман.
Я сидел в пустом корабельном баре,
пил свой кофе, листал роман;
было тихо, как на воздушном шаре,
и бутылок мерцал неподвижный ряд,
не привлекая взгляд.

Судно плыло в тумане. Туман был бел.
В свою очередь, бывшее также белым
судно (см. закон вытесненья тел)
в молоко угодившим казалось мелом,
и единственной черною вещью был
кофе, пока я пил.

Моря не было видно. В белесой мгле,
спеленавшей со всех нас сторон, абсурдным
было думать, что судно идет к земле —
если вообще это было судном,
а не сгустком тумана, как будто влил
кто в молоко белил.

1971 (?)


Разбор стихотворения классика «Бродский Иосиф» — «Это было плаванье сквозь туман...»

Анализ стихотворения «Это было плаванье сквозь туман...»

Стихотворение Иосифа Бродского «Это было плаванье сквозь туман...», написанное в 1971 году, является ярким примером его зрелой поэтики, где личное переживание кристаллизуется в метафизический образ. Это не столько описание морского путешествия, сколько экзистенциальное размышление о состоянии человека, потерянного во времени и пространстве, о границах между иллюзией и реальностью.

Композиция и сюжет. Стихотворение состоит из трех строф, каждая из которых развивает одну и ту же тему, но с нарастающей степенью абсурда и отчуждения. Первая строфа вводит нас в статичную, почти сюрреалистическую сцену: лирический герой в пустом баре. Вторая строфа усложняет картину, вводя закон физики («закон вытесненья тел») как метафору неразличимости. Третья строфа доводит сомнение до логического предела, где само существование корабля и движения к цели ставится под вопрос.

Основные темы и мотивы.

  • Тема отчуждения и изоляции. Герой находится в «пустом» баре, он один. Даже путешествие — это не столько движение, сколько пребывание в «молоке» тумана, которое стирает все границы. Это состояние абсолютной изоляции от мира («Моря не было видно»).
  • Мотив иллюзорности и небытия. Центральная метафора — туман, который делает всё неразличимым. Судно превращается в «сгусток тумана», а его движение — в абсурд. Корабль теряет свою материальность, становясь лишь частью этой белой субстанции.
  • Тема одиночества. Единственная «черная вещь» в белом мире — это чашка кофе, которую пьет герой. Этот контраст подчеркивает его личное, интимное присутствие в безличной, растворяющей всё среде.

Художественные особенности.

  • Цветопись. Весь мир стихотворения монохромен, построен на контрасте белого и черного. Белый цвет тумана, молока, мела, белых стен; черный — только кофе. Это создает эффект «ослепления» и стирания деталей.
  • Метафоры и сравнения. Стихотворение перенасыщено сюрреалистическими образами: «тихо, как на воздушном шаре», «судно... угодившим казалось мелом», «сгусток тумана». Бродский использует сравнения, которые не проясняют, а наоборот, погружают в состояние неопределенности.
  • Лирический сюжет. Сюжет развивается не событийно, а философски. От конкретной картины («я сидел... пил кофе») герой приходит к абсурдному умозаключению о невозможности самого движения. Это путь от эмпирики к метафизике.
  • Ирония и абсурд. Отсылка к «закону вытесненья тел» из физики звучит иронически: в тумане этот закон перестает работать, все «тела» сливаются в однородную массу. Абсурдным становится само желание плыть к земле.
  • Повелительное/вопросительное наклонение. Строка «если вообще это было судном» нарушает повествовательный строй, внося элемент философского сомнения.

Образ лирического героя. Лирический герой — это человек, наблюдающий за миром сквозь призму чистого сознания, «плывущий» в пустоте. Он единственный, кто сохраняет субъективность (черный кофе), но даже его существование ставится под сомнение. Он — часть этого «плаванья», которое оказывается движением в никуда.

Жанр и стиль. Стихотворение можно отнести к философской лирике с элементами сюрреализма. Стиль Бродского узнаваем: длинные, сложные строки, парадоксальные метафоры, прозаизация ритма, интеллектуальная насыщенность.


Рекомендации для прочтения:

Если вас затронула эта тема экзистенциального одиночества и растворения в реальности, рекомендую обратить внимание на стихи других авторов, исследующих схожие состояния:

  • Иосиф Бродский — «Осенний крик ястреба», «Вертумн» — эти стихи продолжают линию метафизического одиночества и отчуждения.
  • Осип Мандельштам — «Silentium», «Бессонница. Гомер. Тугие паруса...» — у него вы найдете подобное растворение мира в звуке и образе, а также ощущение потерянности в истории.
  • Николай Заболоцкий — «Метаморфозы», «Журавли» — его поэзия полна ощущения хрупкости бытия, где вещи теряют свои очертания, как в тумане.
  • Велимир Хлебников — «Заклятие смехом», «Бобэоби пелись губы...» — у него можно найти сходное стремление к уничтожению привычных границ языка и времени.
Читать подробный разбор ▾
Отзывы
28.04.2015
Это лучшее стихотворение в мире. Во всех мирах. Навсегда.
28.04.2015
А правда! Супер!))
Не согласен. Могу процитировать десятки блестящих возражений.
Solveyg30.04.2015
а вы отключИте критика!) просто послушайте... и сразу станет так хорошо...)
Было..было....был...было...не было ( хоть какое-то разнообразие)...и опять было. Далеко и ходить не надо. " Письма римскому другу": " Нынче ветрено и волны с перехлёстом..."
Solveyg02.05.2015
Вы не на "было-не было" смотрИте - смотрите на эту спираль - танец же! Танец из звуков и метафор. Восторг! Нет, Вы меня не убедили. Это самое великое стихотворение в мире)))
Если уж Вам так нравится глагол быть, есть Верлен: "Эта улица, город - как в призрачном сне, Это будет, а может быть, все это было: В смутный миг все так явственно вдруг проступило - Это солнце в туманной всплыло пелене. Это голос в лесу, это крик в океане. Это будет - причину нелепо искать, Пробужденье, рожденье опять и опять. Все как было, и только отчетливей грани: Эта улица, город - из давней мечты, Где шарманщики мелют мелодии танцев, Где пиликают скрипки в руках оборванцев, Где на стойках пивнушек мурлычут коты. Это будет, как смерть, неизбежно: и снова Будут щеки в потеках от сладостных слез, Будет хохот рыдающий, грохот колес, К новой смерти призывы, где каждое слово Так старо и мертво, как засохший цветок. Будет праздничный гомон народных гуляний, Вдовы, медные трубы, крестьянки, крестьяне, Толчея, городской разноликий поток, Шлюхи, следом юнцы, в пух и прах разодеты, И плешивые старцы, и всяческий сброд. Будут плыть над землею пары нечистот, И взмывать карнавальные будут ракеты. Это будет как только что прерванный сон, И опять сновиденья, виденья, миражи, Декорация та же, феерия та же, Лето, зелень и роя пчелиного звон."