К чему до сих пор не могу привыкнуть, что утро здесь начинается ночью. Да в Москве в зимнее время встаешь еще тьма, но зато весной и летом просыпаешься вместе с солнышком, птички поют, букашки-таракашки просыпаются… А здесь понятие времен года, дня и ночи теряет всякий смысл. Да мы спим и бодрствуем согласно земным суткам, но лишь затем, чтобы по-прежнему ощущать себя людьми…. Я за эти почти пять лет нашей космической экспедиции так и не привык видеть в иллюминатор непроглядную черноту, все-таки 35 лет привычки. Каждый раз спросонок ожидаю увидеть рассвет. Смешно, как глупо. Но надежда всегда была глупою штукой.
Я не говорю никому из команды, что иногда представляю, что это просто длинная зимняя ночь в Москве, что Катя спит еще, ей ко второй смене, а я с кружкой кофе в руке собираюсь ехать к шести утра в штаб… На мгновенье мне удается себя обмануть и улизнуть в прошлое, но потом воспоминания тают, как сахар в горячей чашке… Эта нескончаемая темнота за бортом космического судна напоминает мне о том, что я один. В космосе один и на Земле теперь один…
- Алексей! Иди запишись в журнал, вечно ты в облаках где-то летаешь! – голос капитана и по совместительству руководителя нашей геологоразведочной группы возвращает меня к реальности.
- Хотя мы-то уже повыше будем! Правильнее сказать – в другой галактике! – Роман всегда был готов ввернуть шуточку в нашу обыденность, что всегда мне в нем нравилось.
