Дела и жизнь неживших лицВоспоминанье небылиц Русская народная сказка в стихах. В осьми главах Глава перваяПохищение Проснулась шумная тревогаС восходом радостного дня…Стоят у царского чертогаЧетыре огненных коня.Из камня искры огневыеКопытом мещут жеребцы,Храпят и бьются; стремянныеИх крепко держат под уздцы.Красуясь пышным одеяньем,Сребром и золотом горя,С нетерпеливым ожиданьемТолпой придворные царя,Его сотрудники лихиеВ пирах, охоте и войне,Во всём равно передовые,Стоят на правой стороне.Налево легкий штат царицы:Прекрасный пол во всей красе;В одежде праздничной девицыВ сомкнутой длинной полосеКрасивой выстроились цепьюИ, засветив улыбкой взгляд,Как в бурю небо с водной степью,С противным строем говорят…Вот рать! брадою ЧернобогаПоклясться смело может свет,Что побежденных ею много,А победителя ей — нет! Выходит царь. Ему подводятЕго любимого коня,За ним жена и сын выходят,И дочь — ясней младого дня;Мила как юная Зимцерла,Она улыбкой всех дарит —И ряд зубов, белее перла,Глаза и души ворожит.Она заносит ножку в стремя —Не смея духа перевесть,Мужчин завистливое племяГлазами радо ножку съесть;Коня погладит ручкой ловкой —Всем ручка видится во сне;Шутя кивнет кому головкой —И взоры всех в той стороне;Посмотрит на кого сурово —Тот и печален и угрюм;Моргнет ли бровью, скажет слово —В тупик поставит самый ум. И наши деды знали толкЦенить поэзию правдиво:Был у Плениры целый полкРабов влюбленных — и не диво!..К нам по преданиям дошло,Переходя от деда к внуку,Что тот, презреньем ввержен в муку,Весь век страдал; того сожглоОдной улыбкой благосклонной;Тот, говорун неугомонный,От изумленья онемел,Когда ей в очи поглядел… Куда же едут царь с царицейИ с белолицей царь-девицей?Куда мужчин и женщин ратьСобралась их сопровождать?.. Царь, утомясь победной славой,Любил с зверьми вести войну,И как охота в старинуБыла и женскою забавой,То и царица с ним поройДелить в отъезжем поле травлюЛюбила. Здесь я точку ставлю.Пойдемте на поле со мной… Разнообразными толпамиСтаница воинов и жен,С бичами, копьями, стрелами,Пестреют в поле — шум и звон!Кругом раскинуты тенета,Зверей усердная гоньбаВсех утомила, как работа;Но ловля, травля и стрельбаИдут успешно: уж сразилиЛисицу, волка и хорька,Вдобавок в сети заманилиНедальновидного суркаИ пару зайцев затравили.Доволен царь. Своей рукойОн гладит мягкий пух лисицы;Остановился, ждет царицы.Она примчалася стрелой.Тогда с коней своих усталыхОни для отдыха сошли;Забыв охоту, к ним пришлиТолпы наездников удалыхИ в кубках меду принесли.Наполнен ковш шипучей влагой,И благотворная струя,Досыта жажду их поя,Дарит их силой и отвагой.Меж тем идет серьезный толкМежду придворными: кем волкПовержен был? кто на лисицуПоднял неробкую десницу?Кем загнан маленький сурокВ ему расставленный силок?Венец победы над лисицейПриписан был царю с царицей,И их же верная рукаСразила волка и хорька.Заслыша общее их мненье,Пришла царица в восхищенье,Царя державное челоУлыбкой ясной расцвело;Предложен тост за лов удачный,И вот уж пенистый фиалДо края кубки наполнял,И вот уж пьют… Вдруг тучей мрачнойНебесный лик заволокло,Как демон, с бешенством и свистомПронесся ветер в поле чистом,Шатер походный унесло,В руках ковшей как не бывало,С придворных шапки посрывало…Вдруг крик, и свист, и шум вдали,И стук копыт о грудь землиОни заслышали, — чему быТут удивляться им? в лесахВедь недостатка нет в лисах:То, знать царевна трубит в трубыИ с ратью гончих и девицГоняет по лесу лисиц.Но отчего-то на царицуВдруг страх напал, сам умный царь,Хоть никогда не трусил встарь,Тут от испуга рукавицуИз рук дрожащих уронил…Вдруг он коня поворотил,Махнул рукой и вскачь пустилсяТуда, где стук и крик носился,За ним царица и весь дворПомчались, едут: темный борПред ними стройным великаномПредстал преградою в путиИ, шевелимый ураганом,Как бы шептал им: «Не ходи!»Въезжают в лес: толпою теснойТам девы робкие стоят,На что-то пристально глядят;Меж них царевны лик небесныйУвидел царь: какой-то страхЗаметен был в ее очах.Он изумился. «Что-то худо!» —Кричит супруге — и стрелойЛетит к царевне молодой,Летит, летит — и видит чудо:Вдали клубится дым густой,В чепце из жаб, в змеиной шубе,Не на коне — в огромной ступе,Как сизо-белой пеленойОбвита сетью дымовой,Летит ужасная колдунья;Был только день до полнолунья, —А в это время, всякий знал,Что ведьмам праздник наставал.Пестом железным погонялаКолдунья ступу, как коня,Сквозь зубы что-то напевала,Клыками острыми звеня.На лбу по четверти морщина,А рот разодран до ушей,Огромны уши в пол-аршина,До груди волос из ноздрей,На месте глаз большие ямы,Затылок сгорблен, ноги прямы,На лбу огромные рога —Всё в этот миг их убедило,Что Баба старая ЯгаЗачем-то бор их посетила.И, в страхе все оторопев,Быстрее ратники пустилисьК толпе упавших духом дев.Но поздно — как ни торопились,Им изменили их кони,Хоть понуждали их они…С размаха ведьма налетелаНа рать несильных, робких жен,Их осмотрев со всех сторон,Царевне в очи посмотрела,Над ней как ворон пронеслась,Рукою в грудь ее впилась,Другой рукой за стан схватила,С собой на ступу посадилаИ прытче мысли унеслась…Всех прежде юный брат царевныПослал за хищницей стрелу,Потом сам царь, печальный, гневный,Послал другую. Мрак и мглуОпять сменило море света.Вдали виднелася она,Туманом пасмурным одета,И с ней несчастная княжна.Погоня страшная летелаВослед злодейке, уж чуть-чутьСтрела Булата не заделаЕе предательскую грудь,Но страшный (в) ступе пест железныйКолдунью спас над самой бездной.Она сильней им застучит —И диво — ступа побежит,Как лань, заслыша лай собаки;Она удары участит —И ступа летом полетитЧерез холмы и буераки…День целый гналися за ней,Всё отставали дале, далеИ наконец совсем отстали.Царевны нет!.. Царевна с ней!Тоскует царь. Сама себяЦарица в той беде винила:«Охоту пламенно любя,Не я ль и дочь к ней приучила,Не я ль ей первая далаПонять, что конь и что стрела?» —Так плачет грустная царица.«Где дочь, где солнце царь-девица?Где царства лучшая звезда,Любимый перл, куда, кудаОна так долго запропала?Ее уж нет! Ее укралаИз ада присланная тварь!» —Взывает так печальный царь.И в непритворном сокрушеньиОни рыдают день и ночь,Надежды нет увидеть дочь,Надежды нет ее спасенья!..Мгновенно царского несчастьяВесть по столице пронеслась,Слеза горячего участьяС глаз добрых подданных слилась,Они все искренне любилиЦаря и царскую семью,Под их правленьем мирно жили,Благословляя жизнь свою,Довольны мудрым их правленьем,И были тягостней своихНесчастья царские для них.Веселье общим сокрушеньемСменилось всюду; резвый смехИ кроткий мир покинул всех.Но кто найболее крушился,В чью грудь всех глубже и сильнейУдар нечаянный вонзилсяИ страшный след оставил в ней?Всех больше горевал Булат,Похищенной царевны брат.Он в тот же вечер в путь собрался,Царю торжественно поклялсяДомой не быть до той поры,Пока похищенной сестрыИз рук колдуньи не исхититИ за позор не отомстит;Святую клятву небо видит,И если кто ей изменит,Пускай оно того казнит…Ему два спутника судьбоюВ далеких странствиях даны:Охотно храбрые герои,Светан и Серп, утомленыОднообразьем жизни дворской,Направить путь к стране заморскойС ним согласились, дочь царяНайти усердием горя,С богатырями потягаться,На дев чужбины посмотреть,Победой громкой увенчатьсяИль так же громко умереть…Один решимостью и силойУж доказал, что был не трус,Его и бороду и усДавно седина серебрила.Другой — на утре лучших лет,Но уж знакомый с ратным боем,Не в шутку прозванный героем,Красавец, царства пышный цвет. Глава втораяО происхождении Яги и о прочем Готов день ясный закатиться;Три храбрых витязя верхомПо полю скачут — пыль клубится,И брызжут искры янтарем.Природа дремлет. В темной далиЧернеет лес. Они к нему,Но тут, загадкою уму,Им три распутия предстали.Который путь туда ведет,Где их царевну заточили,Кто угадает, кто поймет?Подумав так они решили:«Нас трое, три дороги тутВ три страны разные ведут, —Итак, обнимемся, простимся,Дорогу каждый изберем,И в страны разные помчимся,Авось царевну и найдем!..»Три храбрых витязя обнялись,Поклялись дружбой и расстались…Булат избрал середний путь.Луны не видно, в небе тучи,Кругом Булата лес дремучий;Булату грустно, ноет грудь, —Один!.. Но нашего герояНаутро ждет забава боя,И лучше нам печаль и ночьПрогнать скорей со сцены прочь.Вот утро. Люди, пробудитесь,Пора вам действовать, пора!Без остановки ехал витязьДремучим лесом до утра;Лес миновал; пред ним равнинаЛежит, роскошна как картина,Цветами пышно убрана,Благоуханий амброй нежной,Как райский сад, напоена.Невольно к думе безмятежнойСердца настраивает видПрироды юной и цветущей, —Булат заснул под пышной кущей.Но вот он встал, коня бодритИ снова скачет! Видит: в полеПасутся два коня на воле,Из-под седла, как из трубы,Выходят дымные столбы.Он едет дале. Видит: деваНакрепко за руки у древаСтоит привязана; стеня,Как бы о помощи взывает,Кого-то, в горести кляня,Своим злодеем называет.Булат долину в изумленьиОкинул из конца в конецИ ясно понял наконецПричину странного явленья…Со всею яростью врагов,Миримых лишь за дверью гроба,Дрались два витязя; их словПостигнуть смысл могла лишь злоба.Но ясно было, что ценойПобеды плачущая дева…Исполнен праведного гнева,С участьем к жертве молодой,Столь огорченной, неутешной,Младой Булат летит поспешноНа место битвы роковой.«Оставьте бой поносный свой,Мечей бесславить не дерзайте,Плод преступления вкуситьСебя мечтой не обольщайте!Должны прощенья вы проситьУ девы, вами оскорбленной,Или мой меч непосрамленныйЕе злодеям будет мстить!» —Воскликнул витязь, обнажаяКровавый меч; между собойВраги, сраженье забывая,К Булату кинулись стрелой.Один на двух Булат выходитТам, где так долг ему велит,И в чести силу он находит,Перун сам за него разит.Они сошлись. Удар удачныйПоверг на землю одного,Он захлебнулся кровью мрачной.Теперь один на одного…Не трусы оба, ловки, статны,Навострены мечи булатны,Кому же пасть, кому же жить,Кому кого похоронить?Кто будет гением сей битвы,В цветах победного венца,И за чью душу слать молитвыК престолу вечного творца? Видали ль вы, когда две тучиСтремятся в мутных небесахОдна к другой? Уж только шагИх делит; грянул гром могучий,Столкнулись плотно грудь о грудь:Одна рассеялась, другая,Свободно крылья расправляя,Проходит гордо спорный путь… Летят обломки их броней,Дождем из стали сыплют искры,Освирепелые как тигрыИ каждый сам себя сильней,С безумной храбростию обаДерутся; кровью обагренИ отвратителен как злобаБулатов враг; уж ранен он,Но страшно меч его сверкает.Под охраненьем крепких лат,Еще не ранен наш Булат,Но глубже броню пробиваетНа нем удалый меч врага.В бою минута дорога,Заплатишь жизнью за ошибку.В тот миг, как с радостной улыбкойБулатов враг заносит меч,Чтоб вмиг главу ему рассечь,Булат в подставленную шеюВонзает острый меч злодею.Стремглав сраженный враг упал:«Достоин быть мой победительЦаревны молодой властитель!» —Он прошептал — и жить престал… Хоть, по правилу, БулатаОставлять бы здесь не надо,А вести об нем лишь речь,Но должно на час пресечьНам об нем повествованье:Побуждает нас желаньеПовидаться час-другойС Бабой злобною Ягой…Злей она любого черта,Хоть какого хочешь сорта.Это, как и почему,Непонятно хоть уму,Но поистине правдиво.Только, видишь, вот в чем диво:Черт варил двенадцать баб(Он, вишь, был сердечком слаб,Был влюблен он в них по уши,Да надули, злые души!);Кипятком вода кипела,Вверх бросалась пена бела,А колдуньям нипочем,Черта дразнят языком,Улыбаются, хохочут,Чертов люд честной порочат,Брызнут пеной в сатануДа и спрячутся ко дну…Сатана чертовски злился,По-каковски ни бранился,Чуть со злости караулНе кричал. Вдруг как зевнул,Да закашлял: серный пламень,Медь, железо, глина, камень —Всё на баб, им всем назло,Повалилось, полило.Вмиг старухи призатихли.«Вот что вам за фигли-мигли!» —Закричал тут сатанаИ достал старух со дна.Стал разглядывать их молча:«Фи! Да сколько этто желчи,Злости, разных славных штук,Право, просто вон из рук!..Что сравнится с ихней злостью,Зло срослося с каждой костью,Это просто первый сорт,Ей-же-ей, как честный черт! —Наконец сказал он тихо… —Поступлю я с ними лихо;Ну, теперь дрожи весь мир,Будет нам тут вечный пир,Будем чаще вас тревожить…Знаю, как здесь зло умножить:Чтоб была позлее тварь,Все двенадцать этих харьЯ в одну соединяюИ такую сочиняюЗлую бабу, что онаБудет тот же сатана,То есть я, своей особой!»Тут он вываренной злобойНачал тело наливатьДа над ним что-то шептать.Вышла баба: оглянулась,Миру злобно улыбнуласьИ, лишь только на часокУвидала чертов рог,Прямо черта хвать по морде.Закипела радость в черте;«Будь мне старшая сестра,Ты, как вижу я, добра… —Сатана сказал и в щекуЧмок красотку краснооку… —Будь ты Бабою-Ягой,С костяной ходи ногой,Я тебя тотчас пристрою,Не давай людям покою,Да собьешь каких с пути,Верны счеты им веди…Как приблизишься ты к аду,Дам за всех тебе награду!»Тут исчез вдруг сатана…Вот теперь, я чай, яснаВам причина, по которойНи с ленивцем, ни с обжорой,Ни с разбойником онаБыть не может сравнена.Всех Яга превосходила,В ней вся дьявольская силаНаходилася в одной…Дни летели чередой.По чертовскому наказу,Не теряя даром часу,Зло она творила всем,Иногда кое за чемПриближалася и к аду,Получала там наградуИ опять заняться зломВ мир пускалася потом.Раз случайно, ради шутки,Забралась она на суткиК Тихомиру в царство, — тамСчета нет ее деламИ позорным, и бесстыдным,Человечеству обидным.Там царевну невзначай,Чтоб схватить хотя на чайС сатаны, она украла,У себя ее держала,Не пускала никуда,Запирала воротаНа замок, как уходила;А царевна всё грустила,Всё рыдала ночь и деньИ была бледна как тень…В одиночестве страдала,Как уйти, она не знала:Пятиглавый страшный ЗмейНаблюдал всегда за ней…Дом колдуньи был так страшен,По углам двенадцать башен,Ров кругом, и нет моста…Вся околица пуста,Тут нигде жилья не видно…Но хоть вчуже жить обидно,А уж всё, чем умирать,Лучше малость подождать,Не придет ли час спасенья,Или, может, сожаленьеНа Ягу вдруг нападетИ она ее снесет,Возвратит в родное царство…А колдуньино коварствоВсё росло. На целу ночьУлетала она прочь,Возвращалася с добычей.И такой у ней обычай:Угождай чем больше ей,Тем она всё злей да злей!Змей служил ей преусердно,Люд губил немилосердно,Приносил домой тела,А колдунья их брала,В разны твари превращалаИль варила и съедала… Глава третьяЦаревна Любана и царевич Спиридон Скоро сказка говорится,Да не скоро то творится,Что рассказывают в ней…Победив богатырей,Подошел Булат наш к древу,Отвязал младую деву,Потупил смущенный взорИ завел с ней разговор…«Я девица не простая(Так, Булата озирая,Начала она): мой род,Царством властвуя, живетИ богато и счастливо,Всех окольных царств на диво.Я дочь царская Любана,Надо мною слишком раноРазразилася беда.Я, беспечна, молода,Проживала беззаботно,Но судьбе было угодноНаказать меня: злодей —Царь соседний Федосей —Как-то раз меня увидел,Вдруг влюбился — и похитил.Был с отцом моим он враг,Не надеялся никак,Быв беднее всех в округе,Получить меня в супруги,Да и мне он не был люб,Потому что очень глуп…Он скакал без остановки,Не давал коню сноровки,Вдруг сегодня встречу намЗдесь попался царь Варлам.Он, как знала я, давненькоБыл влюблен в меня маленько…Лишь меня увидел он,Страшно сделался взбешен,Закричал, мечом захлопал,Страшно конь под ним затопал,Он с него тотчас сошел,Речь с противником завел,За меня с ним поругался.Впрочем, тот не испугался,Слез с усталого коня,Привязал скорей меня,И пошла у них потеха,Но мне было не до смеха:Беспокойна и грустна,Дум мучительных полна,Я стояла, чуть дышала,Смерть на помощь призывала,Чтоб спастися от беды,Вдруг явился, витязь, ты…»И она благодареньеЗа нежданное спасеньеТут Булату воздает…А Булат не узнаетСам себя от восхищеньяИ какого-то смущенья,Страстен взгляд его очей,Странен смысл его речей…Но томить я вас не стану:Он влюбляется в ЛюбануПросто-запросто и ейОбъясняется скорей,Без дальнейших прибауток,Как внушил ему рассудок.Тут Любана покраснела,На Булата посмотрелаИ влюбилася сама,Просто молвить, без ума.Решено было: согласьеНа взаимное их счастьеУ родителей просить…Жарко друг друга любитьПоклялись они до гробаИ пустилися в путь оба,Чтоб царевну отыскатьИ спокойней пироватьПосле свадьбу. Конь Варлама,Не сердитый, хоть упрямый,Был младой царевной взят,Посадил ее Булат;Он сказал было невесте,Что не худо б ехать вместе,Да, стыдлива и скромна,Заупрямилась она… Третий день они уж скачут,То надеются, то плачутО царевне молодой,Что украдена Ягой,Ждут с часу на час с ней встречи,И о ней лишь только речиМеж собой они ведут,Либо песенки поютПро любовну страсть друг к другуДа про скучную разлуку…День под вечер уж склонялся, —Конь Булата спотыкался, —Нет ни лесу, ни жилья,Всё песчанее земля.Ждут, не выедут ли в поле,Где б пустить коней по волеИ самим поотдохнуть:Утомил их долгий путь,Да известно, что и голод,Как ни будь себе тут молод,Всё не тетка, а скорейЛютой мачехи лютей,А они давно не ели:На пути нет даже ели,А не только что дерев,Чуть стоящих от плодов,Как бывало это прежде…Едут далее, в надеждеСтепь песчану миновать,Луг цветущий увидать,Но напрасно ожиданье…Солнце тмит свое сиянье,Вечер мрачный настает,Конь чем далее вперед,Тем песок всё глубже, глубже…«Эх, прости, создатель! глуп жеЯ, вернуться бы назад!» —Размышляет так Булат.А Любана без движенья,Словно некое виденье,На коне своем сидит,Ничего не говорит.В ней давно ослабла сила,И уздечку опустилаОт усталости рука…Сильно их гнетет тоска,Холод, голод и усталость:Камень тут взяла бы жалость!Но Булат не за себяПлакал, всей душой любяЧерноокую Любану,Он бы снес больнее рану,Лишь была б только онаОт беды сохранена… Уж кони едва ступали,Беспрестанно подымалиВверх песчаные столбы…Не уйти, знать, от судьбы!Ночь кругом, на что решиться?«Лучше нам остановиться,До рассвета подождать,Чтоб коней не потерять», —Говорит Булат Любане,Не заметивши в тумане,Что Любана чуть жива —Нет ответа на слова.Испугался он ужасноИ к царевне стал несчастнойГромко, жалобно взывать…Стало на небе светать,Он остатками настояЛил в лицо ей, громко воя,И, печальна и бледна,Вдруг опомнилась она;Стали думать о спасеньи,Тут завидел в отдаленьиПоле пышное Булат,Поскакал, сердечно рад,Он туда с больной Любаной.Вдруг, о ужас! словно пьяный,Пошатнулся в страхе он,Словно громом поражен:На него, в змеиной шубе,На своей огромной ступе,С дикой яростью врага,Баба кинулась Яга… Перед солнечным закатом,Распростившися с Булатом,Серп поехал на восток.Месяц по небу потек,Звезды в небе засверкали,Он всё ехал дале, дале,То надеждою живим,То отчаяньем томим.Про колдунью мыслил гневно,Думал встретиться с царевной,У врага ее отнять,С нею в царство прискакатьИ просить ее в награду.Он к коню забыл пощаду,Гнал без памяти его,Сам не зная для чего.Вот прошло уж трое суток,Стал грустить он, кроме шуток,Не встречая никого:Скука мучала его.Мучим тайною тревогой,Ехал он путем-дорогой.Вдруг однажды при рекеВидит город вдалеке —На пространстве необъятномОн, в величии нарядном,Красовался, процветал,Чем-то дивным поражал…«Что за диво, что за чудо!Побывать бы в нем не худо,Чтоб немного отдохнуть,А потом и снова в путь», —Серп подумал и помчался…Конь от жара задыхался,Он его всё боле гналИ в минуту доскакал.Город пышен, как столица,Всюду праздничные лица.«Что тут, праздник, что ль, какой?» —У красотки молодойНевзначай спросил проказникИ узнал, что точно праздник:У царя родился сын,Так сегодня день крестин…Серп не знал, за что приняться:Погодить иль в путь пускаться?И, решившись наконец,Поскакал он во дворец.Там с придворными съякшался,Разговорами занялся,Был прилично угощенИ к царю потом сведен.Царь был рад ему душевноИ с царицей да царевнойНу расспрашивать его:Прибыл к ним он для чего?Он сказал, что так, случайно,И открыл потом, за тайну,Что царевны молодой,Что похищена Ягой,Он с усердьем рабским ищетИ за ней по свету рыщет.«Отдохни немного, братец,Я вина хотя ушатецДля тебя поставить рад,Я сегодня тороват:У меня, вот видишь, диво,Жил доселе я счастливо,И во сне, и наяву,Но счастливей заживу:Сын третьеводни родился,А сегодня уж молилсяНа крестинах сам своих,Вот, брат, делаем каких!Это всё б еще не диво,Да растет он очень живо,Не по дням, а по часам,Посмотри, братец, хоть сам —Верно, скажешь: просто милка!»Тут велел он, чтоб кормилкаПринесла к нему дитя.Серп подумал, что шутяЦарь об нем разговорился,И немало удивился,Как увидел, что оноНе шутя говорено:Вдруг в покой дитя вбежалоИ раскланиваться стало,Завело об чем-то речь,Стало прутом кошку сечь.Серп не верил, чтоб малюткеБыло только трои сутки,Говорил, что лет уж пятьОн изволит проживать,Но, побывши с ним с полсуток,Стал уверен, кроме шуток,Потому что вдруг при немБольше стал он полвершком…Сила в нем была велика,Бегал он, как заяц дикой,Не по летам был умен,Назывался Спиридон. Глава четвертаяПревращения Любавы и любовная страсть Бабы-яги А-та-та, да а-ту-ту!Как во нашем во светуДива разные творятся:В чугунах змеи варятся,Леший ходит по лесам,Не дает покоя нам,Ведьмы ездят на ухвате,Черти скачут на лопате,От рассвета до зариБой ведут богатыри,Петухи между собоюТоже склонны очень к бою:Между всем, что лишь живет,Драка вечная идет!Рыба ищет там, где глубже,Человек — где жить получше,И обычной чередойВсё проходит под луной…А-та-та, да а-ту-ту!Сказку дальше поведу… Как опомнился Булат,Так он стал сердечно рад,Что с Ягою повстречался.«Наконец-то я добралсяДо тебя, бесовска дочь,Без сестры не выду прочь!Я задам тебе трезвону,Будет свет дрожать от стону,Так тебя приколочу!» —Он подумал и к мечуУстремился, а колдунья(Знать, она была болтунья)Без умолку говорит,В чем-то всё его коритИ его о чем-то просит…Тут Булат свой меч заносит,По башке колдунью бьет,Меч колдунью не берет!..Ха, ха, ха! да хи, хи, хи!И пустилась во смехи!..Насмеявшися досыта,Закричала: «Хоть обидаМне побои от тебя,Но прощаю я, любя,Всю вину тебе, как брату!(Глазки сделала БулатуТут она и страшно ротИскривила, как урод!)Ты меня не уничтожишь,А себя лишь растревожишь:Лучше нужде покорисьИ на мне, Булат, женись!Я хотя и некрасива,Но зато я в мире — диво,Не найдешь такой другой;Очарована тобой,Вся горю я, вся пылаю,О тебе одном мечтаю,О тебе и ночь и деньЯ грущу, бродя как тень!Помню, взвидела я в жизниВ первый раз тебя в отчизне,Был ты в поле на конеИ пришел по нраву мне!Ах! не будь моим тираном!И к моим сердечным ранамСострадание имей!»Тут она еще глупейПосмотрела на Булата…«Даром мне тебя не надо,Что ты, старая Яга!Жизнь мне, что ль, не дорога?Убирайся к черту в гости,Да прибей его со злости,Да подай скорей сестру,А не то — в пыль изотру!»— «Нет же, нет тебе сестрицы!Не хотел любить Ягицы,Так не будет век любовьГреть твою отныне кровь!Ты меня ввергаешь в горе,Отпуск дам я Миловзоре, —Лишь останься ты со мной,Мой тиран, владыка мой!Что, не хочешь? Ну так ладно,Для тебя будет накладно…А! соперницу своюЗдесь вблизи я узнаю!Нет, не дам тебе, тирану,Целовать свою Любану!» —И бросается стрелойВедьма к деве молодой…А Любана в отдаленьиПребывала в размышленьиИ смотрела, как вдалиНебо близко от земли.К ней колдунья подлетела,Всю Любану обозрела,Да и ну над ней шептать,Черной палицей махать!До нее лишь дотронулась,Злобным взором улыбнулась,Посмотрела ей в лицо —И Любана в деревцоОбратилася в минуту,Да еще, к большому чуду,Тотчас в землю тут врослаИ качаться начала…Ветви пышно развевались,Подымались, наклонялись —Всё своим порядком шло:Колдовство свое взяло!В бой с Ягой Булат пустился,Но он сколько ни храбрился,Ведьме просто — ничего,Лишь накладно для него…Он же был притом уставши:Не поевши, не поспавши,Трое суток ездил он,Поневоле не силен…«Скучно жить мне одинокой,Покорись судьбе жестокой,Эй, послушай! покорись,Поскорей на мне женись,Я не вечно безобразна,Я бываю и прекрасна:Есть в году такие дни,Наступают уж они.Буду лучше я рядиться,Да румяниться, белиться,Так, поверь, заворожуИ к себе приворожу!» —Так Яга ему твердила,А он выл, что силы было,Над несчастным деревцом,Обратясь к нему лицом.Ветви с лаской наклонялисьИ как будто улыбались,То как будто плач и стонОт него вдруг слышал он… День уж к вечеру склонялся,С деревцом он не прощался,Всё над ним еще сидел,На него он всё глядел.Гибким станом любовался,Превращенью дивовалсяИ был полон грустных дум.Вдруг вверху он слышит шум,Оглянулся: Змей крылатый,Весь одет в стальные латы,И со множеством головВозбуждая страшный рев,Пролетал на ним. БулатуОн посланником из адуПоказался б, если б онНе был храбрым урожден…Меч Булат свой припасаетИ о битве размышляет,Вдруг с ужасным криком ЗмейЗамахал крылом сильней,Распустил его поширеИ, хоть весь тонул он в жире,Так широко рот раззел,Что Булата разом съел,Проглотил его как мухуИ пустился что есть духу, —К дому ведьмы прилетелИ на землю разом сел…«Выходи, моя Ягица,Круглолица, белолица!Я исполнил твой приказ:Уж Булат теперь у нас!..»Разрядившись как девица,Прибежала тут Ягица,Руку с радостью своюЦеловать дала Змею.А меж тем он из утробы,Не без радости и злобы,Вдруг Булата возвратил.«Как он нежен! Как он мил!Не изволит ли белиться?(Закричала тут Ягица);Впрочем, это не беда,Лишь была бы красота!»Да и чмок его тут в губы.Чуть Булат с досады зубыТут колдунье не разбил!..«Чтобы черт тебя любил(Закричал он), я не стану,Я люблю одну Любану!»— «Ха, ха, ха, да хи, хи, хи! —И пустилась во смехи! —Полно, милый мой дружочек,Мой прекрасный жизненочек,Чем же я тебе худа?Где же лучше красота?Рот немножко широконек,Нос изрядно великонек,На макушке есть рога,Словно кость одна нога,Да немножко ухо длинно, —Но зато ведь я невинна!Вот что главное, дружок!» —И опять Булата чмок!..Чуть не выл Булат со злости.«Ну, попал я в добры гости(Говорил он про себя)…Черт бы взял, Яга, тебя!..»А Яга, палима страстью,И ласкательством, и властью,И приманками любвиНа желания своиПреклонить его стремится,Но напрасно горячится —Наш Булат всё «нет да нет!»Произносит ей в ответ.Так проходят дни и ночи,Уж Булату нету мочиУ колдуньи старой жить,Ласки дьявола сносить,Быть в ужасном заточеньи, —И действительно мученьеЖизнь так глупо проводить,Лучше запросто — не жить!Опечаленный и бледный,О сестре он плачет бедной,Знает верно, что онаБлиз него заключена,И не может с ней видаться,Вместе горю предаваться,Вместе ждать бедам конца.«Хоть бы вестку до отцаКак послать, он, верно б, вскореПрекратил сыновне горе;Чтоб детей освободить,Рать прислал бы, может быть», —Так мечтал Булат несчастный.А меж тем в колдунье страстнойЖар любви не потухал,А всё больше прибывал.Наконец она однажды,Вся полна любовной жажды,Объявила, что БулатБудет сам себе не рад,Коль любовь ее отвергнет,Что в тюрьму его повергнет,Будет всячески язвить,Не давать ни есть, ни пить,Что она его измучит,Да любить себя научит!Не послушался Булат.В сильной злобе, из палат,Отвести его в темницуПовелела тут Ягица.И Булат был отведен,В смрадный погреб посажен,Заперт накрепко замками.Плача горькими слезами,Что затеять, он не знал, —День за днем так протекал…А Яга сильнее злилась,Всё румянилась, белилась,Завивала волоса,Но ничуть ее красаОт того не возвышалась,И по-прежнему осталасьБаба злобная ЯгаБезобразна, как карга… Глава пятаяСпиридоновы богатырские подвиги и о прочем Крепок, силен Спиридон,В три недели вырос он,В три недели укрепился,К бранной жизни приучился;Рос он в час до полвершка,К удивленью старика,Своего отца родного,И всего люду честного…В царстве шла о нем молва,Что такая головаУ него, каких доселеЦарства вовсе не имели:В царстве всех богатырейПобеждал он как детей;Силен, словно царь Самсон,Королевич Спиридон,Нет ни в чем ему преграды,Никому не даст пощады, —Что подковку разогнуть,Что булавочку согнуть —Для него одно и то же;Был он в царстве всех пригоже,Красных девушек любил,Не ковшом — ведром он пил,Доказать чтоб всем отвагу,И вино и разну брагу…Все дивилися ему,Не спускал он никому,Первый был в бою кулачном,И в курении табачном,И в подобных шалостях,Озорник такой, что страх:В царстве всех приколотивши,Осрамивши, победивши,Кто был славен удальством,Стал для всех он словно гром,Стали все его боятьсяИ как можно удаляться…Вдруг стал скучен Спиридон:Не любил без дела онПроводить ни получасу —За проказою проказуИ за жарким боем бойУважал он всей душой…Он пришел к отцу однажды:«Скоро ль мне свободу дашь ты,Гой еси! родитель мой!Я терзаюся тоской,Здесь уж жить мне несподручно,Жить без дела как-то скучно,Нет простора ни уму,Ни удальству моему.Дай коня мне, дай мне волю —Рыскать стану я по полю,Дай мне щит да вострый меч —Буду головы им сечь!Богатырской стану силойХвастунов дружить с могилой,Может быть, порой сыщуЯ себе и по плечу —Тут-то я себя потешу:Разом глотку перережуНепреклонному врагу,Замолчит он, ни гугу!В разных царствах побываю,Всех диковин повидаю,Присмотрю себе женуДа домой и улизнуЗа твоим благословеньем…» —Он сказал отцу с почтеньем.Приласкал его отец,Прослезился, наконецМолвил, слезы отирая:«Ладно, братец, отпускаю,Только больно не кути,Поумней себя веди:Не дерися с кем попало,Право, проку будет мало,Не уйти нам от беды,Раскутишься если ты,Если всякому злодеюПодставлять ты будешь шею,Если, ради удальства,Будешь дерзок на слова.Неровен ведь челядинец —Даст такой тебе гостинец,Что костей не соберешь,Без ноги домой придешь…»Тут ему благословеньеОн дает на отправленье,И отважный Спиридон,Тем донельзя восхищен,Дует с радости в ладоши,Раздает прохожим гроши,Песнь веселую поетИ вино ковшами пьет..«То-то чадо уродилось,Вечно б дралось, веселилось —Он на все проказы лих;Кабы больше нам таких,Так бы, верно, наше царствоПревратилося в мытарство.Впрочем, что же? Ничего!Дурь пройдет ведь у него,Будет во сто раз умнее!» —Думал царь и веселееСтановился, а сынокПил настойку, как квасок,Ел себе за кочнем коченьИ был весел очень, очень,Без особенных балясТо и знай — пускался в пляс.Бой затеял напоследок:Выбил окна у соседок,Вызывал богатырей,Побивал их как детейИ, чтоб помнили подольше,Им рубцов наделал большеНа спине и на руках,На боках и на ногах.До утра попировавшиИ часок-другой поспавши,Начал он сбираться в путь.Пал отец к нему на грудьИ опять давал наказы,Не пускался чтоб в проказы,Чтоб без толку не дралсяИли как не опился!А не то задать и перцуПосулил ему как шмерцу.Спиридон сел на коня,Как огонь на нем броня,Меч в руках огромный блещет,Он от радости трепещет,Нетерпением горя,Лобызает он царя,Огорченную царицуИ красотку царь-девицу,Бьет коня потом ногойИ уносится стрелой… Едет день, и два уж едет,О победах славных бредит,С нетерпеньем встречи ждет,Кто помимо не пройдет —Рукавицу в рожу броситИ сражаться с ним попросит.«Верно, трусишь, нетопырь!» —Грозно молвит богатырьИ опять всё дальше едетДа о разных сечах бредит.Раз он видит: на коне,В латах кованых, в броне,Едет витязь… То-то радость!Спиридону шепчет младость:«Наскочи скорей — и в бой,Драться где ему с тобой!»Спиридон летит стрелою,Приготавливаясь к бою;Витязь смотрит, удивлен.«Что ж ты смотришь? (СпиридонЗакричал ему спесиво.)Или я какое диво?Становись-ка, становись,Защищаться не ленись,Будет тут тебе работы!» —— «Право, драться нет охоты(Молвил витязь) — жар такой,Что дерися хоть нагой,Так устанешь до упаду;Дай-ка руку мне, как брату».Спиридон свое поет:«Видно, страх тебя берет,Закоптить боишься рожу.Коли так, тебя я брошу,Верно, ты большой, брат, трус!»(Говорит он.) — «Я дерусь!» —Отвечает витязь грозно,И начался бой сурьезный…Долго дрались; СпиридонВдвое больше был силен,Но еще не свыкся с битвой,Он мечом махал как бритвой,Но неверен был удар.А другой уже был стар,Помогал ему тот опыт,Что в сраженьях частых добыт,С ним никак он не плошал,Все удары отражал.Наконец, уставши драться,Ну герои обниматься.«Оба храбры мы равно,Удальство у нас одно,Будем лучше мы друзьями,Вместе тешиться боямиСтанем, странствуя везде(Спиридон сказал). А гдеТы живешь? За чем пустилсяВ путь, давно ли веселился,И когда опять домойТы отправишься, герой?» —— «Я давным-давно из царства:В силу некого коварстваЗлобной Бабою-ЯгойПерл украден дорогой,За грехи наши велики,Дочка нашего владыки,Послан я ее сыскатьИ злодейку наказать».– «В самом деле? Это чудно!Нам сыскать ее нетрудно:Ездить буду я с тобой;Только встречуся с Ягой,Так ее я изувечу,Истираню, искалечу,Что забудет воровать,Будет ноги нам лизать!»И Светан со СпиридономРазменялися поклоном,Словно братья обнялись,В вечной дружбе поклялись,С час еще потолковали,Меж себя погоревали,О царевне молодойИ решилися с ЯгойПоскорее как сойтиться,Покровавее сразиться,Разом дело всё решитьИ царевну возвратить.С тем и в путь они пустились,Только той надеждой льстились,Что Ягу как раз найдутИ во гроб ее сведут. Глава шестаяСВИДАНИЕ ЦАРЕВИЧА БУЛАТА С СЕСТРОЙ И О ПРОЧЕМ Время льется словно речка,В жизни человек как свечка:Проблеснет и догорит,Только смрад распространит.В мире счастие непрочно,Только зло одно живетИ толстеет, и цветет;Слабый сильного терзает,Глупый умному мешает,Всё идет наоборот,Черт мутит честной народ.Да к большой беде народа,Кроме всякого урода,Чтобы пакости творитьИ вконец всех разорить,Хоть и так уж люди слабы,Завелися Яги-БабыИ от ведьм отбоя нет,Право, жаль взглянуть на свет!..Проклинал, в темнице сидя,Света божьего не видя,Ведьму бедный наш БулатНа особенный свой лад…Посылал он ей проклятья —Их не стану повторять я,Потому что насмешу,Если все их расскажу.Находясь в большом свирепстве,Помышлять он стал о бегстве,Стены стал с досады рытьДа окошки колотить;Проку было в том хоть мало,Да надежда обольщала,А с надеждою подчасВместо водки пьешь и квас.Вот однажды приуставши,Долго стену прорывавши,Руки он сложил на грудь,Лег немного отдохнуть.Лишь заснул, пред ним виденьяПоявились во мгновенье:Наклонившися к нему,Шепчут что-то все емуНа языке непонятном,Но о чем-то о приятном;Вдруг исчезли, лишь одноС ним осталося. ОноДолго пристально смотрело,То краснело, то бледнелоИ сказало наконец:«Ты терпенья образец,И за то тебе в наградуДам я помощь и пощаду.Терпеливо всё сноси,Понапрасну не просиУ Яги себе прощенья —Близок, близок день спасенья:Всё случилося к добру,Скоро ты найдешь сестру,Добрый нрав твой мне угоден,Скоро будешь ты свободен.Не спеши лишь, подожди,Да не сбейся как с пути!А чтоб горю услажденьеБыло, думай про спасенье.Случай дам тебе такой:Ты увидишься с сестрой, —На, вот ключ: в твоей темницеЕсть проход к твоей сестрице —Тут в стене направо дверь,Отвори ее теперь,Повидайся с ней немного,Да смотри, наказан строгоБудешь, если чересчурЗасидишься, балагур».Тут исчезло вдруг виденье…«Что за чудо-сновиденье?(Говорил Булат себе.)Не угодно ли судьбеНадо мною посмеяться?» —Так дивился, а потомШарить стал в стене ключом,Через темень полуночнуОтыскал он щель замочну:Ключ однажды повернул —Чрез порог вдруг свет блеснул,Дверь сама собой открылась,И сестра пред ним явилась.От восторга сам не свой,Он целуется с сестрой,И пошла у них беседа,Длилась долго, до рассвета, —Про несчастие свое,Про житье свое бытьеМиловзора рассказалаИ от счастья трепетала,Что, ее любимый брат,С ней увиделся Булат.«И уйти бы нам отсюда(Говорит Булат) не худо,Возвратиться бы к отцу,Уж пора бедам к концу,Много, много мы терпели,Так придется неужелиДолго нам еще терпетьИ отрады не иметь?Но уж мне пора в каюту!»– «Погоди хотя минуту,Посиди хоть до зариДа со мной поговори.Дома нет, кажися, ведьмы,Можем дольше посидеть мы», —Говорит ему она…Вдруг, как будто сатана,Ворвалася ведьма в двери:«Эге-ге! какие звери!Вот бы лихо провели,К двери ключ себе нашли!Мастера, как видно, шарить!И изволят тарабарить!Ладно – я вас накажу.Власть свою я докажуНад судьбиной вашей жалкой!»Тут своей волшебной палкойК ним она коснулась: вмигНа их месте, вместо их,Две статуйки показались,Да недвижны и остались,В землю накрепко вросли,Не отдернешь от земли!«Стойте тут себе, дубины!»Тут разглаживать морщиныВедьма стала на челе,А потом на помеле,Проюркнувши через кровлю,Вновь отправилась на ловлю… Туча по небу бежит,Месяц на небе горит,В роще свищет соловей,Говорит с травой ручей,Облетая вкруг кладбище,Жадный ворон ищет пищи,По долине на конеСкачет путник при луне…Кто ты, путник одинокой,Едешь близко иль далеко?Из палат ты, иль твой домНе сияет серебром?Для чего ты среди ночиГонишь лошадь что есть мочи —Иль, уставши от пути,Хочешь кров скорей найти?«Еду я из стран далеких,Из палат царя высоких,И гоню и день и ночьЧтоб найти цареву дочь,Изломать колдунье кости —Я за тем к ней еду в гости,Я царев посланный Серп:На щите горит мой герб,Меч в руке моей широкий…» Едет Серп путем-дорогой,В даль туманную глядит,Всё по-прежнему грустит:Он бы с радостью подрался,Да никто не попадался,Скука бедного взялаИ на душу налегла.«Хоть бы леший мне попался,Так и с ним бы я подрался!» —Про себя он говорилИ коня со злости бил…Средь своих печальных думВдруг в дали он слышит шум,Шум становится сильнее,Серп бодрее и бодрее.«То-то, – думает, – сражусь,За всю скуку поплачусь!Кто бы ни был тут, хоть дьявол,Хоть по воздуху б он плавал,Хоть скакал бы на коне,Хоть бы был он весь в огне,Ни за что не дам я тягу,Лучше мертвым тут же лягу!»Шум еще сильней, сильней,Вдруг он видит: страшный ЗмейНа него стремится прямо,Рот огромный, словно яма,У него уж растворен.Серп испуган, изумлен,Но меча не забывает,О сраженье помышляет.Змей летит, летит, летит —Налетел – и делу квит!Проглотил Серпа как мухуИ помчался что есть духу. Глава седьмая.О ТОМ, ЧТО ГОВОРИЛО ДЕРЕВЦО СПИРИДОНУ И КАК ОН НАШЕЛ ЯГУ И дорогой, и бурьяномСпиридон скакал с Светаном,Всё хотел попасть на след,А следа всё нет да нет.Где к Яге-Бабе дорога?Ведь дорог на свете много —Словно праздничный базар,Испещрен земной весь шар!..Но надежды не теряя,О царевне размышляя,Дале ехал Спиридон.С каждым днем был крепче он,С каждым днем он был сильнее,Ловче, краше и смелее, —Рад душевно был Светан,Что ему судьбою данСпутник столь во всем отличный…Чередой всё шло обычной;Раз, прервав немного путь,Спиридон лег отдохнуть,И Светан улегся тоже.На другое утро – что же?Нет Светана, нет как нет,Уж пропал его и след.Конь по-прежнему пасется,На осине щит трясется,Воткнут в землю меч стоит,Всё по-прежнему лежит,А Светана нет да-й-только!Стал, не струсивши нисколько,Спиридон его искатьДа с надеждой поджидать,Но Светан не возвратился.Спиридон тут подивился,Не стерпел, чтоб не вздохнуть,И один пустился в путь.Едет, голову повесяИ почти не куролеся,Думу думает тайком,Озираяся кругом.Минул лес. Пред ним долина,Разноцветна, как картина,В ряд на ней деревьев цепь,А за ней песчана степь.«Ехать дале, иль вернуться,Или в сторону шатнуться?» —Думал молча Спиридон.Наконец решился он:Через степь, во что б ни стало,Переехать как попало, —И поставил на своем,Хоть устал с своим конем.Вот в долину он въезжает,Поскорей с коня слезает,Озирается вокруг.«Словно с кем-то я сам-друг,Чeй-то голос грустный слышу,Кто ж бы это был? – не вижу!» —Размышляет Спиридон.Тут опять долину онОбозрел и посрединеДеревцо на той долинеОдинокое узрел.Отдохнуть под ним он сел…Вдруг он слышит некий шепотИ какой-то грустный ропотПрямо над ухом своим, —Стал он слушать, недвижим:«Витязь, будь великодушен,Добродетели послушен,Сохрани меня от бед!Здесь немил мне дневный свет!Я не дерево – девица,Баба старая ЯгицаИзувечила меня,А была свободна я:И спокойством наслаждалась,И любовью обольщалась,Женихом мне был Булат.Будешь мне и друг и брат,Если ты меня избавишь,Полюбить себя заставишь, —Победи скорей Ягу!Жить я дольше не могуВ этой тягостной неволе,Сил моих не хватит боле.Как Ягу ты победишь,Не сплошай тут как, смотри ж:У нее есть жезл волшебный,С виду он не велелепный,Но в нем сила такова,Что вновь буду я жива,Если им ко мне коснешься.С Змеем ты сперва столкнешься,С ним дерися из всех сил,Он становится уж хил,И хоть много люду губит,Да и сам Яги не любит».Тут умолкло деревцо.Спиридоново лицоПолным счастьем просияло:Уж охота забиралаПоскорей сойтись с ЗмеемИ с Ягицею потом.Вдруг летит и самый Змей,Ветра бурного быстрей;Спиридон свой меч хватает,Против Змея обращает,Змей помимо пролетел,Боком лишь его задел,Змей свирепо оглянулсяИ тотчас назад вернулся.Тут начался жаркий бой:Спиридон одной рукойВсе удары отражает,А другою защищаетОт ударов он себя.Змей, свирепственно хрипя,То и знай его колотит.Долго битва происходит,Оба ранены давно,Кровь смешалася в одно,Но конец еще не близок,Спиридон пред Змеем низок:Змей ударит и назадОтлетает, супостат!Наконец случайно ЗмеюСпиридон вцепился в шею,Крепко держится, а ЗмейВсё сильнее и сильнейОтбивается – но тщетно!Спиридону лавр победныйУлыбаться начинал;Змей последний дух собрал,Приподнялся и в минутуПолетел, к большому чуду!Спиридон на нем сидит,По башке его тузит,Не дает ему покоя,Он летит всё, громко воя,Наконец он долетелИ к Яге на крышу сел;Ну вопить тут гласом зычным,От всегдашнего отличным,Так вот горло и дерет,Спиридон его всё бьет…А Яга на голос ЗмеяСобралася поскорее,Помогать ему летит.«Плохо дело! – говоритСпиридон себе, – ведь с нимиМне не справиться с двоими,Ведь, пожалуй, цап-царап!Я и так уже ослаб,Надо этого спровадить,Да потом и с ведьмой ладить!»Тут принялся Змея онКолотить со всех сторон:То мечом его поколет,То зубами рвать изволит,А меж тем он всё глядит,Скоро ль рот Змей растворит.Дождался – и меч с размаху,Без печали и без страху,В горло Змею засадил,Там его поворотил.Змей грызет железо зубом,Но, в своем свирепстве глупом,Не находит ничегоДля спасенья своего.Что за дело СпиридонуДо его смешного стону —Он не меньше озлился,Резать Змея принялся —Перерезал ему глотку,Допил бывшу в фляжке водкуИ слезать он с крыши стал,Тут Ягу он увидал,Со всех сил к нему летящу,Под собой земли не зрящу,«Ну (подумал он), ещеБудет дело горячо,Будет много мне работы,Благо много и охоты!»Навострив свои рога,Мчится старая Яга:Поравнялась прежде с крышей,Поднялася после вышеИ пришла в великий страх:Мертвый Змей в ее глазах.«Ах ты, Змей мой Змеуланыч,Дорогой Иван Иваныч!Кто тебя так исказил,Буйны головы разбил?Друг души моей безмерный,Мой слуга нелицемерный,Мой кормилец, брат ты мой,Кто глумился над тобой?» —Так колдунья сожалелаИ на крышу сесть хотела;Спиридон ее схватил,В бок свирепо поразил.Оглянулася Ягица,Принялась кричать и злиться,Длинну палицу взяла,Бить героя начала:Раз ударила – героюСтало вовсе не до бою,Не упал чуть со всех ног;Но себя он перемог,С новой силой стал сражатьсяИ, что долго прохлаждаться,Просто-запросто сказать —Стал Ягу он побеждать.Тут Яга свирепо взвыла,Пощадить ее просила.«Нет, пощады я не дам,Отошлю тебя к чертям!»Пуще тут Яга озлилась,Завертелась, закружиласьИ вскричала во гневу:«Пусть я больше не живу,Пусть ты жизнь мою погубишь,Тем царевны не искупишь!» —Головой тут потряслаИ со злости умерла.Спиридон тут спохватился:На себя он сам сердился,Что не выведал о томПеред ведьминым концом,Где она царевну скрыла.Вспомнил он, что говорилоДеревцо в долине той,Где вступил он с Змеем в бой;У Яги тот жезл сыскавшиИ его с собою взявши,Он отправился потомОбыскать колдуньин дом.
