Поэтическая дуэль: «Шаманка» и «КицунЭ»
- Дата начала
- 26.05.2023
- Дата окончания
- 27.05.2023
- Поэтическая дуэль завершена
Почернела земля. Разгорелись поленья в ночь.
Взвыл волчицей набат, запылали сердца огнём.
У костра на коленях стояла шамана дочь
И молила богов заступиться за отчий дом.
Пугачи́ на макушках дубовых скребли язык,
Вековые осины внимали её словам.
В темноте за спиной у шаманки возник старик
И руками иссохшими обнял девичий стан.
Под прозрачными пальцами духа струилась дрожь.
«Непорочное тело! Живое!» — старик шептал.
Замолчала шаманка. И крепче схватила нож —
Расчертил на ключицах багряный узор ата́м.
Не подступится враг к поселенью её семьи —
Ворожба у порога собакой лежит цепной.
Шелестят заклинанья, костёр всё сильней дымит…
А в ушах у шаманки набата истошный вой.
Нагово́р на бесстрашье отцу своему под стать.
Капля жертвенной крови — свободы чужой цена.
На разбитых коленях, молясь, у костра стоять —
Для шаманки с рожденья дорога судьбы одна.
Не жалей и не плачь. Такова участь всех невест,
Кто своё тело отдал на откуп богам лесным.
Сталь вонзается в плоть и рисует меж рёбер крест.
Поглощают шаманку уголья и чёрный дым…
Обернувшись неясытью, дух в темноте исчез.
Отмолила несчастная смертью свой древний род.
Погребальным нарядом колодезной влаги всплеск.
Провожатых не видно. Лишь ворон о ней поёт.
/2023/
Опьяняющий воздух свободы
естество затопил до предела,
до хвостов, до макушки, до сердца.
Медно-бурая грелась и пела
под колючим полуденным Солнцем,
между дном и небес амальгамой,
в многоточии пагод и храмов
- монолитности вычурно-рьяной.
Что за счастье: забыть о набегах,
о добыче, о сладком коварстве;
балаклаву звериную сбросить
и остаться единственной в царстве;
лицезреть хороводы кувшинок
на пруду, переливчатых карпов,
отягчённых бронёю зеркальной;
слушать гомон порхающих бардов.
Вот и сакура вскоре оттает,
мир насытит чарующим светом.
Лепестки - белых фениксов перья -
тёмный мех окропят первоцветом...
Каждый молча свой путь выбирает,
сообразно привычке врождённой,
проникая тропой заблуждений
в пятый угол, ему отведённый.
Лицемеры-жрецы, император...
Им погоня и казнь - для забавы,
и не важно кого, где и сколько
псы затравят во время облавы.
Время сушит и горе, и ярость,
и охотницы слёзы скупые,
и плодятся в колодцах дворцовых
вездесущие крысы чумные...
Удушающий запах реванша
заполнял естество до предела -
от хвостов до макушки и крыльев.
КицунЭ? Превращалась и пела!
Трутни спят вечным сном, разлагаясь,
оплатив все долги и обиды...
И буравил небесную заводь
гиацинтовый взор Немезиды.
Иллюстрация автора
Проголосовали
Проголосовали
